Чтение онлайн

Задыхаясь, Ирина вывалилась на балкон квартиры номер восемь. Через два слоя мутного стекла, через щель в неплотно задернутых шторах увидела длинную фигуру — человека на табурете…

— Стекло! — крикнул демон.

На балконе валялась рухлядь — среди прочего отслуживший стул без ножки. Подхватив стул двумя руками, Ирина замахнулась…

Митя медлил. Перед смертью он хотел вспомнить самое хорошее, что было в жизни, но воспоминания не шли; приходили на ум какие-то ссоры, обиды, что-то незначащее, а главного — красивого — не было. Но это ведь не значило, что Митина жизнь прошла зря?!

И вот когда он вспомнил, наконец, как смеется счастливая Юля, и решил, что этого хватит, — в эту самую минуту стекло, отделяющее комнату от балкона, лопнуло.

— Стоять!

Замерев, застыв, Митя смотрел, как приземляется на усеянный осколками ковер ведьма — настоящая ведьма, оскаленная, растрепанная, с опасным блеском в глазах:

— Ты что делаешь, а? Ты куда залез?! Совести у тебя нет! Бога не боишься, скотина такая! А ну быстро слезай!

И Митя понял, чего он ждал всю жизнь, ради чего родился, — ради этого окрика, приказа взрослого человека ему, малышу, быть хорошим.

И заплакал.

Ржавая «копейка» остановилась под липами.

— Этот подъезд? Или тот?

— Этот.

— Какой этаж?

— Погоди, — сказала Лиза, глядя вниз. — Мне надо… как-то себя в порядок…

Не споря, парень заглушил мотор.

Близилось утро; луна спряталась, в темных еще кронах проснулись первые птицы. Небо поблекло, готовясь принять рассвет. Фонари горели; Лиза вытащила из сумки, чудом уцелевшей в передрягах, пудреницу. Придирчиво осмотрела нос. Наскоро причесалась щеточкой. Парень ждал.

— Ты что меня, до квартиры тащить станешь?

— А что, если ты хромая и не можешь идти? Какой этаж?

Лиза пошевелила ногой. Поморщилась и улыбнулась:

— Четвертый.

— Не вопрос.

С каждой минутой во дворе светлело.

— Мама меня убьет, — задумчиво сказала Лиза. В кустах включился, как радио, соловей.

— Который час?

Он поглядел на свои часы:

— Половина пятого.

Половина пятого; антикварные часы в квартире ведьмы пробили один раз. Расстроенная Вика спала на диване, положив телефон рядом с подушкой.

Половина пятого; Игорь принес Юле стакан воды. Она приподнялась на локте: мешала капельница.

— Можно снять эту ерунду?

— Пей.

— Это вода? А можно кофе? Или хотя бы кока-колы?

Митя Чеканкин сидел на полу своей квартиры, рядом с опрокинутым стулом. Ирина ножницами состригала с турника черно-синюю шелковую петлю.

— Как это — она жива? — бормотал Митя. — Как — жива?!

— Ты сказал Юле, что пошел к ведьме, чтобы ведьма навела на нее порчу?

— Сказал… — Митины губы расползлись макаронинами.

— Она тебе отомстила. Она хотела, чтобы ты подумал, что она умерла. Она хотела, чтобы ты раскаялся.

— Как… Как?

Едва держась на ногах, он прошлепал на кухню. Достал из мусорного ведра чип, вставил в телефон, набрал номер:

— Игорь?!

— Да, — отозвались на том конце связи. — Не спишь?

— Игорь, а Юля… она…

— Жива она, жива.

— Жива?!

После короткой паузы в трубке послышался женский голос:

— Я таких, как ты, десяток переживу, Чеканкин.

Женщина засмеялась. Связь оборвалась.

— Зачем? — прошептал Митя в опустевшую трубку.

— Затем, — яростно отозвалась Ирина. — Затем, что ты ко мне пришел, помнишь?

— Ведьма, — Митя разглядывал ее, будто впервые видел.

— Так тебе и надо, — жестко сказала Ирина. — Впредь будешь… умнее.

— Ты сняла с нее порчу, — прошептал Митя. — Спасибо.

— Никакой порчи, — Ирина плюнула, — я не наводила.

— А… что с ней… Тогда?

Ирина бросила ему серую картонную упаковку — невнятный рисунок, крупные иероглифы.

— Что это? — пробормотал Митя.

— Китайское средство для похудения. Очень действенное. С тучей побочных эффектов. Не сертифицированное.

— Она…

— Ты говорил ей, что она растолстела? И не годится в модели? Ты отказывался ее снимать, пока не похудеет, а?

Митя отвел глаза.

— Острое отравление, — сказала Ирина. Митя съежился:

— Она первая… меня предала. Змея!

— А что ты ей сказал, ты помнишь? Как ты показывал ей эти фото, как сравнивал, как зубоскалил?

— Это все было не так…

— А как? Ты, художник, рассказывал Юле, что у нее грудь дряблая и попа толстая, а Лизу ставил в пример? Лизу, которая на десять лет моложе?!

— Это творчество, — пробормотал Митя. — Это… искусство.

— Искусство…

Ирина вытащила из сумки и положила перед ним фотографию в пластиковом файле:

— Твой друг, который тебя ненавидит. Твоя бывшая женщина — змея, как ты правильно понимаешь. Девочка, которая тебя любила, но которой ты не нужен. Вот твоя жизнь.

— Отдай мне мой галстук, — тоскливо попросил Митя. — Зачем ты вообще пришла? Зачем разбила окно?

Ирина оглянулась на демона. Тот стоял, скрестив руки, величественный и монументальный. Кивнул, будто благословляя.

— Я ведьма, — сказала Ирина. — Я приказываю тебе встать и жить.

Она подошла к столу и выложила из кошелька деньги:

— Вот все, что ты мне заплатил. Чужого не надо — порчи не было.

Митя смотрел на нее сверху вниз глазами, полными слез.

Она ушла. Потом вернулась: