Чтение онлайн

— Куда ясней!

Полковник задумался.

Час на подготовку отряда и прибытие вертолетов. Час на полет. Полтора часа на марш с окружением аула. Двадцать минут на отдых. Итого, примерно четыре часа до начала работы! Сейчас 13–00. Следовательно, приступить к непосредственному выполнению задачи отряд Таранова численностью в шестьдесят человек, по двадцать «спецов» в группе, сможет начать в 17–00. Нормально! Заход солнца по календарю в 22–18! Пять часов светлого времени, для начала операции достаточно. Он посмотрел на капитана:

— Давай, Женя, готовь отряд! Вылет через час! Конечный пункт предварительного этапа — Устум! Оттуда… оттуда маршрут известен только господу богу!

— Я все понял! Разрешите идти?

— Иди, капитан! В 13–50 встречаемся с тобой на вертолетной площадке!

— Есть!

Капитан вышел.

Полковник связался с Центром. Генерал Кедров был явно не в настроении, поэтому и сорвался на Скорикова. Он ругался, спрашивая, за каким чертом находится в Чечне полковник? И с ним еще сто восемьдесят так называемых профессионалов, которые не могут обезвредить какого-то Палача, творящего чуть ли не под носом спецназа свои кровавые дела? Не следует ли подумать об откомандировании из зоны ведения боевых действий часть полковника Скорикова? Для переподготовки в учебном центре по программе для солдат первого года службы?

Полковнику горько и обидно было слушать беспардонного генерала. Тот явно перегибал палку и нередко срывался на оскорбления. Оборвать бы его трехэтажным матом, но Скориков молчал. По сути, если взглянуть на вещи трезво, без эмоций, генерал-то был во всем прав! Не могла бригада полковника зацепить Палача. Пока не могла!

Генерал закончил разнос словами:

— И смотри, полковник! Если через две недели ты не принесешь мне скальп этого Палача, ожидай вызова в Центр! Со всеми вытекающими последствиями! Конец связи!

Скориков передал связисту трубку.

Боль обиды сжимала грудь. Неужели генерал не понимал, что своими необдуманными фразами оскорбляет боевого офицера? Или лампасы и шитые золотой нитью звезды затмили для него все вокруг? И теперь он, генерал, ни разу лично не принимавший участия ни в одной операции, ни в одном бою, непонятно с чьей подачи назначенный на столь высокую и ответственную должность, замечал только тех, у кого этих звезд было больше? На остальных же не обращая своего высокомерного внимания? Но ничего, генерал, заблуждаешься ты в том, что полковник Скориков тот человек, которого можно так просто оскорбить или снять с должности. В конце концов, директор службы его, Скорикова, давний, еще с Афганистана, товарищ, решит конфликт между заносчивым, кабинетным лампасом и боевым полковником, Героем Советского Союза. Странно, что генерал еще не знает о взаимоотношениях полковника с директором, правда, они их и не афишировали, поддерживая дружбу во внеслужебной обстановке. Но оскорбления генерала полковник ему не простит! Не на того напал! И если бы бригада до этого Палача не уничтожила с десяток различных банд и группировок противника, тогда другое дело. Но люди полковника ликвидировали в Чечне более трех сотен боевиков и с ними пятерых крупных полевых командиров! Да, на Палаче застряли. Но судить о профессионализме бригады спецназа по единичному случаю генерал не вправе! Но черт с ним! Для таких лампасов главная цель в жизни — набить карманы подставной коммерцией да дач настроить! Вояки, мать иху! Ладно, все! Все эмоции в сторону, надо сосредоточиться на событии в Устуме.

Полковник раскрыл карту района, глубоко задумался, изучая каждый возможный вариант отхода боевиков. Каждую тропу, каждый проход через перевалы, которыми изобиловала местность.

Скориков поставил перед собой три вопроса.

Первый: Почему Устум был выбран местом казни?

Второй: Откуда могли прибыть боевики?

И третий: Куда они двинулись после того, как завершили свое кровавое дело? Туда же, откуда появились, или передислоцировались на новое место? Где банда могла иметь свои базы? Несколько вариантов родились в голове, но это были лишь предположения, главную роль в обнаружении противника должен сыграть капитан Таранов со своим отрядом. От него и надо ждать вестей! Может, ситуация и прояснится, и удастся наконец сесть этому Палачу на хвост, с которого бандиту спецназ уже не сбросить!

Ровно в 13–40 полковник вышел из своего штаба и направился к вертолетной площадке. Здесь, вращая винтами в полной готовности к вылету, стояли три десантных «Ми-8».

А перед площадкой выстроилось подразделение капитана Таранова.

Командир подразделения, как положено, доложил начальнику о готовности к выполнению задания.

Скориков отвел Таранова немного в сторону и начал что-то быстро говорить капитану. Тот внимательно и задумчиво слушал.

— Действуй, Женя, так, как договорились. Нащупай, прошу, хоть одно их змеиное гнездо, нам надо только это! Дальше дело пойдет!

— Все, что он нас зависит, сделаем. Я все понял! Извините, пора посадку объявлять, график!

— Удачной охоты тебе!

— Спасибо! Как прибуду в назначенный район, свяжусь с вами! Все!

В 14–02 три «вертушки» одна за другой поднялись в воздух. Чтобы в 15–10 приземлиться на небольшом горном плато.

Отряд Таранова покинул борта вертолетов, которые заглушили двигатели.

Капитан вызвал к себе командира первой группы, старшего лейтенанта Сергея Захарова.

— Ты, Сережа, остаешься здесь на охрану машин. Организуй круговую оборону и жди. Как только мы с ребятами блокируем Устум, вызову вас туда. Надо будет загрузить тела погибших. После этого вертолеты вернутся на базу, ну а мы начнем работу!

Подошел к группам старших лейтенантов Юрия Иванова и Дмитрия Шмелева:

— Внимание, гусары! Совершаем марш плато — аул Устум! Перед селением, в километре, остановка! Там привал и уточнение задачи. Группам совершить марш автономно, по отдельным маршрутам, которые офицерам известны. Командирам групп, вперед!

Две колонны по двадцать человек разошлись на интервал в пятьдесят метров и начали марш-бросок к обозначенному рубежу.

Капитан Таранов замыкал колонну Иванова.

В подобном режиме бойцам предстояло преодолеть четыре километра. И остановиться, не выходя на спуск плато в зеленый массив, вполне пригодный для засады.

Таранов знал, боевики понимают, что за трупами своих федералы придут обязательно. Так что от Палача можно ждать сюрприза.

Поэтому капитан и принял решение, не без совета полковника: штурмовой группе действовать аккуратно.

На рубеж отдыха группа старшего лейтенанта Юрия Иванова вышла в 16–20.

Бойцы тут же рассредоточились, упав под кусты и валуны. Привал.

Поступил доклад старшего лейтенанта Дмитрия Шмелева. И его группа благополучно вышла на предварительный рубеж.

Но полноценный отдых своим подчиненным капитан Таранов предоставить не мог. Светлое время суток, хотя сегодня и был самый длинный день в году, таяло с каждой минутой, а работы впереди было много.

Поэтому уже через двадцать минут командир отряда приказал:

— Все, орлы, погрелись на солнышке, пора и дело делать!

Он, отобрав пять человек у Иванова, подозвал к себе командира группы:

— Я, Юра, ухожу на северную оконечность селения, в «зеленку» возле дороги, в долину. Ты разворачиваешь остальной личный состав и производишь охват Устума в полукольцо. При этом обнаруживаешь себя для жителей аула и тех, кто там из бандюков, возможно, мог остаться. Но обнаруживаешь не все силы, а одиночные цели. Посмотрим, как среагирует селение на появление русского спецназа.