Обрыв
Шрифт:
Вера
Горячий сладкий чай обжигал горло, но стало легче, по телу разливалось тепло и перестало тошнить. Съев булку, смотрю в окно на зеленый покосившийся забор и соседний участок. Я даже не знаю, в какой стороне от города это Губино, а, может, это и не оно.
– Николай,- все-таки снова решаюсь задать вопрос.- Может, ответите, кому и зачем я понадобилась? Куда вы меня везете?
Мужчина даже не смотрит в мою сторону, достал из-за куртки пистолет и положил его перед собой на стол. Я плохо в них разбираюсь, но видела такой у Толиной охраны. По спине пробежал холодок, даже дыхание задержала, крепко сжав в руках кружку.
Антоха, который сидел до этого хмуро, выпрямил спину и настороженно посмотрел на напарника.
– Ты чего, Колян? Зачем ствол?
– Вы убьете меня?- мой тихий вопрос.
Мужчина о чем-то долго думал, не ответив ни на один вопрос. Мы с Антохой притихли, ждали, что будет дальше. Но ожидание и незнание угнетало, давило тяжелым грузом.
– Антоха, собери наши вещи, выведи девчонку в туалет и выезжаем.
Антоха тут же засуетился, собирая в сумку какие-то тряпки, а мужчина, спрятав оружие, встал и вышел на крыльцо. Оттуда сразу потянуло сигаретным дымом. Потом хлопнула автомобильная дверь и завелась машина.
Меня любезно сопроводили в уличный туалет. Проходя мимо соседнего дома, заметила, как в его окне дернулась занавеска. Долго сидела, думала, как привлечь внимание соседей, что в доме кто-то есть, не было никаких сомнений. Я же точно видела, как шевельнулась штора, а за ней была тень. Но со стороны туалета была лишь глухая стена дома и забор, через который не перелезешь быстро.
Думай, думай, Вероника. Надо что-то делать, если меня эти люди не убили сейчас, значит, у них есть приказ привезти меня живой. Надо рисковать.
Антоха волновался на улице и уже стучал в дверь. Надо было найти что-то тяжелое, чтобы кинуть в окно, если, конечно, хватит сил и докину. Выхожу, медленно иду, смотрю под ноги, делаю вид, что споткнулась. Падаю на колено, быстро хватаю обломок кирпича, тут же замахиваюсь и кидаю в окно. Осколок маленький, окно, конечно, не разбивается, но удар ощутимый.
– Помогите,- кричу как можно громче.- Помогите, меня похитили и удерживают силой!
– Ты чего, совсем больная? Чего орешь, дура?- Антоха больно хватает меня за плечи, трясет, тащит к машите.
– Что у вас там за крики?
– Колян, она орать удумала. Сучка бешеная. Можно я ее уйму?
– Все замолчали и быстро в машину.
Меня заталкивают на заднее сидение, машина выруливает с участка, я всматриваюсь в соседний дом, на вид он совершенно безлюден. Неужели мне показалось? Но ведь я отчетливо видела, что человек был за занавеской.
Это был дачный поселок, прилегающий к деревне Губино. Деревня тоже выглядела полузаброшенной. Выехав с нее на трассу, машина поехала не дальше, а в сторону, откуда приехали.
– Колян, я не понял? Ты куда рулишь? Нам в другую сторону.
– Планы поменялись.
– Эй, ты чего, я не понял! Какие планы? У нас один план, доставить девчонку куда надо.
– Я сказал, углохни. Едем туда, куда надо мне.
Машина набирала скорость, я сидела, вжавшись в сидение. Мужчины впереди ругались, я ничего не могла понять. Меня снова куда-то везут, но уже в другое место. Хорошо это или плохо, что меня везут не к тем людям, после которых, по словам того же Антохи, я не жилец? Что задумал этот Колян?
– Нет, мне не нравится все это,- Антоха не унимался.- У нас был договор доставить сучку кому надо. Какого хрена мы едем обратно в город? Ты что, меня за лоха держишь? А ну давай, разворачивайся обратно.
Он хватается за руль, пытаясь его выкрутить, но его отталкивают, прикладывают к панели. Он взвывает, зажимает нос рукой, кидается на обидчика. Я сижу и не знаю что делать, они сейчас переубивают друг друга, и мы можем попасть в аварию. Машина виляет по трассе, встречные автомобили истошно сигналят. Но тут Колян достает оружие и направляет его на парня. Я замираю вместе с Антохой, оружие так и направлено на него, ствол почти упирается в его голову. Мужчина зол и взбешен, совершенно не смотрит на дорогу, быстро смотрю вперед и вижу, как на нас несется черный внедорожник.
– Осторожно! Машина!- кричу, хватаясь за переднее сидение.
Мужчина резко выкручивает руль вправо, машина начинает вилять по дороге, он пытается справиться с управлением. Нам чудом удается избежать столкновения, внедорожник проносится мимо в считанных сантиметрах от нас.
Но машину выбрасывает на обочину, сбивая ограждение, она летит в небольшой овраг с крутого спуска, сквозь высокий кустарник, с грохотом и треском падая на бок. Сначала я держусь, за что могу, цепляюсь за сидения, ручки дверей, потом лишь только успеваю прижать голову руками, чувствую сильный удар и на мгновение теряю сознание.
Очнулась от того, что тошнило и жутко воняло бензином. Неудобно лежу на боку, подо мной пассажирская дверь. Медленно тяну руку к голове, нащупываю что-то мокрое, подношу к лицу, пальцы в крови. Видимо, разбила стекло головой.
Пытаюсь подняться, но выходит плохо, карабкаюсь по сидению до другой двери. Мельком замечаю, что мужчины свалены друг на друга. Подтягиваться трудно и не получается, надо еще как-то открыть дверь. Сил нет никаких, тошнит еще сильнее, может, от запаха бензина или от сотрясения.
Пытаюсь выбить ногой заднее стекло, оно и так треснуло. Получается, просто выползаю, падаю на землю, жадно глотаю воздух, останавливаю подступающую рвоту. Сажусь на жухлую траву, покрытую утренним инеем. Изо рта идет пар, поднимаю голову к небу. Шепчу одними губами: «Господи, когда это все закончится?»
Поднимаюсь, хочу посмотреть, что там с мужчинами. Вижу сквозь стекло, покрытое мелкими трещинами, что мужчина, лежащий сверху, начинает
шевелиться. Нужно срочно уходить. Оглядываюсь по сторонам, впереди лишь только лес, сзади крутой спуск, с которого мы скатились и перевернулись.