Чтение онлайн

После небольшой паузы Мимир продолжает.

– Мы, йотуны, – создания природы. Мы пробудились в предначальную эпоху, когда в горах кристаллы йормалина своей магией напитали корни гор. И только звёзды наблюдали за нашим рождением. Долгое время тут было пусто и тихо, первозданная тишина…

Твою ма-а-ать… ну зачем же так издеваться? Он решил мне все песни и сказки своего народа пересказать, от сотворения мира? Ну ладно, посидим, послушаем, пока там этому миру звездец наступает…

– …а потом в горы Йотунхейма пришли люди. Это были асы, предки нынешних жителей Гримгоста. Вот только самого Гримгоста тогда ещё не существовало.

Так.

Я весь подобрался.

А вот это уже интересно!

По части первых лет до основания Гримгоста в наших летописях зияет вопиющий пробел. Историки заколебались восстанавливать. Помнится, мать Хейма как раз пыталась… стоп.

Чтоб я сдох.

Она же пропала как раз где-то в районе Вороньего камня!.. В очередной своей научной экспедиции…

Желание прорваться туда и поотрывать этим петухам недоделанным их ободранные крылья, желательно засунув их потом туда, где солнце не светит, усилилось многократно. Чтоб не тянули лапы к чужим бабам.

Пережидая мои вспышки озарения, Мимир внимательно следил за сменой выражений моего лица. А потом поинтересовался:

– Ты не хочешь спросить, с какой стороны света они пришли сюда?

Я помолчал, осмысливая.

И как ни крути, хреновенький получался расклад.

– Дай угадаю… с Северо-Запада?

– Верно, - кивнул Мимир. – Я всегда был очень высокого мнения о твоих умственных способностях, Фенрир. Ты удивительно быстро соображаешь. Для человека.

Прежде, чем я успел проникнуться очередной шпилькой иронии в свой адрес, он посерьёзнел и добавил:

– Прародина асов была на Вороньем камне.

Задница йотуна!

Ну вот и приплыли.

Глава 51

Стараюсь побыстрей вернуть душевное равновесие. Некогда рефлексировать. Надо как можно скорее вытянуть из упрямого великана всё, что он знает – и рвануть обратно, не теряя ни минуты.

Сжимаю пальцы в кулаки. Делаю глубокий вдох. Усилием воли заставляю шерсть, которая уже проявилась на предплечьях и кистях рук, втянуться обратно, прекратить оборот. Хотя приятного мало, конечно.

И тем не менее. Что там у наших предков в незапамятные времена произошло, разбираться будем потом. Если какого-нибудь цыплёнка облезлого у них там на Вороньем камне оставлю в живых, спрошу.

– Как ты это узнал? – спрашиваю коротко и чётко.

Йормалины глаз Мимира становятся серьёзны. Он проникается наконец-то моим настроем и начинает рассказывать по существу.

– Мы обнаружили этих людей случайно. Они появились в Йотунхейме внезапно, как из-под земли… и оказалось, что это и правда было так.

Я забыл дышать.

– Отсюда поподробнее. Что значит, из-под земли?

– То, что я и сказал, Фенрир. Думаю, ты понимаешь, что это означает для тебя. Эти люди много дней шли странными путями, чтобы попасть к нам в ущелья. Шли под землёй, под горами. Их было не очень много, всего пара сотен. Испуганные, оборванные, многие ранены. Мужчины, женщины, дети… Сначала мы приняли их за близкие нам создания, порождения скал. В конце концов, они были разумны, и мы быстро выучили их речь. Приютили, дали кров. Вот только спустя много веков они, увы, забыли о благодарности.

Ну да, ну да. Мало мне было мук совести.

Мы с Мимиром молчим пару минут и смотрим друг другу в глаза.

Я мог бы что-то сказать – но думаю, конкретно этому йотуну не обязательно. Раз даже после всего, что было между нашими народами, он спас и защитил от других великанов беременную женщину, а потом выхаживал после смерти её дитя, ему нет нужды пояснять, что мы не в ответе за преступления предков.

Вот только у меня достаточно своих долгов перед его народом, и мне совсем не становится легче от осознания того факта, что приказы Асуры я не мог нарушить физически. Пробовал, несколько раз. Адская боль, слепящая, застилающая разум кровавой пеленой. Я делал всё, что она приказывала мне – чтобы выжить. Втайне мечтая, когда эта сука, наконец-то, сдохнет. А она пила заговорённую воду из священного источника йотунов, ради которой и устроила всю эту проклятую войну, и никак не желала подыхать.

Если бы не тот день, когда она проиграла в сражении, а собственный народ сверг её, и гордыня этой змеи не выдержала такого… если бы не отрава в её кольце, которой она воспользовалась, чтоб не видеть, как на трон Гримгоста садится презренный Пёс, которого она считала грязью под своими ногами… я не знаю, как долго бы это продолжалось.

Но, к счастью, гадюка укусила сама себя – и померла от собственного яда.

И всё-таки.

Они помогли нам. А мы украшали их каменными телами свои дворцы.

Это мы научили их ненавидеть и воевать.

То, что человечество умеет лучше всего остального.

Да. Тяжёлый разговор. Вряд ли что-то может сделать его ещё хуже. Так что пора уже заканчивать.

– От чего они бежали? – спросил я глухо.

– Мы не знаем точно. Так и не смогли от них добиться, они были слишком напуганы. К тому же, мы тогда не так уж хорошо знали язык асов, чтобы понимать сложные вещи. Особенно те, которых никогда в жизни не видели. Мы поняли только, что от чего-то страшного, что преследовало их в подземельях. На всякий случай мы завалили все выходы на поверхность – асы показали нам лабиринты в глубине пещер, из которых они вышли. Мы даже согласились присматривать, чтоб ничто не вырвалось оттуда.

– И снова асы забыли благодарность, - проговорил я, глядя на свои кулаки.

– Люди вообще не очень любят быть благодарными кому-то. Когда проходит время, им нравится представлять, что всего они добились сами. А существование тех, кто помогал, как будто делает победу не совсем твоей. Поэтому им проще забыть совсем о том, что победы могло бы не случиться, если бы кто-то вовремя не подставил плечо.

– Не все такие, Мимир.

Его взгляд смягчился.

– Я знаю.

Он приподнял серебристую пластину у себя на груди и любовно посмотрел на медальон с изображением фиалки. Это завораживающе, насколько же говорящие глаза у этого громадного, неотёсанного куска камня. И возможно, человечности в нём поболее, чем у иных людей.