Одержимая
Шрифт:
Игорь повернул голову. В шкафу играл незнакомую мелодию мобильный телефон; в шкафу.
Потом он услышал дыхание, и сопение, и даже сдержанное проклятие. Телефон заткнулся.
Тогда он встал, чуть не опрокинув стол, и распахнул дверцу шкафа; родственница Юлии, в белом халате, с чужим бейджиком на груди, смотрела на него умильно:
— Игорь Анатольевич! Извините, что потревожила…
— Ждете трамвая? — отрывисто спросил Игорь.
— Игорь, — женщина сразу стала серьезной. — Вы меня извините. Дело в том, что я потомственная ясновидящая и ведьма…
— Зоя! — Игорь распахнул дверь кабинета. — Алексей! Почему в кабинете посторонние?!
— Поэтому я знаю про вашу беду, — очень быстро заговорила женщина. — Про импотенцию. Знаю, как вас это мучит. Знаю, что вы даже подумывали о самоубийстве…
Игорь выпучил на нее глаза. Простой вариант о том, что мерзавка добралась до бумаг в столе, не пришел ему в голову; усталость от жизни, докучавшая ему в последние месяцы, не была документирована ни в одной выписке.
— Игорь, я вам помогу, — заторопилась ведьма, увидев тень сомнения на его лице. — Я помогу. Я знаю как. Завтра отоспитесь после дежурства, и я вам совершенно бесплатно…
В дверном проеме появились пожилая медсестра и зевающий охранник.
— Почему посторонние в кабинете? — спросил у них Игорь, без прежней, впрочем, ярости.
— Пройдемте, — сказала Ирине медсестра, а охранник поглядел укоризненно.
— Игорь Анатольевич, — Ирина ласково заглянула ему в глаза, будто желая увидеть сквозь них самое дно души. — Поверьте, я знаю, что говорю.
И, не споря больше ни о чем, вышла вслед за сестрой в коридор. Демон был рядом.
Игорь плотнее запер дверь. Закрыл на задвижку. На всякий случай еще раз заглянул в шкаф. Сел за стол. Глубоко вздохнул, выдохнул. Снял телефонную трубку.
— Митя?
— Ну что? — прошептал нервный голос на том конце провода.
— Мужайся, — сказал Игорь, придав голосу подобающую мрачность. — Юля умерла.
Лиза брела, спотыкаясь, по темным дворам. В кустах возилось и ворчало; несколько раз дорогу ей перебегали черные кошки.
Один раз она чуть не наступила на задремавшего бомжа.
И вот, когда, казалось, уже рядом оказалась большая улица с ее машинами, витринами и прохожими, — именно в этот момент, уже приободрившись, уже справившись с нервной дрожью, она вышла прямиком в скверик, где сидели на корточках и курили трое смуглых, коротко стриженых парней.
— Аллах Акбар, — весело сказал первый, со шрамом на щеке.
Лиза кинулась прочь — и подвернула лодыжку.
Добредя до скамейки у входа в приемный покой, Ирина тяжело опустилась на прохладное, влажное от росы дерево. Из-за соседних крыш медленно выползала огромная праздничная луна.
— Кто это звонил? — спросил демон.
Ирина помотала головой:
— Дай передохнуть… Слушай, сил нет. Просто нет сил. Жрать хочу… В горле пересохло… Из-за одной паршивой импотенции вот так человека на уши ставить?!
— Много ты понимаешь.
— Ах он бабник, бабник… Догулялся.
— Заткнись!
Ирина перевела дыхание. Вытащила телефон, проверила последний звонок. На дисплее высветился номер Вики.
— Так, — она щелкнула пальцами. — Я же просила ее мне не звонить… Сказала, сама звонить буду…
На часах было без четверти два. Вика ответила почти сразу.
— Ира, — голос ее звучал сдавленно, — она ушла.
— Как?!
— Да вот так, взяла и ушла.
— И тебя бросила?!
Вика сопела в трубку.
— Вика?! Ты что, ты… она поняла, что ты на самом деле не больная, да?!
— Ир, ну я же не артист с дипломом, — пробормотала Вика. — Я старалась. Я ее уговаривала… Она ушла.
Ирина дала отбой. Зарычала сквозь зубы, раскачиваясь на скамейке.
— Не конец света, — подал голос демон. — Она… в такой ситуации… вешаться не станет… наверное.
Лиза плакала.
От парня со шрамом пахло табаком и жвачкой. Он тащил Лизу, не обращая внимания на попытки вырваться.
— Тихо ты!
— Отпусти!
— Куда тебя отпускать, ты же хромая!
— Отпусти, говорю тебе!
Тянулись темные дворы, поднималась над крышами луна, и никто не приходил на помощь.
Охранник глядел на Ирину исподлобья, но без злобы.
— Она тебя любит.
Хотел бы я в это верить, сказало лицо охранника.
— Ну как же. Она тебя ждет. Родила тебе… (да) сы… (нет) дочур… (да) дочурок дву… (да!) двух. Знаешь, как девчонки к папе привязываются?
— Она мне сказала, что я паразит, — пожаловался охранник. — И чтобы я валил на все четыре.
— Держи визитку, — проникновенно сказала Ирина. — Придешь ко мне, я тебе жизнь-то починю. Благодарить будешь целительницу.
Она сунула в ладонь охраннику белый прямоугольник со своим именем и мобильным телефоном Вики.
— К сестре иду, — сказала доверительно. — Не могу оставить. Сестра болеет. Врачи, знаешь, загубят, а я помогу.
Охранник кивнул, как сомнамбула, и посторонился. Ирина проскользнула внутрь, за ней просочился демон.
Это была на редкость тихая для больницы ночь. Никого не привозили вот уже полчаса. Тусклый свет отражался от тусклого линолеума на полу, от тусклых плиток на стенах; Ирина кралась к кабинету с табличкой «Дежурный врач».
На часах была половина третьего.
Игорь поднял голову.
Странная женщина стояла перед ним, приложив палец к губам; он поморщился. Затылок ломило все сильнее.