Чтение онлайн

– Можно и в другом, миссис Кинг, простите, мисс Мейфилд, но я не уверен, что вы от этого выиграете.

Она даже не шевельнулась. И взгляд такой же непроницаемый. Я вытряхнул из пачки сигарету и попытался большим пальцем ухватить лежавшую в кармане зажигалку и повернуть колесико. Такие вещи надо уметь в случае чего делать одной рукой. На этот раз получилось, но не с первой попытки. Наконец закурил, зевнул и выпустил дым через нос.

– Браво, – сказала она. – Что сделаем на бис?

– На бис надо бы позвонить в Лос-Анджелес и доложить об успехах своим заказчикам. Но меня можно отговорить.

– Боже! – вырвалось у нее. – Двое за один вечер! Везет же некоторым девушкам.

– Чего не знаю, того не знаю, – сказал я. – Я ничего не знаю. Подозреваю, что меня держат за дурачка. Но до конца не уверен и в этом тоже.

– Минуту. – Она захлопнула перед моим носом дверь, но в следующий момент звякнула сбрасываемая цепочка, и дверь распахнулась.

Я медленно вошел, а она сделала шаг назад и попятилась в комнату.

– Что вы слышали? И пожалуйста, закройте дверь.

Я захлопнул дверь плечом и прислонился к ней.

– Эпилог довольно грязного разговора. Стены здесь не толще бумажника профессионального чечеточника.

– Вы занимаетесь шоу-бизнесом?

– Нет, бизнес у меня совсем другой. Я играю в прятки. Меня зовут Филип Марлоу. Вы меня уже видели.

– Разве? – Сделала несколько осторожных, мелких шажков назад, подошла к раскрытому чемодану и присела на подлокотник кресла. – И где же?

– В Лос-Анджелесе, на Юнион-Стейшн. Мы с вами вместе ждали поезда. Вы меня заинтересовали. Меня заинтересовало, что происходит между вами и мистером Митчеллом, так ведь его, кажется, зовут? Я, впрочем, в кафе, где вы с ним сидели, не заходил, а потому ничего не слышал, да и видел немногое.

– И что же вас так заинтересовало, любопытный вы мой?

– Кое-что я вам уже рассказал. А еще меня поразило, как вы во время разговора с ним переменились. Получилось у вас очень даже неплохо. Стали строить из себя уличную девку, современную прожигательницу жизни. Зачем вам это понадобилось?

– А кем я была до этого?

– Славной, добропорядочной, хорошо воспитанной молодой женщиной.

– Это я добропорядочную из себя строила, а прожигательницей жизни являюсь на самом деле. И не только прожигательницей. – И в руке у нее блеснул маленький автоматический пистолет.

Я мельком взглянул на пистолет.

– Очередная пушка, – вздохнул я. – Пистолетом меня не испугаешь. Я всю жизнь с ними прожил. В младенчестве играл со старым однострельным «дерринджером» – с такими в свое время пароходные картежники ходили. Потом дорос до легкой спортивной винтовки, потом – до снайперской винтовки триста третьего калибра и так дальше. Однажды даже попал в «десятку» с девятисот ярдов. А мишень, на тот случай, если вы не знаете, на расстоянии девятисот ярдов ничуть не больше почтовой марки.

– Фантастическая карьера, – съязвила она.

– Огнестрельное оружие никогда ничего не решает, – гнул свое я. – Это лишь короткий антракт перед вторым действием, которое, как правило, ничем хорошим не кончается.

Она слабо улыбнулась и переложила пистолет в левую руку. А правой ухватилась за отворот блузки и быстрым, решительным движением разорвала ее до пояса.

– А теперь, – сказала она, – я переворачиваю пистолет, вот так… – и она переложила его обратно в правую руку, но взяла не за рукоятку, а за ствол, – и бью себя ручкой по лицу. Получается превосходный кровоподтек.

– А потом, – подхватил я, – вы перевернете пистолет дулом вперед, снимете его с предохранителя и спустите курок в ту самую секунду, когда я, прочитав всю газету от корки до корки, дойду наконец до спортивных новостей.

– Вы и до середины комнаты не дойдете.

Я сел, положил ногу на ногу, взял со стола зеленую стеклянную пепельницу, установил ее на колене и вставил сигарету, которую курил, между указательным и средним пальцем правой руки.

– С какой стати мне ходить по комнате? – лениво сказал я. – И не подумаю. Буду сидеть как сижу. Совершенно спокойно и хладнокровно.

– И бездыханно. Я неплохо стреляю, да и расстояние между нами поменьше девятисот ярдов будет.

– Пристрелив меня, вы попытаетесь убедить полицию, что я хотел вами овладеть и вы были вынуждены защищаться, правильно я говорю?

Она швырнула пистолет в чемодан и рассмеялась. Судя по всему, от души.

– Простите, – сказала она. – Я просто представила себе, как вы сидите нога на ногу с дыркой в голове, а я пытаюсь объяснить, что застрелила вас, защищая свою честь. Зрелище не для слабонервных.

Она села и, упершись локтем в колено, подалась вперед и подложила руку под подбородок. Лицо напряженное, взгляд отрешенный. Лицо из-за густых прядей спадающих на лоб темно-рыжих волос кажется меньше, чем на самом деле.

– Что вам от меня надо, мистер Марлоу? Или спрошу иначе: что мне надо сделать, чтобы вам от меня ничего не было надо?

– Кто такая Элеонор Кинг? Что она делала в Вашингтоне? Почему по дороге сюда сменила имя и спорола инициалы с чемодана? На эти вопросы я хотел бы получить ответы. Впрочем, хотеть, как говорится, не вредно.

– Отчего же, отвечу. Носильщик спорол инициалы с чемодана, так как я сказала ему, что брак у меня был неудачный, я развелась и получила право вернуть себе девичье имя – Элизабет, или Бетти Мейфилд. Эта информация достоверная, не находите?

– Допустим. И все равно непонятно, откуда взялся Митчелл.

Она с облегчением откинулась на спинку стула, однако тревога в глазах оставалась.

– Я познакомилась с ним в поезде.

Я кивнул.

– Тем не менее сюда он приехал на собственной машине. Заказал вам номер в коттедже. Здешнему люду Митчелл не по душе, но он, как видно, водит дружбу с какой-то местной шишкой.