Чтение онлайн

— Не бойтесь, я у вас его не отниму, — сказал Бен. — Ваш песик очень мил, но я на него не покушаюсь. Я действительно хотел купить что-нибудь из кожи, но собачка — это было бы слишком… экстравагантно.

— Выбираете подарок на Рождество? — спросила Мари, а сама подумала: как странно вот так запросто болтать с Беном Эйвери. И что будет, если он ее все-таки узнает? Но потом она сообразила, что ни лицо, ни голос, ни какой-нибудь характерный жест не выдадут ее.

А Бен снова посмотрел на нее с легкой, приветливой улыбкой, какой обмениваются двое незнакомцев, которых случай свел вместе и заставил заговорить друг с другом.

— Да, я хотел бы сделать подарок одной молодой леди, но никак не могу ни на чем остановиться. Может быть, вы мне поможете?

— Попробую. Как она выглядит, эта ваша молодая леди?

— О, потрясающе!

Мари невольно рассмеялась. Подобный ответ был вполне в духе Бена Эйвери. Ей даже захотелось спросить, неужели на этот раз у него это серьезно, но она вовремя прикусила язык.

— А все-таки? — уточнила она.

— Ну, у нее такие чуть рыжеватые волосы — каштановые, если быть точным. Каштановые с золотой искрой. Еще она чуть ниже вас ростом и шире в… в бедрах. — На этот раз он оглядел Мари с ног до головы, и в его глазах промелькнул хорошо знакомый Нэнси огонек, свидетельствовавший о том, что в Бене проснулись все его донжуанские инстинкты. Поистине, Бен был неисправим, и она не знала, смеяться ей или сердиться.

— Вы уверены, что ей действительно нужен дорожный саквояж? — спросила Мари, невольно подумав о том, как бы она отреагировала, если бы ей на Рождество подарили чемодан.

Лично она надеялась, что Питер проявит куда большую изобретательность и преподнесет ей что-нибудь поинтереснее. Например, японский сверх-широкоугольный объектив или комплект «сафари» для фотоохоты в джунглях.

— Вам, конечно, лучше знать, но, на мой взгляд, это не самый подходящий подарок для молодой девушки.

— Дело, видите ли, в том, что мы вместе должны отправиться в небольшое путешествие, вот я и подумал… Собственно говоря, главным подарком является путешествие, а не саквояж. Я уже купил билеты и собирался спрятать их во внутренний карман сумки…

Пятьсот долларов за импортный чемодан, который и нужен-то, оказывается, только для того, чтобы спрятать какие-то билеты! Какая неслыханная расточительность со стороны Бенджамина Эйвери! Два прошедших года определенно пошли ему на пользу.

— Тогда другое дело, — согласилась Мари. — Я почти завидую вашей подружке. Она — настоящая счастливица.

— Нет. Это я счастливец, мисс.

— Значит, — прищурилась Мари, — это свадебное путешествие? Медовый месяц на Гавайях? На Таити?..

Проявление подобного неумеренного любопытства могло бы при других обстоятельствах смутить ее, но только не теперь. Мари было так интересно слушать новости о жизни Бена Эйвери — слушать и надеяться, что он ненароком упомянет о… Бен покачал головой, и Мари, взяв себя в руки, улыбнулась ему вежливо, но достаточно прохладно.

— Это просто деловая командировка, — пояснил Бен, — но моя девушка об этом еще не знает. Ну, что вы мне посоветуете? Коричневый или темно-зеленый?

— Мне кажется, лучше всего взять вон тот саквояж коричневой замши. С моей точки зрения, он самый элегантный из всех.

— Мне тоже так кажется! — Бен довольно кивнул и знаком подозвал продавщицу. Выбрав три саквояжа, он отдал продавщице кредитную карточку и попросил переслать покупку авиапочтой в Нью-Йорк. Значит, поняла Мари, теперь Бен живет в Нью-Йорке…

— Спасибо за помощь, мисс… мисс…

— Адамсон. Мари Адамсон. — Она улыбнулась. — Мне было очень приятно помочь вам. Кроме того, я, кажется, должна извиниться перед вами: я задавала слишком много вопросов. Должно быть, это приближающиеся праздники так на меня подействовали.

— Да. Рождество и на меня действует очень странно, — согласился Бен. — Впрочем, зима мне всегда нравилась — это очень красивое время года. Зима способна преобразить даже Нью-Йорк, а это что-нибудь да значит!

— Вы живете в Нью-Йорке?

— Да, у меня там квартира, но вообще-то мне приходится очень много ездить для фирмы.

Из его ответа Мари так и не поняла, работает ли Бен на «Коттер-Хиллард» или нет, но спросить об этом напрямик она не могла, и ее сердце внезапно сжалось от острой, почти физической боли.

«Как это ужасно, — подумала она, — стоять совсем рядом с ним, болтать обо всем на свете и не сметь спросить о самом главном — о том, кто до сих пор занимает мои мысли…»

Ее молчание так затянулось, что Бен удивленно посмотрел на новую знакомую. На этот раз его взгляд был более пристальным и внимательным, словно что-то подсознательно тревожило, смущало его. На миг у Мари от страха душа ушла в пятки, но Бен улыбнулся, и она поняла, что он ее не узнал, не вспомнил.

Отступив от прилавка, Мари машинально поправила шляпку, чтобы он не увидел последние полоски пластыря на лбу, и крепче прижала к себе Фреда, словно заслоняясь им от проницательного взгляда Бена.

— Мне не хотелось бы показаться назойливым, — сказал Бен, — но… не согласились бы вы поужинать со мной? Или хотя бы выпить по коктейлю? Правда, через несколько часов я улетаю в Нью-Йорк, но мы могли бы зайти в бар «Святого Франциска» и…

Мари улыбнулась в ответ и покачала головой.

— Дело в том, что я тоже улетаю сегодня, а мне еще надо собраться в дорогу. Спасибо за предложение, мистер Эйвери, но я не смогу.

Лицо Бена вытянулось от удивления.

— Как… Откуда вы узнали, как меня зовут?

— Я слышала, что так вас называла продавщица, когда вы расплачивались кредитной карточкой.

Она ответила быстро, не задумываясь, и Бен только пожал плечами, хотя и не помнил, чтобы продавщица называла его по имени. Бен был искренне огорчен. Эта мисс Адамсон была изумительна, и, каким бы серьезным ни было его увлечение Венди, оно не могло помешать Бену выпить с хорошенькой девушкой. Жаль, что она тоже уезжает…

— А куда вы летите, мисс Адамсон? — с надеждой в голосе спросил он.

— В другую сторону, — отрезала Мари. — Я лечу в Санта-Фе, Нью-Мексико.

Бен был глубоко разочарован; это было видно по его лицу, и Мари, не сдержавшись, рассмеялась.

— А я-то надеялся, что вы тоже летите в Нью-Йорк. Мы могли бы прекрасно провести время. Вам бы понравилось.

— Мне — возможно, но я не думаю, что это пришлось бы по душе одной молодой леди, у которой каштановые волосы с золотой искрой, — парировала Мари.