Чтение онлайн

– Да, Маша… Вам не позавидуешь, – сочувственно протянул Железнов. – А может, плюнуть на всё это? И не поехать! Пусть там ваш муж сам прибивает новые ступеньки к своей карьерной лестнице?!.

– Нельзя, Саша, – голос у Маши стал бесцветным и усталым. – У него должна быть незапятнанная репутация. И в смысле семьи – в первую очередь.

– О-о-о, – протянул Железнов, – как всё сложно. А ваш муж понимает, насколько для вас всё это невыносимо?

– Думаю, что да.

– Что значит – думаете?!. Вы что, никогда с ним это не обсуждали?

– Я ему сказала один раз, что хотела бы провести это время вместе с детьми, вместо того чтобы тратить его на общение с чужими для меня людьми…

– И?

– А он ответил, что это время тратится ради их, детей, будущего.

– И вам нечего было возразить, – иронично заметил Железнов.

– Было. Но я не стала делать этого. Не захотелось. А вы, Саша, вы – единственный, от кого я не пытаюсь скрывать свои мысли…

– Я не священник, Маша, вдруг вы ошибаетесь?

– Нет, Саша, вы священник, мой личный священник, которому я безгранично верю и знаю, что вы меня никогда не предадите.

– Всё, что вы сказали – об этом знаю только я. Вы-то откуда это можете знать, Маша?!.

– Вы верите в любовь, Саша, для вас нет ничего важнее в жизни…

– А вы, Маша, – перебил Железнов, – во что верите вы?

– Саша… У меня нет подруг. Занятый карьерой муж… Мама, которая считает, что главное в жизни достаток. У себя мне верить не во что… Вокруг меня всё очень меркантильно… и материалистично. Вы даже представить себе не можете, насколько материально. А я, Саша, верю в вашу любовь…

В трубке у Железнова раздались гудки. Железнов медленно, очень медленно «схлопнул» книжку телефона, склонил голову, о чем-то глубоко задумавшись.

– Маша! – неожиданно для Железнова гаркнул Оберст у самого уха. Железнов вздрогнул, ему потребовалось несколько секунд для того, чтобы «вернуться» и осознать, что он – у себя в кабинете, что рядом в клетке – маленький друг, не упускающий из виду ни одного его движения, что «разрывается» «городской»…

Железнов немного виновато улыбнулся Оберсту, испытывая смущение перед ним от того, что «всё и вся» перестали для него существовать во время разговора с Машей.

– Да, друг мой, это была она, Маша.

– Маша!

– Тебе придется смириться с тем, что она теперь всегда со мной…

Диалог неизвестных (3)

– Уважаемый господин…

– Давайте не будем называть моего имени, герр Мильке, – гость нервно дернулся, схватил со столика бокал с коньяком, в один глоток осушил его. – Мало ли что… и вам, и мне проще. Аудиоэкспертиза в настоящее время является всего лишь косвенным доказательством, а «связать» заказчика и исполнителя – мечта любого следователя.

– Хорошо, господин… Исполнитель, я не буду произносить вашего имени, – герр Мильке внутренне содрогнулся, наблюдая, как гость наполнил до краев пузатый бокал и вылил, в прямом смысле – без единого глотка вылил его в себя, – но вам не кажется, что ваши опасения напрасны – мы регулярно проверяем свой офис, в особенности этот кабинет для конфиденциальных переговоров.

Гость жалостливо взглянул на хозяина, как на слепого щенка, потерявшего миску с молоком, – вы плохо знаете историю, герр Мильке: ваш умник Бисмарк зарекал вас воевать с Россией. Вы всегда! И до него и – после!

Всегда проигрывали России! Я боюсь, что и в этот раз вы чего-то не учли. На что-то у вас не хватило фантазии, потому что у вас всегда «порядок бьет класс», а у нас такие постулаты не проходят… потому что мы этого не знаем, а потому – непредсказуемы.

– Итак, герр Мильке, давайте, «времени не тратя даром», я кратко изложу ситуацию, как она мне видится, чтобы исключить иллюзии с вашей стороны о цене обсуждаемого вопроса, – гость в очередной раз потянулся к бутылке, правда, в этот раз налил по-европейски – на один палец.

– Попробуйте, – Мильке и сам был не прочь выведать, насколько гость «в курсе».

– А ситуация, уважаемый заказчик, такова. Ваша уважаемая компания в настоящее время активно вытесняется вашими конкурентами со всех европейских рынков – северного, центрального и итальянского…

При этих словах собеседника Мильке опустил голову, но не в знак согласия, а для того, чтобы прикрыть злость в глазах – переговоры, которые и так изначально не представлялись легкой прогулкой, существенно осложнялись – гость знал о безвыходности его положения, а значит, вопрос о его, Мильке, премиальных в виде разницы между выделенной боссом суммой и оплаченной исполнителю становился все более призрачным.

– …не очень-то ваши успехи и на российском рынке. Но! Но если учесть всего три фактора, как то: неимоверную популярность шоу, в финале которого принимает участие Анастасия, во-вторых, темпы роста российского рынка в интересующей вас сфере, которые можно назвать по вашим, европейским меркам фантастическими, и, в-третьих, если объединить два первых фактора, конечно же, при условии победы Насти, то тогда уже фантастические дивиденды со всего этого получит ваша компания. Во всяком случае, зная менталитет нашего народа, конкурентов у вас в России практически не будет. Для чего я вам все это говорю? Вы это знаете значительно лучше меня.

Только с одной целью – стоить решение этой проблемы будет очень дорого. Вот так-то, дружище.

На «дружище» Мильке никак не отреагировал, поскольку «Семнадцать мгновений…» не смотрел, а потому и не смог оценить всей иронии, заложенной собеседником в это обращение.

– Сколько? – выдавил из себя Мильке. Гость явился на встречу абсолютно подготовленным.

– Миллион…

– Сколько?!.

– …миллион в вашей общеевропейской валюте, после вычета всех налогов – на моем расчетном счете в вашей прекрасной стране.