Осада
Шрифт:
Маркиз усмехнулся, дал шпоры коню и поскакал в свой стан.
Пани Анна вернулась в расположение отряда вервольфов одна, расставшись с ротмистром на опушке леса. Она бросила поводья лейтенанту и легко, не смотря на надетую амуницию и вооружение соскочила с коня. Лейтенант, держа ее коня под уздцы, молча взирал на свою начальницу, не решаясь задать вслух мучивший его вопрос. Пани Анна, мельком бросив взгляд на офицера, сняла шлем, тряхнула головой так, что ее чудесные густые волосы золотистым дождем рассыпались поверх вороненой кирасы, и направилась в свой шатер.
– Отвадила! – через плечо на ходу бросила она своему заместителю всего лишь одно слово.
Карета проехала по дорожке небольшого парка и остановилась перед элегантно строгим особняком. Пожилой слуга, пыхтя, слез с запяток, не слишком проворно, но весьма почтительно распахнул дверцу. Мисс Мэри Локлбридж выпорхнула из кареты, привычно взбежала по невысокой мраморной лестнице. Перед уже открытыми дубовыми дверями парадного входа ее поджидал величественный дворецкий. Его голос звучал с бесстрастной чопорностью, но движения бровей выражали немалое удивление:
– Мисс Мэри, вы опоздали к обеду! Гонг уже прозвучал три минуты назад, и леди Алиса с сэром полковником вынуждены были сесть за стол, не дождавшись вас. Смею надеяться, что вас задержала весьма и весьма уважительная причина!
– Вы правы, Джекоб! Лишь чрезвычайные обстоятельства вынудили меня допустить столь чудовищное опоздание!
Мисс Мэри, не задерживаясь, пробежала под сводчатой аркой, миновала анфиладу комнат, и, как легкое дуновение веселого теплого ветерка, ворвалась в обеденную залу.
– Нашла! – с порога воскликнула она, опережая все вопросы и объяснения, и, картинно запыхавшись, плюхнулась на свое место за стол.
Полковник чуть не расплескал бокал со строго отмеренной ограниченной порцией любимого односолодового виски, а леди Алиса уронила салфетку.
– Ну наконец-то! Поздравляю вас! – воскликнула она, делая знак лакею подать ей новую салфетку. – Почти год! Мисс Мэри, вы – истинная английская леди. Мы вами гордимся. Несомненно, и ваша лучшая подруга, леди Джоана, согласилась бы с моими словами.
– Гип-гип ура! – провозгласил полковник, героическим усилием спасший вожделенный бокал.
Действуя с кавалерийской стремительностью и инициативой, он торжественно поднялся со своего места:
– За долгожданное и знаменательное событие! – находчивый ветеран осушил священный сосуд до дна и с невинным видом обратился к супруге: – Дорогая, прикажи по такому случаю подать еще виски!
– Подайте! – обреченно кивнула лакею леди Алиса, не желавшая вносить диссонанс в торжественность момента, и обратилась к мисс Мэри: – Надо же, никогда не думала, что Портсмут – настолько большой город, что в нем можно почти год искать человека даже по неточному адресу. Как там написал ваш батюшка, сэр Генри Локлбридж в своих предсмертных заметках?
«Третий дом слева от площади с таверной, с красной крышей. Мастер Джон Смит, среднего росту, с темными волосами,» – скороговоркой процитировала мисс Локлбридж давно заученный текст.
– Да уж, – пробормотал полковник, любуясь янтарно-коричневым маслянистым блеском новой порции благородного напитка в хрустальном бокале. – Таких площадей с трактирами и красных крыш в Портсмуте видимо-невидимо, не говоря уж о Джонах-кузнецах, то есть Смитах. Очевидно, ваш батюшка частенько посещал мастерскую мистера Смита, и потому у него не было надобности подробно описывать местоположение. Да и писал он свои заметки, как я понимаю, скорее для себя, нежели для наследников.
– Совершенно верно, – кивнула мисс Мэри. – Это, конечно же, было не завещание, а записи для памяти на клочках бумаги. Джоана, с которой мы подружились в заморских владениях, где наши семьи были соседями, не раз приходила в ужас от беспорядка, царившего в кабинете моего батюшки. Но, конечно же, она не позволяла себе осуждать его вслух. Однако, как вы понимаете, для меня совершенно не важно, каким образом мой дорогой отец, сэр Генри, выразил свою волю: на гербовой бумаге или на простом клочке. Я все равно обязана выполнить ее и погасить все его долги. Иначе, как вам известно, я не смогу вступить во владение семейной собственностью и даже выйти замуж. И вот, сегодня наконец последний заимодавец почти что найден!
– За ваше чисто британское упрямство! – попытался провозгласить очередной тост бравый полковник. – Хотя вы и родились в заморских колониях…
– Виски больше не будет! – решительно пресекла все его поползновения строгая супруга и обратилась к мисс Мэри. – Дорогая, вы сказали «почти найден»? Что же это значит?
– Увы, леди Алиса! Я обнаружила лишь мастерскую Джона Смита, в которой он изготавливает часы и шкатулки, чинит замки и пистоли. А сам мастер несколько дней назад уехал. Куда бы вы думали? В Россию! Об этом мне сообщили его подмастерья. Разумеется, эти молодые парни ничего не знают ни о каком долге за давнишний заказ…
– В Россию?! – не дослушав мисс Мэри, хором воскликнули леди Алиса и полковник.
– Да, в Россию. Лондонские купцы уже более десяти лет имеют собственный торговый дом в русской столице – Москве. Корабли из Англии отправляются к русским берегам два, а то и три раза в месяц. Конечно, за исключением зимнего периода.
Что-то насторожило добрую леди Алису в интонациях мисс Мэри, которую она за год их знакомства успела полюбить, как родную дочь. И эти смутные опасения тут же оправдались самым ошеломительным образом.
– Я полагаю, – с юным энтузиазмом радостно выпалила мисс Мэри, – что мне необходимо до конца выполнить обещание, данное моему батюшке, и проследовать за мастером Джоном Смитом в Россию. Заодно повидаюсь со своей любимой подругой Джоаной, по которой я, признаться, сильно скучаю! Мне безумно интересно посмотреть, как живет в диких краях столь утонченная и образованная дама, как леди Джоана.
– Мисс Мэри! – пришла в ужас леди Алиса. – Что за детские порывы? Вы уже не ребенок, на вас лежит управление заморскими владениями, в том числе – принадлежащими Джоане. Где и зачем вы будете искать какого-то мастера в чужой, неизвестной вам стране?