Чтение онлайн

Вот так выглядели сеансы психотерапии, посвященные погружению в реальность и проводившиеся девятнадцатилетним Редьярдом Киплингом. От него Бисеза уходила в еще большем смятении духа.

Шло время. И британцы викторианской эпохи, и команда Бисезы не могли наладить связь с внешним миром. Гроув становился все мрачнее и встревоженнее.

У его тревоги имелись вполне земные причины: запасов продовольствия в кладовых форта не могло хватить надолго. Кроме того, Гроув утратил связь с обширным аппаратом имперской власти — об этом Бисеза узнала, случайно подслушав взволнованный разговор Редди с Джошем. Даже с гражданской стороны существовали местные комиссионеры, имевшие штат депутатов и помощников, подотчетных государственному секретарю, а уж тот, в свою очередь, был подотчетен самой королеве Виктории, находившейся в далеком Лондоне. Британцев приучали к мысли о том, что они связаны между собой единой социальной структурой — где бы ты ни служил, ты был солдатом королевы, частицей ее империи. Гроува отделение от этой структуры так же пугало, как Бисезу — невозможность наладить контакт с глобальными телекоммуникационными сетями двадцать первого века.

В итоге Гроув начал время от времени отправлять на разведку отряды, в частности — группы соваров — индусов-кавалеристов, способных быстро передвигаться на довольно большие расстояния. Кавалеристы добрались до Пешавара, где должны были найти местный гарнизон и центр военного командования — но Пешавар исчез. Никаких свидетельств разрушения, никаких страшных признаков ядерного взрыва, о которых Бисеза заранее рассказала британцам. Только скалистый берег реки, чахлые кусты и стая каких-то крупных зверей, возможно — львов. Как будто Пешавара и не было никогда. Точно такая же картина, по словам соваров, наблюдалась и на том месте, где должна была стоять база войск ООН «Клавиус». Ни следа, никаких признаков разрушения.

И тогда Гроув решил провести более дальнюю разведку — вдоль долины Инда, вглубь Индии и на север.

Тем временем Кейси, по-прежнему почти лишенный возможности ходить, по-своему пытался возобновить контакт с окружающим миром. С помощью двоих солдат-сигнальщиков, выделенных для этой цели капитаном Гроувом, ему удалось извлечь из корпуса «Пташки» оборудование для радиосвязи, и затем он смонтировал импровизированный приемник-передатчик в одной из небольших комнаток форта. Но сколько он ни посылал сигналов, ответа не приходило.

У Абдыкадыра, между тем, появились собственные проекты, и касались они странного, висевшего в воздухе шара. Бисеза завидовала Кейси и Абди, сумевшим найти занятия, занимавшие почти все их время. Ей казалось, что это помогает им чувствовать себя лучше и больше соответствовать положению дел.

На четвертое утро Бисеза вышла за крепостную стену и увидела Абдыкадыра, стоящего на табурете и держащего в руке помятое жестяное ведро. Кейси и Сесил де Морган сидели на складных походных стульях, подставив лица утреннему солнцу, и наблюдали за Абди. Кейси помахал Бисезе рукой.

— Эй, Биз! Добро пожаловать в кабаре!

Де Морган тут же предложил ей свой стул, но Бисеза села на землю рядом с Кейси. Ей не нравился де Морган, и она не собиралась идти ему на уступки ни в чем, даже в самых обычных делах.

Ведро, которое держал Абдыкадыр, было наполнено водой и, следовательно, было тяжелым. И все-таки он, держа его за дужку одной рукой, водрузил себе на плечо и пометил линию уровня воды жирным карандашом. Потом он опустил ведро и освободил парящую в воздухе сферу Ока Зла. По поверхности шара заструилась вода. Абди постарался не упустить ни одной капельки. Сетчатый шатер с двумя обезьянолюдьми перенесли на несколько ярдов в сторону и подперли сеть шестом.

Кейси ухмыльнулся.

— Он уже битых полчаса купает в ведре эту треклятую штуковину.

— Зачем, Абди?

— Я измеряю объем шара, — сосредоточенно пробормотал Абдыкадыр. — И для пущей точности повторяю измерения. Это называется наукой. А вам большущее спасибо за поддержку.

С этими словами он снова поднес ведро к шару. Бисеза обратилась к Кейси:

— Вроде бы полевой хирург не разрешал тебе вставать с постели.

Кейси пренебрежительно фыркнул и выставил перед собой плотно забинтованную ногу.

— Да ну, ерунда. Перелом был чистый, кости они соединили неплохо. — (И без наркоза, о чем знала Бисеза.) — А я терпеть не могу сидеть, ни фига не делать и ковырять пальцем в носу.

— А вы, мистер де Морган, — осведомилась Бисеза, — у вас тут какой интерес?

Снабженец развел руками.

— Я деловой человек, мэм. Поэтому я здесь и нахожусь, прежде всего. И я постоянно ищу новые возможности. Стоит ли говорить о том, как меня заинтриговала ваша летающая машина, упавшая с небес! Да-да, я все понимаю и готов смириться с тем, что вы и капитан Гроув желаете эту машину держать, так сказать, под покровом тайны. Но это, этот восхитительный, совершенный, парящий в воздухе шар не принадлежит ни вам, ни Гроуву. Странное время нам выпало, непонятные творятся вещи, но мы быстро ко всему привыкли — и все же этот шар остается таинственным и загадочным. Вот он висит в воздухе, не поддерживаемый ничем. Как и чем по нему ни бей — а ведь по нему даже пулями стреляли, и некоторым здорово досталось, когда они рикошетом отлетали от шара! — от его чудесной поверхности ни кусочка не откалывается, а сам он ни на долю дюйма не сдвигается с места. Кто его изготовил? Что держит его в воздухе? Что у него внутри?

— И сколько он стоит? — проворчал Кейси. Де Морган весело рассмеялся.

— Пусть даже и так, нельзя же винить человека за любопытство.

Джош успел кое-что рассказать Бисезе о происхождении де Моргана. Он был представителем пришедшего в упадок аристократического рода, уходившего корнями в прошлое вплоть до времен первых попыток Вильгельма Завоевателя покорить Англию — то есть на восемьсот лет назад. Вильгельм, как известно, твердой рукой выковал процветающее государство из покоренных мелких саксонских королевств. В последующие века, по собственным словам де Моргана, «переходившие из поколения в поколение алчность и глупость» оставили семейство без гроша, с одними только воспоминаниями о былом богатстве и могуществе. Редди говорил, что точно знает, что раджу просто-таки осаждают авантюристы типа де Моргана. А Бисеза просто-напросто решила для себя, что этому человеку с зачесанными назад, прилизанными черными волосами и бегающими глазками доверять нельзя.

Абдыкадыр слез с табурета. Мрачный, серьезный, сосредоточенный, он переключил свои наручные часы в режим калькулятора и ввел полученные при измерениях цифры.

— Ну, умник, — насмешливо окликнул его Кейси, — расскажи нам, что ты выяснил.

Абдыкадыр уселся на землю перед Бисезой.

— Око сопротивляется любым попыткам исследовать его, и все же кое-что можно измерить. Прежде всего, Око окружено измененным магнитным полем. Это я проверил с помощью компаса.

Кейси проворчал:

— Мой компас сбрендил сразу после того, как мы брякнулись на землю.

Абдыкадыр покачал головой.

— Дело не в этом. Да, твой компас не находит северного магнитного полюса, потому что с магнитным полем Земли явно что-то неладно. Но сами наши компасы в полной исправности. — Он повернул голову и посмотрел на Око. — Линии магнитной индукции вокруг этой штуковины слились воедино. На графике это выглядело бы, как сучок в куске древесины.

— Как же это может быть?

— Понятия не имею. Бисеза наклонилась вперед.

— Что еще, Абди?

— Еще я провел несколько измерений на уровне курса геометрии старших классов школы. — Он усмехнулся. — Погрузить предмет в воду — вот единственный способ измерить объем, какой мне пришел в голову. Погрузить и посмотреть, как меняется уровень воды в ведре.