Чтение онлайн

Фокс окинул печальным взглядом свое жилье на Сент-Джеймс. Чтобы выиграть эти выборы, придется продать всю оставшуюся мебель. Он не мог больше отбиваться от кредиторов; его игорные долги были огромными. Для вестминстерских выборов нужны деньги.

Он не мог отказаться от борьбы. Он должен дать бой противникам.

Это был один из тех редких моментов, когда он заставил себя думать о деньгах. Везучий принц Уэльский, грустно подумал он. Парламент заботится о его долгах.

Но больше всего на свете Фокс любил борьбу — поэтому он свяжется с торговцами недвижимостью и продаст дом. И что потом? Он доверится судьбе, которая пока что серьезно его не подводила.

Коалиционное правительство распалось из-за ост-индского билля, который прошел Палату общин, но был отклонен Палатой лордов. Фокс знал, как это произошло. Король направил лорду Темплу письмо, в котором просил известить всех о том, что он будет считать своим личным врагом каждого, кто проголосует за принятие билля. Хотя не все лорды испугались этой угрозы, билль все же не прошел с минимальной разницей голосов; это привело к падению правительства. С какой радостью король приказал Фоксу и Норту вернуть их государственные печати!

Затем король вызвал молодого Уильяма Питта и назначил его премьер-министром.

Нами будет управлять школьник,— так прокомментировали это событие, поскольку Питту исполнилось двадцать четыре года.

Но он был сыном великого Питта и уже продемонстрировал унаследованные от отца способности.

А потом... Питт потребовал роспуска парламента — результатом этого стали выборы, поражение на которых было бы непозволительной роскошью для Фокса.

Когда он сидел и ломал голову над тем, куда сможет податься после продажи дома, слуга доложил о прибытии посетителя.

Он встал, чтобы поприветствовать миссис Армистед.

Она выглядела весьма элегантно, ничем не напоминая служанку.

— Моя дорогая Лиззи.— Фокс поцеловал ее руку.

— Надеюсь, я выбрала для визита не слишком неподходящий момент?

— Как раз самый подходящий. Если бы ты приехала на несколько дней позже, я, возможно, не смог бы предложить тебе кресло.

— О да, эти выборы. Ты должен принять в них участие. Он кивнул.

— Чтобы получить средства для этого, я продам мою недвижимость.

— И затем?

— Одержу победу.

— Несомненно, но я думаю о твоем доме. Фокс пожал плечами.

— У меня есть друзья.

— Девоншир-хаус? — спросила она.— Но твое пребывание там будет временным. Вам нужен дом, мистер Фокс, Он ждет вас в Чертси.

Он встал и обнял ее за плечи. Он был заметно тронут, что являлось редким состоянием для такого человека. Она пристально посмотрела на него.

— Я думаю,— медленно произнесла миссис Армистед,— что когда я покупала мой дом, когда выбирала мою скромную мебель, я имела в виду нечто подобное. Вы одаренный человек, мистер Фокс, но несколько беспомощный.

Он поднял свои густые брови, отчего вид его стал еще более неухоженным, и сказал:

— Моя дорогая Лиззи, ты уверена в том, что не совершаешь сейчас первый легкомысленный поступок в своей благоразумной жизненной карьере?

— Совершенно уверена, мистер Фокс, потому что если вы решите приехать в Чертси, цель моей благоразумной карьеры будет достигнута.

Помолчав, он сказал:

— Я не могу понять, почему я получаю такой драгоценный подарок; даже если проиграю вестминстерские выборы, я все равно останусь самым везучим человеком на свете.

— Но вы их не проиграете, мистер Фокс.

— Да, я выиграю вестминстерские выборы — и надеюсь, что окажусь достойным моих избирателей... и моей дорогой Лиззи.

Казалось, город еще не знал такого волнения. Весь Вестминстер вышел на улицы, чтобы принять участие в выборах. Джорджиана, герцогиня Девонширская, агитировала за Фокса; она ходила в шляпе из лисьего меха и муфте из лисы, посылая воздушные поцелуи в обмен на обещанные голоса. Принц Уэльский гулял по улицам в камзоле, недостаточно элегантном для него, но являвшимся точной копией камзола, в котором Фокс появлялся в Палате общин. Победа Фокса вызвала ликование его сторонников.

Принц решил отпраздновать ее. Устроить специальный прием в Карлтон-хаусе. Были приглашены шесть сотен гостей. Во дворе возвели девять шатров; непрерывно играли четыре ансамбля.

Сам принц выглядел великолепно в перламутрово-сером шелковом костюме с серебристой отделкой; на Мелл собирались толпы людей, желавших послушать музыку победы и радости.

Король ехал по Мелл, чтобы открыть заседание парламента.

— Что за шум доносится из Карлтон-хауса? — спросил он.

— Это принц, Ваше Величество. Он празднует победу мистера Фокса в вестминстерских выборах.

Дерзкий щенок! Предатель собственного отца!

— Он никогда не упускает шанса причинить мне боль,— пробормотал король.— Фокс по-прежнему в парламенте. Хвала Господу за славного мистера Питта. Он будет для него достойным оппонентом, а, как? Но почему у меня такой сын? Кто мог подумать, что он окажется моим мучителем?

Люди почти не смотрели на Георга Третьего. Почти все они были на стороне принца. Они души не чаяли в шумном, пьющем, азартном распутнике. Они не умели ценить добродетельность. Это была безответственная толпа.

Мне здесь нет места, решил король. Нам не следовало появляться.

Он задумался о том, какой была бы жизнь, если бы англичане не прогнали католика Стюарта, а решили бы оставить его и отправить немцев в Германию. Это могло произойти в 1715 году или, что более вероятно, в 1745. Но немцы победили и остались в Англии... в результате чего он, Георг Третий, был сейчас королем этой страны, и однажды безрассудный молодой глупец, игрок, несостоятельный должник и любитель женщин, займет английский трон.