Чтение онлайн

Саймон встал, уставился на незаконченную горку.

Он и не заметил, как в его жизнь вошли собака и женщина. Он не стремился к этому, но теперь не представляет свои дни и ночи без них.

Саймон взглянул на настенные часы. Забавно. Он успел сделать больше, чем рассчитывал, и думал, что после перехваченного наспех сэндвича и короткой разминки со щенком прошло гораздо больше двух часов. Нахмурившись, Саймон вытащил сотовый телефон, увидел на дисплее время и выругался.

— Черт побери, почему ты не напоминаешь мне менять батарейки в этой дурацкой штуковине? — спросил он вбежавшего в мастерскую Джоза.

Джоз лишь завилял хвостом и выплюнул принесенную палку.

— У меня нет времени на игры. Поехали.

Саймон старался рассчитывать свои приезды к Фионе так, чтобы избегать встреч с последними учениками. Иначе Фиона начинала их знакомить, а если тебя представляют людям, приходится с ними разговаривать. И все же он не оставлял ее одну больше чем на пятнадцать-двадцать минут и считал это идеальным балансом.

Но теперь он опаздывал почти на два часа.

Почему она не позвонила? Любая нормальная женщина позвонила бы и сказала: «Привет, ты задерживаешься, в чем дело?» Разве не так? Не то чтобы они договаривались. Он просто каждое утро говорил «пока», уезжал, а потом возвращался.

Легко и просто. Ничего особенного.

— Женщины обычно звонят, — сообщил он Джозу, когда они загрузились в машину. — И зудят, и пилят. Так устроен этот мир. Но не Фиона. От нее не дождешься: «Ты приедешь к ужину?» Или: «Ты не мог бы купить по дороге молока?» Или: «Ты когда-нибудь наконец вынесешь мусор?»

Саймон покачал головой.

— Может, она усыпляет мою бдительность, привязывает к себе, ждет, пока я увязну… больше, чем уже увяз. Только она ничего подобного не делает, что является одной из причин, почему я увяз и уже выношу мусор… за тобой, между прочим.

Саймон заметил, что пес высунул голову в окно и не слушает его речей. Ну, с тем же успехом можно и помолчать.

«Я не должен переживать из-за того, что опаздываю на пару часов. У меня своя работа, у нее своя. И вообще, если бы она позвонила, я бы не задержался. А вдруг она не смогла позвонить? — У него внутри все сжалось. — Если с ней что-то случилось…»

Выстрелы раздались, когда он проезжал мимо усыпанных белыми цветами кизиловых деревьев. Он нажал на газ, затем резко затормозил. Из-за дома выбежали собаки Фионы. Саймон выпрыгнул из кабины, оставив дверцу открытой, и бросился им навстречу. Выстрелы раздирали жужжавший в голове страх и вдруг резко прекратились, сменившись грохотом его сердца.

Саймон вдохнул побольше воздуха, чтобы выкрикнуть ее имя… и увидел ее.

Она не лежала на земле, истекая кровью. Она стояла, невозмутимо и ловко всаживая в пистолет новую обойму.

— Боже милостивый. — Гнев пронзил его, разогнав панику. Фиона только начала поворачиваться, когда он схватил ее за руку и развернул к себе. — Что ты делаешь, черт побери?

— Осторожнее. Он заряжен. — Фиона опустила пистолет, направив его в землю.

— Я знаю, что заряжен, я слышал, как ты палишь, будто чертова Энни Оукли [14] . Ты напугала меня до смерти.

— Отпусти. Затычки. Я тебя почти не слышу. — Саймон отпустил ее, и она вытащила затычки из ушей. — Я говорила тебе, что у меня есть пистолет. И я говорила тебе, что буду практиковаться. Нечего на меня орать.

— Я ору, потому что ты укоротила мне жизнь лет на пять. А у меня были на них планы.

— Послушай, мне жаль. Я не думала, что должна послать уведомление, когда захочу попрактиковаться в стрельбе. — Движением, таким же раздраженным, как ее тон, она сунула пистолет в кобуру на ремне и отошла расставить консервные банки и пластиковые бутылки из-под воды, служившие ей мишенями.

— Ты же знала, что я приеду, и могла предположить, как я отреагирую на пальбу.

— Ничего я не знала. Ты приезжаешь, когда тебе заблагорассудится.

— Могла прямо об этом сказать, если для тебя это проблема.

— Не проблема. — Фиона запустила пятерню в волосы. — Не проблема. Если хочешь, заведи собак в дом. Я скоро приду.

— Что тебя разозлило? Только не говори, что не злишься, потому что у тебя на лице все написано.

— К тебе это не имеет никакого отношения. Заведи Джоза в дом. Мои собаки привыкли к пальбе. Он — нет.

— Тогда давай посмотрим, как он отреагирует.

— Хорошо.

Фиона вынула из кобуры пистолет, встала в стойку, как полицейские в телесериалах и фильмах, и начала стрелять. Джоз придвинулся к Саймону, прислонился к нему, но вскинул голову и стал смотреть вместе с Саймоном, как разлетаются банки и бутылки.

— Отличная стрельба, ковбой.

Даже не улыбнувшись, Фиона пошла расставлять новые мишени. Вокруг шелестели и мерцали на солнце тяжелыми от листьев ветвями большелистные клены, как будто подчеркивая контраст между насилием и покоем.

— Хочешь пострелять?

— Зачем?

— Ты когда-нибудь стрелял из пистолета?

— С чего вдруг?

— Есть много причин. Охота, спорт, любопытство, оборона.

— Я не охотник. Мои спортивные пристрастия ограничиваются бейсболом и боксом. Я никогда не страдал любопытством и привык обходиться кулаками. Дай взглянуть.

Фиона поставила пистолет на предохранитель, разрядила и протянула ему.

— Я думал, он тяжелее.

— «Берета». Довольно легкое и смертоносное полуавтоматическое оружие. Пятнадцать пуль в обойме.

— Ладно, покажи.

Фиона зарядила пистолет. Опять разрядила, показала, как ставить на предохранитель.

— Самовзводный, поэтому стреляет, взведен курок или нет. Отдача минимальная, но есть. Поставь ноги примерно на ширине плеч. Распредели свой вес. Локти прижми, левую руку подведи под пистолет, для устойчивости. Чуть наклони верхнюю часть тела к мишени.

Инструкторский голос, понял Саймон, но не ее инструкторский голос. Ее — бодрый, энергичный, обаятельный. Этот — ровный, холодный.