Чтение онлайн

— Ха! Когда-нибудь ты вспомнишь эти слова.

— Мне постоянно это говорят, но пока что меня бесит то, как медленно ползет время. Можете догадаться, с каким нетерпением я жду совершеннолетия... собственного дома... независимости.

— Мне легко это понять.

— Я бы хотел, чтобы это понял мой отец.

— О, эта вечная проблема отцов и сыновей.

— Вы считаете, дяди понимают племянников лучше?

— Я в этом уверен.

Они оба рассмеялись. Почему король мало похож на своих братьев? — огорченно подумал принц. Когда я мог с легкостью говорить с ним обо всем, шутить? Никогда. У него отсутствует чувство юмора. Какой он зануда!

— Ну, теперь, когда вам позволено являться ко двору, вы сможете немного вразумить моего отца.

— Несомненно. Он поймет, что ты внезапно стал взрослым.

— Надеюсь,— сказал принц.— Я нахожу нелепым то, что не могу встречаться с моими дядями из-за антипатии отца к их герцогиням.

— Мы женились без его согласия.

— Почему вы не могли это сделать? Почему один взрослый человек должен просить разрешения у другого?

— К счастью, его Брачный кодекс вышел слишком поздно и не успел затронуть нас.

Принц улыбнулся.

— Я хочу, чтобы вы и мой дядя Камберленд знали — я восхищаюсь тем, как вы поступили.

— Я должен поблагодарить тебя за эти добрые слова. Но ты сам не попытаешься последовать нашему примеру?

Принц едва не поведал герцогу о своей любви к миссис Робинсон, но все же решил не делать этого. Все равно его дядя, вероятно, знал об этом. Как и большинство людей. Эта весть не долетела лишь до ушей короля и королевы.

— Если бы я собрался так поступить,— пошутил принц,— я прежде всего пришел бы к вам за советом относительно того, как это сделать.

Общаться с обоими дядями было легко. Принцу нравилось болтать с ними. Он спросил о герцогине, поскольку не хотел подражать глупому поведению отца. Дядя заговорил о ней с радостью, поскольку его брак явно был удачным.

Когда полчаса истекли, принц, прощаясь с герцогом, сказал:— Я не могу навещать вас сейчас без разрешения короля, но через три года я достигну совершеннолетия и получу право действовать самостоятельно. Обещаю, что тогда приеду к вам.

Король вызвал к себе сына. Слухи и сплетни о миссис Робинсон и принце пока что не достигали Георга Третьего и королевы, поэтому король считал, что молодой Георг в последние месяцы ведет себя на удивление пристойно. Он даже сказал Шарлотте, что, по его мнению, принц наконец остепенился. Королева была счастлива согласиться с мужем.

Поэтому, когда принц явился к отцу, король встретил его без обычного раздражения. Манеры принца стали более сдержанными. Он гадал, не потому ли отец вызвал его, что узнал об Утрате; обнаружив, что причина заключается не в этом, принц испытал заметное облегчение.

— Скоро тебе стукнет восемнадцать лет,— сказал король.— Это веха в жизни, а, как?

— Веха,— повторил принц; в его душе разгорелись надежды. Сейчас он услышит о назначении содержания, о собственном доме. Врата свободы медленно открывались.

— Ты уже не мальчик! Какова ответственность, а? Тебе подобает иметь собственные апартаменты.

Апартаменты, подумал принц и представил себе красивый дом, который будет принадлежать ему. Если здание ему не понравится, он переделает его по собственному проекту. Принц обладал архитектурными способностями и говорил Утрате, что когда отец даст ему приличный дом, он станет их любовным гнездышком.

— Ты еще не достиг полного совершеннолетия. Это произойдет через три года. Но в восемнадцать лет... апартаменты — да, несомненно. Я решил, что часть Букингемского дворца будет отдана тебе и твоим людям.

Часть Букингем-хауса! Как он и Утрата смогут обустроить свое любовное гнездышко во дворце его отца? Принц оторопел.

— Ты получишь приличное содержание и собственных лошадей. С тебя снимут те ограничения...

Принц не слушал его. Красная пелена поплыла перед его глазами. Разве этого он ждал?

Покои... покои в Букингем-хаусе!

Он не мог произнести вслух свои мысли. Не смел. Он еще был несовершеннолетним. Впереди три долгих тягостных года. Он рассчитывал обрести многое, а обрел так мало.

Одна тюремная дверь открылась, но он не получил полной свободы.

— Покои в Букингем-хаусе!
– сказал он Фредерику.— Ты только подумай об этом! Постоянно на глазах у отца. Я думал, что получу собственный дом, смогу приглашать туда моих друзей.

— Теперь ты сам будешь выбирать их,— заметил Фредерик.— Тебе не придется карабкаться на стены, чтобы встретиться с ними. Не придется снимать номер в гостинице. Кое-что ты получил.

— Клянусь Богом,— воскликнул принц.— Я им еще покажу. Его и Ее Святейшим Величествам! Они пожалеют о том, что заковали меня в цепи. Я буду жить, как хочу... поступать, как мне нравится... пусть даже всего лишь в части Букингем-хауса!

Он решил показать двору, что не потерпит запретов. Он даже не мог до января занять апартаменты в Букингем-хаусе. Но он наконец получил больше свободы и собирался максимально использовать ее. Теперь не было нужды изображать из себя охранника и тайком добираться до острова Ил-Пай. Графиня Дерби хотела продать свой дом на Корк-стрит; он казался принцу идеальным жильем для Утраты. Деньги на покупку? Кто откажет в кредите принцу Уэльскому?

Он приобрел дом на Корк-стрит и встретился там с Утратой; они обошли его, обсуждая внутреннюю отделку. Утрата предпочитала сдержанные пастельные тона, принц — алые и золотистые. Это будет королевская резиденция; он сам собирался проводить здесь много времени. Он преподнесет Утрате сюрприз, обставив комнаты.

Он сделал это... не жалея средств. Любой торговец спешил выполнить заказ принца Уэльского. В ход шли самые дорогие материалы — принц не интересовался ценами.

Вдыхая воздух свободы, принц был более счастлив, чем когда-либо. Он сказал это Фредерику. Его ликование нашло отражение в вензелях из сплетенных между собой инициалов «Г» и «У», которые появлялись на позолоченных зеркалах, мебели, бархатном пологе над кроватью.