Чтение онлайн

– Ты чего??

– Прости. Это рефлекторно.

Рефре… что?

Он вгляделся в моё надутое лицо и неожиданно прижал к себе, прерывисто вздохнул в макушку. Мне показалось, что он с трудом сдерживается, чтобы не заплакать.

– Тай… Я могу тебе помочь?

– Нет. Спасибо, ты хорошая, Иля…

Я приподнялась на цыпочки и, повинуясь порыву, прикоснулась губами к его щеке.

– Всё наладится. Бабушка говорит, что вслед за ночью всегда бывает день. Солнце обязательно встанет и согреет всех, и тебя, и твоего папу, и всех твоих родных. Верь в это!

Он улыбнулся и поспешно стёр со щеки влажную дорожку.

– Ты сама как солнышко, Иля… Когда-нибудь я ещё приеду, ты меня не забудешь?

Я отчаянно замотала головой, отчего коса в очередной раз развалилась и рассыпалась на ворох непослушных кудряшек. Тай взял в руку одну прядку и поднёс к лицу.

– Никогда не видел таких красивых волос…

– Хочешь, на память?

Я дотронулась до его кинжала и красноречиво повертела зажатой между пальцев кудряшкой.

– А не жалко?

– Неа!

Тай быстро оглянулся и потянул меня чуть в сторону от взрослых. Чик!
– и на его ладонь упал мягкий огненный локон. Я улыбнулась.

– Ты приезжай.

– Приеду.

Он чмокнул меня в кончик носа и, развернувшись, бегом вернулся к своим. К тому времени они почти все были уже на конях. Тай сел позади отца. Когда выезжали за ворота, обернулся и едва заметно махнул мне рукой. Я помахала в ответ. И тут же почувствовала на плече тяжёлую бабушкину ладонь. Будет ругаться? Но она лишь вздохнула, провожая глазами волков.

– Бедный мальчик…

Я открыла рот, спросить, почему она так сказала, но бабушка уже подтолкнула меня в дом и зашла сама, устало шаркая ногами. Потом я всё же попыталась пристать к ней с вопросами о Тае, его отце и вообще волках, но бабушка только отмахивалась. Придёт, мол, время - всё узнаешь…

Прошло около четырёх лет, и мне наконец-то стало ясно, почему так странно вели себя волки. Да я и сама, взрослея, стала о многом догадываться.

Тогда они приезжали не столько к отцу, сколько к бабушке. Именно у неё, помимо дара целительницы, был ещё один, редкий теперь, дар. Она была ‘зрячей’, то есть умеющей видеть прошлое, настоящее и будущее. Её видения всегда были исключительно верными и тем отличались от тех, какими хвалились, бывало, на ярмарках смуглые степняки: дай, мол, денежку, и я расскажу тебе всю твою жизнь наперёд. Нелёгкий это был дар и не всегда благодарный. Порой люди всё же не верили, угрожали; порой бабушке приходилось после очередного ритуала применять и свои лечебные навыки. Тем не менее редко какой день обходился без очередного ‘гостя’. Иногда приезжали и вовсе из какого-то далёкого далека, движимые надеждой услышать ответы на важные для них вопросы. Бабушка объяснила, что существует неписанное правило: каждому человеку за всю жизнь позволено задать не больше трёх вопросов. Если какой дурак вместо этого спросит о какой-то ерунде, что ж, сам виноват. Сам ритуал ‘видения’ был довольно простой: ‘зрячей’ достаточно было подержать в руках какую-нибудь вещь, принадлежавшую просителю или человеку, о котором он хотел узнать, и перед её внутренним взором возникала ясная картинка-ответ. Бабушка подробно рассказала мне о подготовке к ритуалу и других вещах, которые необходимо знать каждому ‘зрячему’, и я наивно гордилась, что она считает меня взрослой и доверяет свои секреты именно мне, а не Лённе.

Объяснение этому оказалось простым. Однажды поздним вечером бабушка позвала меня к себе и торжественно объявила своей преемницей. Я и не догадывалась, что обладаю каким-то ‘потенциалом’, и только поэтому гожусь на роль новой ‘зрячей’. Бабушка сказала, что полностью передаст свой дар сегодня ночью и велела не отходить от её постели и всё время держать её за руку. Я не сразу поняла, что силы постепенно оставляют её, напряжённые пальцы в моей ладони слабеют и становятся всё холоднее… Я испугалась и хотела побежать за помощью, забыв, что сама уже кое-что понимаю во врачевании, но с ужасом поняла, что не могу двинуться с места, не могу оторваться от ледяной безжизненной руки. Бабушка успела шепнуть, что сама предсказала свою смерть - она наступит именно сегодня, совсем скоро. Вот поэтому она и позвала меня. Нести это бремя с такого юного возраста - тяжкий труд, и она сожалеет, что уходит так рано, не дав мне насладиться беззаботным детством. Но она знает, что я сильная, что я справлюсь… Её шёпот становился всё тише и бессвязней, а потом смолк совсем.

Рано утром в комнату вошёл отец. Наверное, бабушка успела его предупредить, и он с порога посмотрел на меня с гордостью и печалью. Подошёл, легко отцепил мою руку от бабушкиной и крепко обнял, позволяя запоздало наплакаться.

Бабушка оказалась права - с этого дня моё детство кончилось. Я не вмиг стала взрослой и серьёзной, мой характер был для этого слишком бойким, но очередные детские забавы часто прерывались теперь известием о прибытии новых ‘вопрошающих’. Ехали к бабушке, а тут - я… Следующий год был для меня очень тяжёлым. Помимо целительского, я училась грамотно пользоваться и своим новым даром, выдерживала многочисленные фырканья насчёт ‘мелкой зрячей’, обижалась, пыталась что-то доказать, потом махнула рукой. Не хотят ко мне обращаться - так мне же только лучше, свободного времени больше. А уж коли обратились - сидите спокойно и слушайте. Верить - не верить, тоже ваше дело…

Вопросы были разные. Как и рассказывала бабушка, многие спрашивали вполне обыденные вещи: выходить ли замуж за такого-то, переезжать ли туда-то, сделать ли то-то… Но были и тяжёлые, грустные случаи. Так, одна приехавшая издалека женщина хотела узнать о своём муже, который работал проводником в горах и давно не появлялся дома. Взяв поданную женщиной рубашку, тотчас поняла - она уже несколько месяцев как вдова. Муж погиб, сорвавшись со скалы… Тогда общими усилиями мы едва вывели её из глубокого обморока. И, конечно, я наотрез отказалась брать плату за такое предсказание. В другой раз пожилой толстый купец принёс детскую игрушку и потребовал сказать, как зовут отца этого мальчика. Я тогда ещё многого не понимала и спокойно сказала - имя ярко светилось перед моим внутренним взором. Позже от сплетниц-соседок я узнала, что обманутый муж убил названого мной человека, потом - жену и ‘сына’, а потом и сам бросился в реку…

Я была в ужасе и целый месяц отказывалась принимать ‘вопрошающих’. Так хотелось повернуть время назад, снова беззаботно носиться по двору, весело смеяться и устраивать взрослым мелкие пакости… Но теперь это всё в прошлом. Тётки не устают напоминать, чтобы я вела себя ‘прилично и подобающе’, на мне-де ответственность и, значит, нельзя позорить своего отца и всю семью глупыми выходками. Никакой беготни, неуместного веселья и шалостей, со всеми вести себя вежливо, глазки свои зелёные опускать долу, одеваться скромно… В общем, брать пример с сестрицы Лённы. Она, и повзрослев, осталась такой же тихой: смирно сидит за рукоделием или цветочки перебирает, никому не мешает. У сестры открылся дар сродни целительскому, только вот подопечными её были не люди, а растения. Как мы врачуем, прикладывая к больному месту руки и мысленно посылая свою силу в виде тёплого потока, который ‘запускает’ выздоровление, так и она прикосновением оживляла полузасохшие цветы, заращивала ранки на деревьях и читала старинные заговоры, от которых урожай на полях становился особенно обильным и скорым. Хороший, благодарный дар… Я втихаря завидовала сестре, но понимала: что сделано - то сделано. У каждого своя судьба, и ноша даётся каждому по его силе, так говорила мама. Мне ничего не оставалось, как с этим согласиться.

Тогда же я, улучив момент, спросила отца о давнем визите волков. Они ведь тоже не просто так приезжали? Он подтвердил мои догадки: помимо обычных дел, которые обсуждали с ним как с главой края, вожак клана Мирт хотел спросить бабушку о странной болезни своей жены. Не то, чтобы хворь казалась слишком опасной, но впервые у него было какое-то нехорошее предчувствие, а своему чутью волк привык безоговорочно доверять. Бабушка в тот день была в отъезде и вернулась лишь поздно вечером. Сразу же провела ритуал - и сообщила растерявшемуся мужчине, что жена его уже мертва. Спасти её было невозможно… Вот почему утром волки так разительно отличались от себя-вчерашних, вот почему так быстро уехали. С тех пор никто из них не приезжал в наше село, и Тая я больше не видела. Интересно, как он теперь выглядит? Наверное, и думать забыл про смешную рыжую девчонку…