Чтение онлайн

– Я изучал сообщения Джо, и у меня сложилось впечатление, что они девальвировали информацию «Колокола».

– Вот, и ты заметил, а Фултон нет. Он и Флеменс подставили меня с «Колоколом», а потом навесили всех собак.

– Время показало, что правы были вы, сэр, – Саттер старался, как мог, смягчить горечь прошлого.

– Джон, разве от этого легче? Время уже не повернуть вспять.

– Время да. Но попытаться сделать то, что не удалось вам, можно.

– Ты берешься за эту миссию? – оживился Гэрбер и в его глазах вспыхнул азартный огонек.

– Да, сэр, и рассчитываю выполнить ее с вашей помощью, – подтвердил Саттер.

– Выполни, Джон! Утри этим чугунным задницам нос!

– Но для этого мне нужен выход на «Колокола». У вас же был личный способ связи с ним?

– К сожалению, Джон, он не сработает. «Колокол» ушел на дно.

– Жаль, очень жаль. Но может существовали другие, пусть даже опосредованные каналы выхода на «Бездну»?

– Извини, Джон, не помню, столько лет прошло.

– А наводки «Колокола» на тех, кто имел выход на «Бездну»?

Гэрбер задумался. Саттер нервно кусал губы. Наводки – это было последнее, на что он мог рассчитывать. В досье на «Бездну-Ад» резидент Фултон, то ли из-за неприязни к Гэрберу, то ли по другим причинам, их не внес. Они могли сохраниться только в памяти старого разведчика. Тот мучительно вспоминал:

– Джон, даже не знаю, поможет это или нет, – мялся Гэрбер, – но среди тех, на кого «Колокол» давал наводку, проходил Ник – Николай. Он имел интересную фамилию то ли Широкий, то ли Просторный, но то, что Ник, так точно. Лет 25-30, не больше, инженер, входил в группу молодых исследователей, работавших в области аэродинамики.

– О, это уже что-то! – оживился Саттер.

– Родом Ник был из Свердловска.

– Сейчас Екатеринбург.

– Неважно. Важнее то, что тетка Ника в конце 70-х выехала из Свердловска на постоянное место жительства в Гамбург. Через нее я собирался втянуть Ника в вербовочную ситуацию.

– Тетка – это уже ниточка! А что вам известно о ней? – воспрянул духом Саттер.

– В двух словах не расскажешь. Пойдем в дом, там и поговорим, – пригласил Гэрбер.

За ланчем старый разведчик обратился к своей памяти. Прошлые воспоминания согрели его душу, и он окончательно оттаял. Разговор растянулся на два часа, но Саттер нисколько не сожалел. Образы «Колокола» и «Ника» обросли важными деталями, а с ними росли шансы на то, что ему удастся выполнить миссию и разгадать тайну «Бездны-Ада». Покидая скромный дом Гэрберов, Саттер не мог сдержать эмоций и прочувственно сказал:

– Сэр, печально видеть, как судьба жестоко обошлась с вами. Я доложу руководству и надеюсь, справедливость восторжествует.

– Оставь, Джон, это пустое. Я старый человек и мне много не надо. Наша профессия приносит людям только горе. За совершенные грехи надо страдать. Душа человека принадлежит Господу, и только он волен распоряжаться ею. Мы же присвоили себе его право. И не важно – во имя кого или в интересах чего: США, президента или ЦРУ, мы покупаем и продаем людские души.

– Сэр, это тайная война, а в ней нет правил. Важен только результат, – возразил Саттер.

– Результат? Не знаю, не знаю, покупая чужие души, мы каждый раз теряем что-то в своей. Извини, Джон, не обращай внимания на брюзжание старика. Возможно тебе повезет больше, чем мне. Удачи! – пожелал Гэрбер и, сутулясь, побрел к кустам роз.

Саттер проводил его печальным взглядом, сел в машину и выехал в Вашингтон. По дороге и позже в самолете он испытывал двоякое чувство. С одной стороны беседа с Гэрбером дала ему шанс найти ключ к «Бездне-Аду», с другой – размышления старого разведчика породили в душе самого Саттера смуту. Он невольно задумался о собственной судьбе, но ненадолго.

Москва бурлила после вооруженного столкновения сторонников и противников президента Ельцина и напоминала корабль без парусов, плывущий по воле волн. В этой ситуации резидентуре ЦРУ приходилось работать в авральном режиме. Саттеру некогда было разбираться со своими чувствами, он с головой окунулся в водоворот бурных событий.

Центральное Разведывательное управление США (ЦРУ).

«…Центральное разведывательное управление – часть системы специальных служб США, так называемого разведывательного сообщества, создано в 1947 году при президенте Трумэне, с прямым подчинением хозяину Белого дома через Совет национальной безопасности…

Центральному разведуправлению принадлежит особая роль в шпионском сообществе. Оно само и аппарат центральной разведки, руководителем которой является по совместительству директор ЦРУ, координируют работу органов разведки и контрразведки, осуществляют анализ и оценку полученной информации, долгосрочное планирование…

Наряду с этим, в президентской директиве Трумэна СНБ 4/А (1947 год) Центральному разведывательному управлению поручалось проведение крупномасштабной психологической войны – «пропаганды, в том числе с использованием анонимных, фальсифицированных или негласно субсидируемых публикаций; политические действия с привлечением… изменников и поддержка политических партий; полувоенные методы, включая помощь повстанцам и саботаж, экономические действия, связанные с валютными операциями».

Директива СНБ 10/2 того же года уточняла: «Под термином «тайные операции» следует иметь в виду все виды деятельности, которые проводятся или одобряются правительством США против враждебных иностранных государств или групп или в поддержку дружественных иностранных государств или групп», – и далее: «Эти тайные операции включают: пропаганду; экономическую войну; превентивные прямые действия, в том числе саботаж; подрывную работу против иностранных государств, включая помощь подпольному движению сопротивления, партизанам и эмигрантским группам освобождения».

«Призраки с улицы Чайковского». Автор Рэм Красильников – генерал-майор в отставке, бывший начальник американского отдела Второго (контрразведывательного) главного управления КГБ СССР, руководил в 1979-1992 годах операциями по обезвреживанию подрывной деятельности иностранных агентов.

Камаз, груженный под завязку ценным металлом – титаном, с трудом преодолел крутой подъем. Позади остались полторы тысячи километров и впереди водителя – Вадима Усольцева и сопровождающего груз Сергея Минеева ждали большая остановка и отдых в столице Республики Марий Эл в городе Йошкар-Оле. По атласу автомобильных дорог до него было рукой подать. Вадим оживился и прибавил газ. Серая лента шоссе стремительно исчезала под колесами, по сторонам потянулись убогие, с покосившимися заборами дачные поселки. Вскоре их сменили безликие, серо-бетонные заводские корпуса. За ними, в паутине ЛЭП и труб угадывалась промышленная зона, о ней напоминали дорожные знаки.