Чтение онлайн

Суровым тоном попросив ее не отходить далеко, бывший чемпион продолжил лить деду в уши.

— Я всего лишь пнул его в плечо, — он толкнул ладонью воздух, имитируя удар. — Рука и вылетела, будто у игрушки. Потому и говорю, что безделушки.

Торговцу то ли не понравилась импровизация, то ли намек на то, что его товар — хлам. Нахмурившись, Ганштайн возразил:

— Десятки людей, которым так называемые “безделушки” ежедневно упрощают жизнь и делают ее полноценной, с тобой не согласятся, — его глаза хищно сверкнули. Затем он указал на шкаф за своей спиной: — Вот, к примеру, модель “Верный друг”…

Как и рассчитывал Вик, торговцам в обоих мирах только дай возможность покрасоваться знаниями и расхвалить свой товар — и их уже не заткнешь. Вику оставалось просто задавать наводящие вопросы.

Таким образом он довольно быстро выяснил виды и классификацию мехапротезов по назначению и качеству.

Всего видов было три: бытовые, профессиональные и боевые. Классов качества столько же, где первый был самым лучшим.

— Ладно, убедил! — узнав, что ему было нужно, Вик поднял руки в примирительном жесте. — Кому-то ленивому такие штуки и вправду могут упростить жизнь или облегчить работу. Но что насчет боевых? Согласись, ни один такой протез не превзойдет человеческую силу!

Ганштайн в ответ хищно прищурился, напомнив собой ястреба.

— Если ты так уверен в своих словах, то как насчет доказать их на практике?

Не дождавшись ответа, торговец отошел к шкафу с мехапротезами.

Удивленный Вик переглянулся с Лили. Та пожала плечами.

Кажется, переборщил, — подумал бывший чемпион.

Вернувшись к прилавку, Ганштайн взвалил на него почти точную копию человеческой руки. Только сделана она была из железа и имела множество открытых частей. Сквозь них можно было рассмотреть внутренний каркас и какие-то резинки.

— Это внешний усиливающий скелет моей собственной разработки, — торговец опустил специальные очки и принялся показывать железную руку со всех сторон. — Третий класс качества, работает от заводного механизма, материал каркаса — железно, креплений — сплав стали. В качестве усиливающих элементов высокопрочные резиновые жгуты, повторяющие структуру мышц. Выглядит дешево, согласен, но даже эта механическая рука способна развить усилие хвата в двести пятьдесят килограмм!

Лили эта демонстрация ничего не сказала. А вот бывший чемпион уважительно покачал головой: даже в лучшей своей форме он не выжимал хватом больше ста восьмидесяти килограмм.

Ганштайн усмехнулся:

— Ну, так что, парень? Еще не поздно взять слова обратно и по-тихому свалить из моей лавки.

Вик оскалился:

— А тебе еще не поздно написать завещание, старик. Желательно, на мое имя.

— И как же тебя зовут? — прищурился торгаш, в глазах которого играли искры смеха. — Чтобы знать, какое имя выгравировать на урне с твоим прахом.

Бывший чемпион вспомнил, что о чем-то таком Лили рассказывала, пока они изучали базарную кухню. Вместо захоронений в Нижнем Городе людей кремировали, чтобы не занимать землю, которая могла понадобиться фермам или заводам.

— Вик, — ответил он.

— Советую тебе, Вик, молиться Ярому, — задрав нос, заявил Ганштайн. — Потому что сегодня ты встретишь свою славу.

Торговец явно не собирался отступать. Как и бывший чемпион.

— Только после тебя, старый, — усмехнулся он.

Лили смотрела на бранящихся мужчин, как на дурачков.

Они же собираются просто бороться на руках! Как от этого можно умереть?

Убрав с прилавка лишний хлам, Ганштайн надел механическую руку и закрепил поддерживающие кожаные ремни. Затем он несколько раз с явным усилием прокрутил торчавший из плеча заводной ключ.

Раздался скрип и скрежет несмазанных шестеренок. После чего механизм пару раз дернулся и пришел в движение. Ладонь Ганштайна, которая дотянулась только до предплечья экзоскелета, с помощью специальных колец на резинках без труда управляла механической ладонью.

Теперь правая железная рука торговца была почти в полтора раза больше левой.

Уперевшись локтем в столешницу, Ганштайн взглядом пригласил Вика, который как раз закончил разминку.

— Лили, — позвал он.

Малявка прыжком забралась на прилавок. Бывший чемпион удивился, когда она неожиданно умело проверила хватку противников. После чего заправским комментатором объявила:

— С правой стороны! — и указала на Вика. — Боец в легком весе! Победитель извращенцев, задир и легионеров! Бр-р-ратик!

Малявка явно сболтнула лишнего. Но Ганштайн лишь скептично оглядел бывшего чемпиона. Тот отмахнулся, мол, не слушай.

— С левой стороны! — продолжила Лили. — Боец в суперлегком…

Ганштайн прищурился.

— Боец в легком весе! Владелец лучшей лавки запчастей и механизмов на всем Крысином…

Ганштайн прокашлялся.

— Во всем Нижнем Городе! Дядя-а-а-а… Яков!

И после этого малявка захлопала в ладони, замахала руками и засвистела, заменяя собой целую толпу зрителей.

— С каких это пор я стал тебе дядей? — возмутился торгаш. — И слезь с прилавка, бестолочь!

Лили послушно спрыгнула со стола, не забыв перед этим объявить:

— Начали!

Вик воспользовался тем, что Ганштайн отвлекся, и взорвался в рывке. Полагаясь на технику, он собирался положить неопытного противника быстрее, чем за секунду.

Но механический экзоскелет Ганштайна даже не шелохнулся.

Увидев замешательство бывшего чемпиона, торговец свободной рукой поправил очки и хмыкнул:

— Еще не поздно сдаться. Пока твоей сестре не пришлось соскабливать тебя с прилавка, как лепешку, в которую я тебя непременно раскатаю.

— Как насчет закатать себе губу, старик? — оскалился Вик и продолжил борьбу.

На этот раз он атаковал через верх. Вдавливая свои пальцы в холодное безжалостное железо, он пытался взять кисть экзоскелета на излом.

Слишком поздно бывший чемпион понял, что это было бесполезно.