Обрести силу
Шрифт:
Шаморцы увидели своих обидчиков неожиданно. Из-за петляющей дороги, то карабкающейся на холмы, то спускающейся в низину, блестящая черная стена щитов предстала перед ними резко. Казалось, еще мгновение назад впереди мерно вышагивавших легионеров с многометровыми копьями еще никого не было, и вдруг, после очередного подъема и следовавшего за ним поворота перед ними возник враг.
Вряд ли кто из бессмертных первой линии, да других линий тоже, хоть раз в жизни воочию видел знаменитую Железную стену гномов, которая столетия назад кровавым катком прошлась по древним государствам Тории. Это была совершенно монолитная стена черного металла, в которой будто не было ни единой щели ни единого отверстия. Квадратные ростовые щиты с небольшим вырезом с боку, в котором уютно устроилась пика с широким мечеподобным лезвием, перегородили собой тракт. Над щитами едва высовывались сплошные с едва заметными узкими отверстиями для глаза плоские шлемы.
Практически вплотную к ним стояла и вторая линия фаланги, гномы которой в случае необходимости либо подпирали плечом соседа спереди либо вскидывали щит вперед для его защиты. Тоже самое делала и третья и четвертая линия фаланги, что придавало построению одновременно и крепость скалы и остроту кинжала.
— Их мало, — с хищным удовлетворением отметил Сульдэ, для которого с жеребца открывался хороший обзор на этот участок тракта. — Пять или может шесть десятков…, — он переместил взгляд на обходивших его подобно ручью выступающую скалу непрерывным потоком солдат тысячи Джемет. — Бессмертные их и не почувствуют!
Через мгновение к нему присоединился и кади, чуть отставший из-за идущей массы легионеров.
— Не будем спешить, — проговорил Даданджи, внимательно осматривая небольшую кучку гномов, с упрямством обреченных стоявших перед огромной массой войск. — Они совсем не похожи на безумцев, способных напасть на легион. Слышишь?! Мы должны поговорить…
Сульдэ лишь скалился в ответ на его слова.
— Не похожи…, — старик вскинул голову, негромко повторяя произнесенное. — Если кто-то поступает, как враг… значит, он враг… Джемет! Пусть они ответят за кровь!
Тот же, уже давно ловящий взгляд своего господина, радостно заревел и поскакал к туриям первой линии, в которой были самые физически сильные и опытные воины. Именно им предстояло ударить первыми и вскрыть оборону гномов.
— Ра-а-ат! — заорал Джемет древнешаморский клич, означавший «вперед». — Ра-а-а-т! — почти сразу же откликнулись легионеры ударной первой линии. — Ра-а-ат! — подхватили его остальные. — Ра-а-ат!
С каждым новым криком их шаг становился чуть короче и быстрее, позволяя плотному строю с шестиметровыми пиками постепенно набирать скорость.
— Ра-а-т! Ра-а-ат! — их шаг стал еще быстрее. — Ра-а-ат! Ра-а-ат!
Когда до строй гномов осталось не более пятнадцати шагов легионеры уже бежали, с трудом удерживая равнение копий.
— Ра-а-ат! — более трех сотен легионеров неслось в первом потоке. — Ра-аат! — какой-то десяток шагов их отделял он железной стены. — Ра-а-ат!
Бам!! Бам!! Бам!! С клацаньем железа, наконечники копий ударились по щитам гномов! С противным, пробирающим до глубины визгом, они тут же скользили по полукруглой поверхности щитов и взмывали вверх. А следом в фалангу с грохотом врезались и не успевшие затормозить легионеры.
На наблюдавшего все это кади все сильнее и сильнее накатывало ощущение самой что ни на есть настоящей катастрофы. Что-то внутри него все громче и громче шептало, что еще мгновения и происходящее уже не остановить… Вдруг мертвенно бледный кади резко дернул поводья, поднимая своего жеребца на дыбы, и направляя его прямо на Сульдэ.
— Остановись же, безумец! — хрипел Даданджи, хватая того за рукав. — Еще не поздно! — пошатнувший в седле старик что-то прорычал в ответ и потянулся за свои клинком. — Наш враг король Роланд, а не гномы! Упрямый старик!
Онемевшие от развернувшегося прямо на их глазах противостояния тысячники встали плотной стеной вокруг, не пуская рвущихся в центр телохранителей верховного кади. Еще не обнажая мечи, и те и другие с силой пытались вытолкать друг друга, в пол голоса хрипя проклятья.
— Прочь!
— Именем султана…
— Куда прешь?
— В ножны клинок, в ножны!
— … Они должны решить все сами.
Тем временем первый удар бессмертных захлебнулся… Ученик так и не смог превзойти своего учителя. Железная стена, знаменитая фаланга гномов, с легкостью устояла перед натиском своего людского подобия — тяжелых гоплитов Шамора.
С грацией гигантского зверя закованная в металл фаланга сделал быстрый шаг назад, сбрасывая с коротких копий с широкими наконечниками изувеченные тела бессмертных тела. Тут же больше четырех десятков гномов передней линии одним движением вернули копья назад и встали в привычную стойку, опираясь краем щита на щит своего товарища слева.
Едва железная стена, ощетинившаяся выпуклыми щитами и копьями, вновь приняла привычный вид, как откуда-то из ее глубины стал раздаваться грудной трубный звук.
— У-у-у-у-м… У-у-у-у-у-м, — непрерывными волнами накатывался звук, словно упрямый морской прибой раз за разом упиравшийся в скалы. — У-у-у-у-м… У-у-у-у-у-м.
Над головами гномов одновременно взвился черный стяг, на колыхавшим от ветра полотнище которого были различим священный для каждого гнома символ — два соединенных вместе круга. Это был знак подгорных богов — двух братьев, которые создали в пламени великого горна первого гнома и положили начало великой расе гномов.
Поднятый вверх такой стяг мог означать лишь одно из двух: среди гоплитов железной стены находился либо сам владыка подгорного народа, верховный правитель гномов, либо тот, кто говорит его устами.
— У-у-у-у-м… У-у-у-у-у-м, — не смолкал трубный звук, взывающий о временном перемирии и встрече. — У-у-у-у-м… У-у-у-у-у-м…
Под несмолкающие звуки из глубины строя словно корабль по морским просторам поплыл черный стяг. Стоявшие в фаланге гномы почтительно расступались перед несущим его гномом. Это был крепко скроенный старик, широкая серебристая борода которого закрывала большую часть массивного нагрудника.
Едва гном встал перед строем и с силой ударил древком стяга о земле, как трубные звуки смолкли и установилась тишина.