Чтение онлайн

Шеннон подошла к ним, когда они стояли у торговца шелковыми чулками. Обращаясь к Логану и растягивая слова, она томно произнесла:

— Наверное, это будет чересчур с моей стороны — принять от вас пару чулок?

Она ткнула в бок Александрию, по правде говоря, не слишком нежно, и та, быстро поняв намек, добавила

— А не будет ли вовсе неприлично, если каждая из нас получит по паре?

— Прекрасная мысль! — сказал лорд Сессфорд, выбирая очень хорошие розовые чулочки для Дамаскус.

Венеция предпочла телесного цвета, а Александрия, неизвестно почему, — красного. Шеннон смело взяла черные, она отличалась безупречным вкусом и понимала, что нравится мужчинам. Тэбби в этом вопросе решила положиться на Шеннон. Она вдруг подумала: Парису понравились бы черные чулки на ней! Но тут же отбросила эту мысль. Он больше никогда ее не увидит, если сегодня ее план удастся, приструнила она себя. Конечно, сложись все иначе, не будь у нее в Эдинбурге мужа, а у него жены в замке Кокбернов… Но Тэбби заставила себя вернуться к реальности.

Они остановились посмотреть, как полуобнаженные молодые люди занимаются метанием шеста — десятифутовой палки, которую трудно даже оторвать от земли. Обнаженные спины блестели от пота, а мускулы бугрились от усилий. Мужчинам зрелище не понравилось, а сестры Кокберн, наоборот, возбужденно перекидывались репликами. Молодые люди едва оттащили девиц, умоляя пойти и посмотреть, как искусно они стреляют из лука. И правда, они выиграли призы, совершенно, впрочем, бесполезные. Но зато было так весело!

Александрия схватила Тэбби за руку и поволокла в испанскую палатку, полную ножей и кинжалов Пока Александрия решала, какое лезвие самое острое, взгляд Тэбби упал на пару красных туфель из испанской кожи на высоких каблуках Какие красивые, ей немедленно захотелось купить их! А хватит ли денег, которые дал Парис, возбужденно думала Тэбби Она просто не сможет жить без таких! Изо всех сил Тэбби стала торговаться, но никак не могла заставить смуглого продавца снизить цену Потом ее сменила Александрия, уговаривая продать ей нож подешевле Вдруг девочки посмотрели друг на друга и улыбнулись Почему бы не купить в складчину и то, и другое? Когда испанец понял, что может потерять сразу двух покупательниц, он сдался В результате все трое остались очень довольны Но главным событием ярмарки в Келсо был аукцион лошадей. При огромном стечении народа — и зрителей, и покупателей — цыгане продавали лошадей и пони. Никто не спрашивал, откуда у них взялись животные, но товар всегда был отменный. Тэбби поняла — сейчас нетрудно отстать от Александрии и затеряться в толпе. Быстро оглядевшись и убедившись, что рядом никого, она прижала к себе пакеты с покупками и побежала к паре, обещавшей довезти ее до Эдинбурга.

— О! Наконец-то, девушка, а то мы скоро уезжаем, вот придет муж и двинемся Он пошел поискать черный горох Я хотела бы остаться, послушать волынщиков, да и посмотреть, чего не успела, но в Эдинбург путь неблизкий.

Тэбби залезла в фургон и села рядом с женщиной Она страстно надеялась, что муж этой дамы придет раньше, чем ее хватятся. Минуты тянулись бесконечно. Сердце Тэбби билось в самом горле. Снова и снова она повторяла себе, что все делает правильно, благородно. Она прекрасно знает свои обязанности. Да и потом — разве есть у нее выбор? Женщина что-то болтала, но Тэбби ничего не слышала. Вдруг веселая смеющаяся компания ввалилась прямо в фургон. Алекс взял ее за левую руку, лорд Логан за правую, лорд Леннокс спустил Тэбби вниз и понимающе посмотрел в глаза. Шеннон хохотала.

— А мы за тобой!

Лорд Сессфорд положил золотую монету в руку женщины, а Дамаскус сказала:

— Наша сестра иногда совершает странные поступки. Большое спасибо, что вы были добры к ней.

Тэбби посмотрела на лорда Леннокса и произнесла, понизив голос:

— Я несчастлива здесь. Почему вы не хотите мне помочь?

Надо отдать Ленноксу должное, он показался смущенным, но, пожав плечами, сказал:

— Я надеюсь жениться на Венеции и не осмелюсь перечить Кокберну.

Тэбби поняла — ее перехитрили, но отнеслась к этому добродушно. В конце концов молодые Кокберны не виноваты, что брат украл ее, и она сама слышала утром, как Парис угрожал Алексу. Ей нравилась эта семья, она готова была полюбить их всех. Они вынуждены подчиняться своему брату-дьяволу, как и она. Сегодняшняя попытка бежать — еще одна ошибка, которую нужно прибавить к предыдущим. Решимость Тэбби крепла — она убежит, не важно, каких трудов ей это будет стоить. По дороге домой она тихо спросила:

— Вы же не расскажете Парису, правда?

Они в ужасе посмотрели на нее.

— Конечно, нет! О чем ты говоришь? За кого ты нас принимаешь? — строго спросила Александрия.

Она почувствовала облегчение — ей не придется выдерживать безжалостный гнев Париса.

Утром все спали долго, но, проснувшись, поняли, какая замечательная погода была вчера. День был душный, темно-синие тучи столпились на небе, надвигалась гроза и к ужину разразилась. Все собрались в доме и наслаждались обществом друг друга.

Александр и Трой играли в шахматы. Трой, обычно неугомонный и подвижный, вынужден был из-за грозы и ливня проводить время с семьей.

Дамаскус распирало от желания рассказать девушкам, как Роберт сделал ей предложение. Бледно-зеленые глаза сверкали озорством, и, понизив голос, чтобы не слышал Парис, она начала:

— Вчера Роберт попросил меня стать леди Сессфорд. Но он еще не говорил с Парисом. Я ждала его весь день, но этот ливень помешал ему приехать.

Александрия мрачно сказала:

— Ты не единственная, кто сегодня проведет вечер в одиночестве. Из-за этой погоды и цыгане не уедут.

Шеннон двинула сестру в ухо и с жаром поздравила Дамаскус.

Венеция, не желавшая оказаться побежденной, сообщила:

— Я думаю, Дэвид Леннокс тоже намерен поговорить с Парисом. Вчера он совершенно ясно дал мне понять, что ищет жену.

Дамаскус вскинула подбородок.

— Я очень счастлива за тебя! Но не забудь, я все же оказалась первой.

Шеннон засмеялась.

— Ты никому не дашь об этом забыть, дорогая. Дамаскус, всегда стремившаяся оставить за собой последнее слово, парировала:

— Но это важно! В этом мире ты должен быть или первым, или лучшим. К счастью, я и то, и другое!

— Как тебе удается всю жизнь так заблуждаться? — изумилась Александрия.

— Давайте принесем сюда все вчерашние покупки, посмотрим и, может, чем-то поменяемся, — предложила Венеция.

Парис изучал у камина морскую карту, но всякий раз, когда Тэбби поднимала глаза, она ловила на себе его взгляд. Он наблюдал за ней. О чем он думает? Что замышляет? Скорее всего что-то злое, дьявольское, говорила она себе, раздувая пламя негодования.