Оникс
Шрифт:
— Доусона? — эхом повторила она, и ее глаза при этом расширились.
Я кивнула в надежде, что нашла правильный ключ к тому, чтобы заставить ее меня услышать.
— Да, Доусона! Мы знаем, что он жив…
Бетани вскинула руку, и порыв почти ураганного ветра поднял меня в воздух и впечатал в стену, о которую я ударилась с такой силой, что, казалось, моя голова раскололась. Я зависла в метре от пола… и мои руки и ноги распластались по твердой поверхности.
Определенно упоминание имени Доусона оказалось ошибочным ходом.
Она двигалась настолько быстро, что я не могла проследить за ней до тех пор, пока она не возникла прямо передо мной. Ее длинные прямые волосы парили в воздухе, окружая ее голову, словно щупальца Медузы. Ее ноги оторвались от пола, а очертания тела стали размытыми, переливаясь голубым светом. Взмах ресниц — и она оказалась на уровне моих глаз.
С ума сойти. Я никогда не видела, чтобы Блейк делал нечто подобное.
— Для меня уже нет надежды, — проговорила она, избавившись от детских интонаций. — Я даже не уверена, осталась ли надежда для тебя. Поэтому тебе нужно убираться отсюда как можно скорее и попытаться выжить в противостоянии с Аэрумами или… ты закончишь так же, как и я.
Страх льдом сковал мой позвоночник.
— Бетани…
— Слушай меня, и слушай внимательно. — Теперь она зависла надо мной, глядя на меня сверху вниз, при этом ее голова почти касалась потолка. — Лгут все. Ну а МО? — Она расхохоталась. — Они сами не знают, во что ввязались. Они идут.
— О чем ты говоришь? — Я попыталась оторвать голову от стены, но Бетани не позволяла мне этого сделать. — Бет, кто идет?!
Голубой свет поглотил ее полностью.
— Тебе нужно бежать отсюда! Сейчас!
Неожиданно я рухнула вниз, ударившись о пол перед дверью. Вскрикнув, я поднялась на ноги и резко развернулась.
Бетани выглядела сейчас так же, как Лаксен, только свет ее был голубым и менее интенсивным. Она парила под потолком, и ее голос звучал в моей голове.
«Иди. Иди, пока не поздно. ИДИ!»
Энергетический импульс вытолкнул меня в дверь вниз по коридору. Она не оставляла мне выбора. Оказавшись на лестнице, я оглянулась еще раз, предприняв последнюю попытку ее уговорить:
— Бетани, мы можем…
Она опустилась вниз, вскинув руки вверх. Прежде чем у меня успел вырваться крик, мои ноги подкосились и я сорвалась с верхней ступени, полетев к основанию лестницы. Зависнув всего в десяти сантиметрах над полом, я забилась в воздухе, словно болталась на проволоке.
Мои ноги подогнулись, и через пару секунд я уже стояла на полу.
«Уходи, — настаивал ее голос. — Уходи так далеко, как только можешь!»
Я так и сделала.
Дрожащими ледяными руками я завела свой «седан», очищая стекло машины от плотного слоя снега. Мне необходимо было вернуться домой прежде, чем дороги окончательно занесло, потому что у моей машины была потрепанная зимняя резина, которая вряд ли смогла бы справиться со слишком плотным снежным настилом. А мне крайне не хотелось застрять в этой местности. Я усиленно старалась держать эмоции под контролем до тех пор, пока не переступлю порог дома и не смогу там выплеснуть весь свой ужас. Сейчас мне необходимо было сосредоточиться на дороге, чтобы не оказаться на обочине или не вписаться в дерево.
На полпути к дому мне навстречу выехал внедорожник, и как только он сравнялся со мной, по моему затылку промчалось покалывание. Резко затормозив, машина с визгом развернулась и поехала вслед за мной.
— Вот черт… — пробормотала я, бросив взгляд в боковое стекло. Время близилось к полуночи.
Дэймон ехал за мной всю дорогу домой, без конца отправляя вызов на мой сотовый. Я игнорировала его звонки, фокусируясь на занесенной снегом дороге. В тот самый момент, как только я припарковалась во дворе, Дэймон с силой распахнул дверь моей машины.
— Что черт возьми происходит?! — рявкнул он. — Откуда ты возвращаешься?
Я выбралась из машины и взглянула ему в лицо.
— А куда ехал ты?
Он прожег меня испепеляющим взглядом:
— У меня такое ощущение, будто я ехал именно туда, откуда возвращалась ты. Но я продолжаю убеждать себя, что ты не можешь быть настолько глупой.
Мой взгляд стал таким же едким, как и его. Упрямо мотнув головой, я зашагала вверх по ступеням.
— Если учесть, что ты тоже туда ехал, то можешь назвать себя также.
— Ты на самом деле ездила туда, верно? — В его голосе слышалось недоверие, в то время как он следовал за мной по пятам. — Пожалуйста, скажи, что ты была не там… что ты просто решила прокатиться в снежную полночь.
Я бросила на него через плечо непроницаемый взгляд:
— Я ездила к Вогану.
Взгляд Дэймона был прикован ко мне. А на концах волос, падавших на его скулы, таяли хрупкие снежинки.
— Ты не в себе.
Сняв промокшую толстовку, я отбросила ее в сторону. На мне оставался только топ, и моя обнаженная кожа тут же покрылась мурашками.
— Так же, как и ты.
Его выразительные губы дернулись в гримасе:
— Я в состоянии о себе позаботиться, Котенок.
— Я тоже. — Убрав прядь волос за ухо, я вздохнула: — Я не настолько безнадежна, Дэймон.
Он замер на мгновение, после чего по его телу пронеслась видимая дрожь, и уже в следующую секунду он стоял возле меня и его ладони сжимали мои щеки.
— Я знаю, что ты небезнадежна, но есть вещи, на которые ты не пойдешь, а я пойду. Что бы ты делала, если бы кто-то тебя увидел? Что бы делал я, если бы тебя схватили или…