Чтение онлайн

— С навами у тебя определённо есть опыт общения, — улыбнулась Анепут. — Может, поэтому Мирдал тебя и выбрал?

Что-то в голосе сестры не понравилось Виэнель, и белая поняла, что рано обрадовалась.

— Кстати говоря, это очень правильно — держать учеников всех вместе, чтобы они видели достоинства и недостатки друг друга. Но иногда из-за одного могут пострадать все, и тогда этого одного лучше изолировать… — продолжала Анепут

— В том случае, если не сумеешь его воспитать. Но… Пока что проблем с этим у меня не возникало, — Виэнель присела на траву и стала медленно перебирать струны. Она не наделяла мелодию силой, как во сне, но так и конфликт был куда менее острым. — Жалко, что мы редко видимся в последнее время. Хочется быть дружными, как в детстве.

— Работа. Чтобы дети жили в мире, взрослые должны трудиться, — чёрная тоже присела рядом с сестрой, одним ухом прислушиваясь к играющим. — Я не слышала такую мелодию… Что это?

— За пятнадцать лет я написала несколько музыкальных композиций под песни Мирдала, — младшая Аменемхат остановилась, потягиваясь крыльями, — он до сих пор их сочиняет.

— Деревней проще управлять, чем материком, — понятливо протянула Анепут, — больше свободного времени…

Дети уже порядочно отдохнули от занятий и начали замещать скуку либо болтовнёй, либо простым любопытством. Среагировав на имя Мирдала, к болтающим драконессам тихонько подошли два ребёнка — брат и сестра. У обоих в гамме шкуры преобладал синий цвет, но у самчика он часто перемежался золотыми полосами в гриве и каёмками перьев, а самочка обладала ровно-золотой гривой, белыми пятнами кое-где и единственным рогом на лбу — не слишком типичное положение для драконьей генетики.Оба склонили головы перед Анепут, приветствуя её.

— Вот уж по кому можно время измерять, — рассмеялась чёрная драконица. — Вы значительно выросли с тех пор, как мы виделись с вами в последний раз! Уже проявились способности к техномагии или болтологии?

— Вольный дракон талантлив во всём, — если не способность, так гордость своих родственников по материнской линии парень продемонстрировал.

— В этом я уже убедилась, Сварун, — Анепут перевела взгляд на Индрику, словно ожидая ответа и от неё. И младшая дочь Мирдала её не разочаровала:

— Инанна разговорами положила конец распрям между драконами Нашара и Тьмой. Так что иногда даже красноречие может быть полезным.

— Но без предыдущих дел на благо всех её бы просто не послушали. Кстати об этом — есть ли чем похвастаться передо мной и поразить Анепут? — перехватила удобнее арфу Виэнель, подмигивая ребятам.

— Порядок скорее обратный, — прихвастнул Сварун. Выставив правую лапу, он собрал в неё энергию и продемонстрировал драконицам золотистую свирель. Скрестив задние лапы, дракон присел на траву, от прикосновения его перьев засверкавшую золотистыми искорками, закрыл глаза и извлёк лёгкий приятный свист. Анепут с удивлением заметила, как при этом засияла его шерсть, словно насыщаясь светом — синие всполохи на солнечном поле.

Индрика не проявила своего инструмента — природа наградила её собственным прелестным голосом и отцовской чёткой силой. Её звонкая песня устремилась наперегонки с тонкими трелями, да так, что Виэнель пришлось гармонизировать этот ансамбль плавными гаммами, чтобы душу Анепут не снесло от почти всерьёз применённой магии Светлых.

— Замечательно! — похвалила юнцов Анепут, когда дракончики остановили игру. — С такой музыкой нечего бояться о нападении навов на школу. В один момент остановите со своим оркестром!

— Я старалась, — смущённо опустила глаза Виэнель.

— Так и делай! — Анепут поощрительно улыбнулась и поклонилась молодым исполнителям. — Когда подрастёте — вас с радостью приму на службу, если Инанна вас не перехватит раньше!

— Им ли нашей воле указывать, — довольный Сварун развоплотил флейту. — Кстати, если хочешь с Инпу встретиться, он сейчас на боевых искусствах.

— Берёт с тебя пример, — вторила драконам Виэнель. — Он с удовольствием сделался бы твоим помощником, будь чуть взрослее.

— Некоторых, правда, коробит, что он носит на посохе своего младшего брата… — поёжилась Индрика.

— И это не единственная его странность, — Сварун развёл крылья в стороны. — Но… таковы полунавы. С Шешем твой сын очень дружен.

— С Шешем… — помрачнела Анепут. — Вот как раз из-за него я и здесь.

Виэнель почувствовала, как её горло словно стальная лапа сжала. Она откашлялась и проговорила:

— Шеш редко выходит за пределы школы. Не стоит его врагам знать, где он находится — для его же пользы и безопасности всех нас. Он ещё совсем детёныш.

— Не совсем, — едва слышно проговорила Анепут и добавила, уже громче. — А где он именно? Я хотела бы с ним увидеться.

— На поляне с другой стороны деревни. Вряд ли пропустишь, там всегда знатный рык и ор, — поморщилась, вздрогнув, Индрика. — Знаешь, очень больно, если ударят по рогу, даже если затупленным оружием.

— Ну прости… — устало и виновато опустил Сварун глаза.

— Учитесь драться для защиты, — назидательно произнесла Анепут, поднимаясь. И не преминула добавить. — Но и помните, чьи вы дети.

Юнцы согласно закивали.

— Я тебя провожу, — предложила Виэнель, тоже встав.

— Встретимся в перерыв, а пока удели внимание и другим детям. И тебе добра, твоей волей! — Анепут оборачивалась на сестру, махала ей кисточкой, пока поднималась над лесом.

— Эх, не к добру всё это… — проговорила ей вслед Виэнель. Но заставила себя принять добродушное выражение и повернулась к драконятам. — Идём!

Пересекая деревеньку, уже слегка опустевшую, потому как занятия в хорошую погоду проходили на улице, Анепут гадала, что же так всполошило сестрёнку. Ведь, на деле, это Анепут близка к навам и должна была отвращаться действиям против них. Однако именно эта близость, как ни что иное, показала, что навам доверять надо не больше, чем драконам. Среди них точно так же на одного честного приходится пять коварных ублюдков. К счастью, её муж и сын к последним не относились. Кьлеменетот пользовался уважением у большей части «нашарских» навов с тех пор, как добился передачи им моря Вейндал и всех драконьих владений в нём. К сожалению, то была малая часть, и это были не дружественные, а нейтральные навы. Другие же либо подчинялись враждебному Нашару Тескатлипоке, такому же умному и хитрому, как и Кьлеменетот… Либо просто хотели сожрать их мир, как пожирали миры до Нашара. Даже Кь не мог обьяснить, почему другие навы недолюбливают Нашар при том, что этому миру ещё далеко до естественного разложения и растворения в нави. Он оправдывал это изначальной нелогичностью тех созданий, у кого отсутствуют мозги и душа как таковые… Но Анепут чувствовала, что глава «одомашненных» пришельцев и сам не знает всех мотивов враждебной группы. А если бы узнал — то попробовал бы исчерпать конфликт мирным путём. Потому сейчас ссоры с «домашними» были не нужны — у Нашара и так хватит проблем. Анепут могла бы решить всё жёстким методом… Но её существо протестовало против того, чтобы применить исключительные методы, которые, к тому же, могут и не привести к желаемому результату.

Несмотря на волю Тьмы, Варлад тоже был против них. Его куда больше пугали слухи о преподавателях, сношающих своих учеников и друг друга, чем присутствие навов в Ликдуле. А вот сама Анепут не слишком верила в «сублимированные эротические фантазии» Воплощения. Противников всегда обвиняют в извращениях — в самом обидном. Пока что она видела действительно неплохую школу — не слишком профессиональную, без разделения по возрастам, но делающую своё дело. Тренировочный бой проходил как надо.

Как раз в этот момент Инпу распрямлялся, завалив -таки на землю крупного серо-пятнистого дракона — судя по комплекции и возрасту, преподавателя. Стоявшие рядом ученицы постарше, видимо, тоже отработавшие умение сражаться, взмахами крыльев выразили своё восхищение. Полунав оскалился и повернулся к ним…