Океанский патруль
Шрифт:
Климу даже показалось, что зубы парня пару раз лязгнули от страха. Поставив на секунду себя на место хулиганов, и в частности Бранда, Клим невольно поежился – очень уж лысый смахивал на привидение, тем более в этот ночной час на пустынном берегу. Значит, его зовут Хэнк Бедли, удовлетворенно хмыкнул Клим. Вот и знакомиться не надо…
Незаметно появившийся на сцене массивный белый мужик стукнул лысого ребром ладони по шее и укоризненно сказал:
– Вечно тебя, Бранд, тянет на дешевые эффекты! Ясно же было приказано: все заснять на видео и передать пленку мне. Тебе было обещано тридцать процентов бонусных. Потом папеньку хотели доить через дочку как корову… А теперь придется их обоих убирать. Какой же ты идиот! Сам себя «обул» на два миллиона баксов.
– Клянусь, Мерлон, я не знаю, откуда взялся старина Хэнк! Он появился, как джинн из бутылки, – пропищал дискантом первый персонаж драмы, которая разворачивалась прямо перед глазами Клима.
– Давай исправляй свои ошибки, – приказал коренастый, и в руке у него блеснул длинный нож.
– Я не могу вот так хладнокровно зарезать человека, – попробовал возмутиться Бранд.
– Хватит болтать! Надо работать! Лучше оттащи Хэнка в воду и там прирежь. Вода смоет следы крови, а акулы и барракуды доделают остальное. Ни один полицейский не докажет, что Хэнка убили. Очень кстати он появился на берегу… На его смерть есть неплохие заказчики, которые тысяч сто баксов отстегнут! Вы, двое! Тащите Хэнка в воду, а я сейчас позабавлюсь с девчонкой, пока она живая! – приказал Мерлон, передавая нож маленькому патлатому бандиту.
Девушка, привязанная к колышкам, вбитым в землю, не издала ни звука. Внимательно присмотревшись, Клим заметил, что ее рот закрывает широкая полоса черного скотча.
Подручные Мерлона, подскочив, как пришпоренные лошади, схватили лысого под руки и потащили к воде. Пронеся Хэнка метров пять, они уронили его на землю и воровато оглянулись. Клим тоже решил посмотреть, что делает Мерлон. Коренастый, стоя перед распятой на земле девушкой, что-то тягуче напевал, извиваясь всем телом. Вот на песок полетела подброшенная вверх рубашка, вот сантиметров на двадцать сползли брюки, и теперь, тряся плечами, со спущенными штанами, коренастый стоял перед девушкой.
«Какой прекрасный момент для нападения!» – пожалел Клим, снова переведя взгляд на малолетних убийц, готовящихся зарезать Хэнка. Особо не торопясь, парнишки взяли лысого за руки и волоком потащили в воду. Несмотря на свой юный возраст – пацанам было никак не больше восемнадцати лет, – молодые люди проявили завидную сноровку, что указывало на приличный опыт проведения подобных экзекуций. Минута – и лысый уже в воде.
– Давай быстрее! Мне так хочется поиметь еще живую Изабель! – поторопил патлатый своего подельника.
– Возьми камень и положи клиенту на грудь! – продолжал командовать патлатый, взявший на себя роль старшего.
– Откуда здесь камни? Вокруг только ракушечник и кораллы, – огрызнулся второй участник убийства, воровато оглядываясь по сторонам.
– Давай быстрее камень, клиент пришел в себя! – заорал патлатый, окуная голову лысого в воду. Но тот оказался на диво предприимчивым человеком. Не успел парень сделать первую попытку утопить миллионера, как сам за это поплатился. Мощные руки лысого легко оторвали ладони патлатого убийцы от своего горла. Рывок – и жертва поменялась с палачом местами. Патлатый оказался на дне, а лысый сидел сверху и старательно сжимал его горло.
В этот момент окрестности огласил рык раненого зверя.
– Эта сучка выбила мне глаз! – заорал Мерлон.
Второй малолетний убийца дернулся и шагнул сзади к лысому, который, ничего не видя вокруг, душил патлатого, негромко рыча от ярости.
И в этот момент Клим начал действовать. Короткий удар по почкам – и занесенная рука тощего парнишки с камнем опустилась не на висок лысого, куда был нацелен удар, а на лоб. Хэнк, как подкошенный, упал в воду. Со дна, жадно хватая воздух открытым ртом, вылетел патлатый, который был сейчас похож на мокрую курицу. Почти до пояса выскочив из воды, широко открыв рот и пытаясь набрать в грудь воздуха, он успел только раз взмахнуть руками, но вот опустить их у него не хватило ни времени, ни сил в этой жизни. Жестокий удар по кадыку – и патлатый с плеском обрушился обратно в воду.
Мощный рывок – и лысый выброшен на берег. Клим молнией рванул к лежащей девушке, на ходу фиксируя открывшуюся перед ним картину. Мерлон катался около сумевшей каким-то чудом освободиться от пут девушки, прижав ладонь к левому глазу. Из-под нее обильно лилась кровь, капая на белый песок темными пятнами.
Последний участник трагедии, абсолютно голый, навалился на девушку и делал конвульсивные движения своим тощим прыщавым задом, негромко приговаривая:
– Ну, расслабься, Изабель! Я так тебя хочу… Я в школе на тебя смотрел, как на богиню! Ты мечта всей моей жизни…
Но, несмотря на все потуги молодого насильника, ничего у него не получалось.
– Ах ты, шлюха портовая! Не хочешь по-хорошему – отдашься по-плохому! – громко заорал парень, усаживаясь на живот девушки. Размахнувшись, он ударил рукой по ее лицу. Еще один удар с другой руки, еще… Голова девушки моталась то вправо, то влево.
Клим присмотрелся и заметил, что глаза Изабель закрыты, а голова повернута влево. Воровато оглянувшись, парень снова улегся на девушку, засунул руку ей между ног и начал там что-то яростно щупать.
«Пора принимать меры», – решил Клим, заскакивая за спину парня и нанося ему удар ребром ладони в основание шеи. Тот вскинул голову назад и упал навзничь на девушку, потеряв всякий интерес не только к прекрасному девичьему телу, но и к жизни вообще. Клим перенес все внимание на коренастого с выбитым глазом.
Мерлон вскинулся, все также прижимая руку к поврежденному глазу, и сунул руку в карман, но Клим не дал ему времени на решение жизненно важного вопроса – нападать или защищаться? Удар пяткой в лоб приподнявшемуся мужчине навсегда отправил того в царство мертвецов.
«Опять кладу жмуриков штабелями», – с неудовольствием подумал Клим, развязывая девушку, которая безвольно повисла на руках. Ее голова неестественно свешивалась на правую сторону. Страшная догадка моментально пришла на ум Климу: «У нее свернута шея!»
– Что ты делаешь, паскудник? – громко сказал лысый, занесший над Климом правую руку.
– Проверяю, как работает шея у вашей дочери, – рявкнул в ответ Клим, незаметно дотрагиваясь до ноги Изабель. Кожа у нее была шелковистой и теплой, почти горячей. Ворох облегченно вздохнул, тем более что прелестная головка, свесившись с локтя Клима, внезапно открыла правый глаз.