Одержимость
Шрифт:
Ира не жалела ни о чём и ни о чём не думала. Её словно сама судьба влекла за собой – а разве судьбе можно сопротивляться? Так надо.
Родители Иры были в шоке. Их девочка связалась с плохим парнем! Как, почему? Что они упустили в воспитании? То, что Сергей являлся именно «плохим парнем», ни у кого не вызывало сомнений – ведь именно такой образ рисовало советское кино: в импортных шмотках, с наглой улыбочкой, патлатый. И ещё момент – пусть и носил Сергей почётное звание «гегемона», но пропасть между сытыми работягами и нищей, но гордой интеллигенцией существовала всегда, эта пропасть даже при советской власти не смогла затянуться.
Учёбу Ира забросила, а в скором времени забеременела.
Их в срочном порядке поженили. Сергей по-своему любил Иру, но о браке не думал. Просто отец – его, Сергея, отец – заставил сына. Будущий свёкор, начальник цеха на заводе, мечтал о внуках и о том, что девушка из приличной семьи исправит молодого негодяя, его сына.
Новоиспечённую семью поселили в квартире Ириной бабушки, сама бабушка добровольно переселилась к Ириным родителям, в однушку.
Первое время Ира с Сергеем жили в ладу, но потом, когда любовная горячка прошла, Сергей заскучал, стал чаще пропадать из дому. Ира, на сносях уже, бегала за ним, проверяла и ревновала. Но к чему-то особо серьёзному придраться не могла, Сергей ловко заметал следы.
Родилась девочка, Маша. Сергей на радостях ушёл в запой и пропадал где-то целую неделю. У Иры от огорчения чуть не пропало молоко…
Потом потянулись утомительные, долгие дни – когда молодой маме ни сна, ни отдыха. Сергей гордился дочкой, любил её, но как от отца от него никакого толку не было.
Однажды Ира, вконец замученная, послала мужа на детскую кухню, хотя обычно сама туда ходила по утрам, с коляской. А тут уж совсем силы кончились.
Сергей ушёл из дома, а вернулся… в два ночи. Пьяный, грязный. Вывалил из карманов куртки смятые пакетики с молоком и кефиром, произнёс с гордостью:
– Вот, Ируська, принёс твой заказ!
Ира ахнула, заплакала и обозвала мужа скотиной. Сергей страшно обиделся. Он ожидал, что его похвалят за усердие. От обиды он ударил Иру по лицу, сломал ей нос.
Ира, в крови и слезах, убежала с Машей к родителям.
Через две недели Сергей появился там. Стоял на коленях, извинялся, звал Иру обратно (позже выяснилось, что свёкор, обожавший внучку, заставил сына это сделать).
Родители отговаривали Иру, но она их не послушалась. Она смотрела на Сергея и ничего не могла с собой поделать… Она вернулась к мужу.
Некоторое время молодые супруги жили спокойно. Маше был год, когда Ира почувствовала странные симптомы. Побежала к доктору, и выяснилось, что у неё – нехорошая болезнь. Излечимая, слава богу, но стыдобища-то… Откуда она, эта болезнь? Ведь в жизни Иры был лишь один мужчина – Сергей. Она немедленно поделилась этим фактом с докторшей.
– От мужа-кобелюки, от кого… – хмыкнула венеролог, пожилая тётка, навидавшаяся всякого.
Ира была в шоке. Конечно, Сергей часто задерживался, а то и вовсе на несколько дней пропадал из дому. Да, он был любителем выпить, посидеть в компании… Но с мужиками же! Откуда в их компании женщины, да ещё лёгкого поведения, совсем пропащие, если подобной гадостью болели? Ира всё-таки не верила в то, что муж ей может изменять, да ещё со столь отвратительными созданиями.
Теоретически, рассудком, Ира знала, что мужчины изменяют. Но сердцем поверить в то, что её обожаемый Сергей способен на это… Как он мог променять её, чистую, верную, любящую, – на какую-то…
Сергей всё отрицал. Он боялся отца. Ире заявил – не виновен. Пил, да. С мужиками в автомастерской. Много пил. «А там, во дворе, перед ремонтным цехом, такая грязь, ты видела, видела? Я упал прямо в лужу. Датый же был… А чего, не имею права, что ли? На свои же пью. Работаю, как вол, вот этими руками! Ты дома сидишь, отдыхаешь как на курорте, а я пашу на вас с Машкой! Ну, лежал я в этой луже. Мужики меня потащили под навес. По земле, по грязи по этой, по всем лужам. Ты видела, видела, в каком виде я пришёл тогда? Сама меня свиньей обозвала… А чего в той грязюке водится, какие бациллы – представить страшно! Там, видно, в той луже, и подхватил инфекцию!»
Ира про то, что венерические болезни можно подхватить бытовым путем, слышала. А что, ведь правда, в автомастерской такая грязь, что немудрено заболеть…
И она – поверила. Простила. Поклялась ничего не говорить свёкру.
Вылечились оба. Сергей даже завязал с алкоголем на время – видимо, сам напуган был. Ира ходила счастливая.
А потом… Как-то муж задержался, Ира привычно легла спать с Машей. Среди ночи открыла глаза – вроде какие-то звуки с кухни. Сергей вернулся наконец?
Ира встала, на цыпочках побежала туда. Открыла дверь и ахнула. Своими глазами увидела то, во что боялась поверить. Голая задница мужа. И отвратительная, красная, с зажмуренными глазами рожа какой-то девахи. Прямо на полу ведь! Ира схватила нож, лежавший тут же, в раковине. Деваха открыла глаза, заорала, столкнула с себя Сергея…
Ира бросилась с ножом на соперницу.
Крик, грохот, звон разбитой посуды… Сергей выхватил у жены нож, не дал свершиться смертоубийству. Соседи вызвали милицию. Но толку-то – стражи порядка приехали, посмотрели, пожурили Сергея. Забирать никого не стали. Деваха убежала, Сергей остался.
Ира тут же, в горячке, хотела отравиться – он опять не позволил. Избил – за то, что кайф ему обломала, и за то, что дурила.
Дальше… Дальше потянулись несколько лет липкого кошмара. Сергей пил, гулял, поднимал руку на Иру. Она терпела – а что делать, никуда же не денешься? И продолжала любить его. Ничего не могла с собой поделать, хотя уже понимала, с кем связалась и чего ещё можно ждать от этого человека. Больше Ира уже ничему не удивлялась.
Работала Ира в садике – в том же, куда ходила Маша. Потом Маша пошла в школу, а Ира осталась воспитательницей в том же саду. У нее была мечта – получить высшее образование. Но откуда свободному времени взяться? Или на заочное пойти? Но Сергей не позволил. Как это так, он без образования, а жена чего, самой умной решила стать?
В стране тем временем происходили перемены. Перестройка, гласность, плюрализм. Митинги. Пустые полки в магазинах.
Сергей продолжал пить, хотя водку достать теперь было практически невозможно. Он, пока трезвый, все ещё красавцем смотрелся… Всё ещё любил импортные шмотки, пижон.
Но постепенно деградировал. Стал опускаться. Когда понял, что либо на шмотки надо тратиться, либо на водку, перестал следить за собой.
Ира его бесила. Она тоже от такой жизни не хорошела. Вечно на нервах, взвинченная, готовая в любой момент отнять у мужа деньги – чтобы было на что накормить ребенка…