Чтение онлайн

Она подавила вздох.

— Не волнуйся, Генрих. Твое лицо так покраснело, что если ты не сядешь, то можешь кончить тем, что тебя хватит удар, — она дождалась, пока он сел на стул возле ее стола. — Последние полгода ты всем рассказываешь о дальнейшем росте нашего города, о завлечении промышленных фирм и о новых контактах, связях, приезде большого количества людей. Все это хорошо и полезно, но мы должны начать думать об охране увеличивающегося населения. Если этого не произойдет, мы не сможем работать так же эффективно, как раньше.

— У нас уже 30 лет нет серьезных преступлений, я не вижу причин для беспокойства, — ответил он.

— Возможно, что я люблю все предусмотреть, но написала это не забавы ради, дорогой мэр, — она постучала планом. — Я сопроводила отчет высказываниями шерифов, шефов полиции городов нашего размера и мэров городов, превосходящих нас вдвое. Даже меньшие населенные пункты имеют больше одного патрульного по ночам.

— Я не слышал, чтобы Фрэнк жаловался, что у него много работы.

Тесс чувствовала, что начинает терять терпение.

— Так как он, возможно, не вдумывается в ситуацию, а пускает в ход кулаки, которыми надеется решить проблемы. Когда-нибудь случится так, что он получит сдачи, а за это время что-нибудь произойдет. Да и невозможно мне быть на связи все 24 часа. Я никогда не жаловалась раньше, не жалуюсь и сейчас, но в будущем не стоит на это рассчитывать. Что, если со мной что-нибудь случится? Дневная смена не может еще и ночью работать и оставаться в форме.

Грант поднялся со стула:

— Да, милая, тебя беспокоят проблемы, которые до сих пор тебя не тревожили, — он потянулся через стол и похлопал ее по руке. — Я думаю, вся проблема в том, что ты слишком усердно и много работаешь. Тебе необходимо расслабиться, чтобы провести время с молодым человеком. Я слышал, он патрулировал с тобой город. И, мне кажется, ты бы не взяла его с собой, не будучи уверенной, что ничего не случится. Я прав? — он не ждал ответа. — Так что твоя маленькая головка не должна ни о чем болеть. Обещаю, что в ближайшие полгода мы сможем найти кого-нибудь, чтобы снять с тебя часть нагрузки.

Его улыбка стала еще шире, когда он махал рукой, уходя.

Тесс сидела, глядя на дверь, и вертела в руке карандаш, который через несколько секунд упал на стол, сломанный на две части.

Вильма открыла дверь и заглянула:

— Можно входить или мне лучше повесить на дверь знак, предупреждающий, что нужно остерегаться шерифа? Ведь вы должны быть в гневе после его визита?

Тесс разрешила войти.

— Вам никогда не приходило в голову, что мир стал бы лучше, если бы женщины взяли власть в свои руки?

— Я думаю об этом каждый день. Особенно после смерти Куртиса, когда я обнаружила, что он завел дело в тупик. А ведь он был маляр-штукатур, но не мог справиться, — сказала она, садясь на стул, который только что освободил Генрих. — И, вдобавок, он не застраховал свою жизнь, хотя Грант его агитировал. Он надеялся жить вечно, а не умереть от сердечного приступа, крася стены в доме Джо, — она вздохнула, покачав головой. — Вы знаете, что Джо так и не заплатил мне за работу? Возможно, я положу всю жизнь, но ему придется заплатить за три покрашенные стены. Я собираюсь подать в суд, и еще посмотрим, чем это кончится.

Тесс закрыла глаза, чувствуя, что головная боль от визита мэра увеличивается в присутствии Вильмы.

— Не в обиду будет сказано, Вильма, но вы думаете, стоит?

— Конечно! Я этого так не оставлю! Не могу точно воспроизвести, что я обычно говорю себе, но приблизительно, что если бы мужчины уступили нам свои места и мы стали верховодить не только в доме, то везде стало бы лучше, так как мы не выслушивали бы нелепые оправдания и причины, которые воздвигают мужчины, чтобы ничего не делать, — сделала вывод опытная женщина.

Тесс вспомнила, какой вопрос задала Вильме, сама начав разговор, и сильно пожалела, что спросила. Она знала, что ей не стоит сейчас думать о мужских оправданиях.

— Вы что-то хотели? — спросила Тесс.

Вильма на мгновение задумалась, потом ее лицо прояснилось.

— Господи, забыла, зачем зашла. Хотела узнать, что думает мэр о ваших предложениях расширить департамент. Я видела, он нес ваш доклад.

Тесс кинула обломки карандаша в корзину для мусора.

— Он сказал, что бессмысленно говорить об этом на городском совете, так как сейчас нет денег. Фрэнк же отлично справляется со своей работой самостоятельно, но, может быть, в ближайшие полгода мы возьмем еще кого-то к нам, и тогда станет полегче моей маленькой головке, — сарказм или горечь окрасили ее голос. Возможно, и то и другое.

— Теперь понимаете, что я имела в виду под нелепыми оправданиями? Женщина предлагает нужные изменения, которые все поддерживают. Кстати, если город такой бедный, где Генрих взял деньги, чтобы купить себе шикарный кадиллак и разъезжать на нем повсюду. А сейчас он собирается купить кусок земли у Ларри Кейса, чтобы построить новый дом. Хочет устроить там бассейн…

Тесс навострила уши:

— Покупает землю у Ларри? Там хороших 15 акров. Зачем ему?

— Кто знает, что задумал другой. Наш мэр любит важничать, для этого хорошо бы владеть землей, — она махнула рукой. — Я знаю, его страховое агентство процветает, но я не думала, что дела идут так хорошо. Неужели все деньги от взносов клиентов, Тесс?

Другие источники доходов пришли Тесс в голову, но она не хотела пока о них думать. Она знала, что если бы Джейк слышал Вильму, то получил бы веский аргумент, чтобы остаться. А так как она все еще не отошла от пламенного поцелуя на улице, то не была уверена, что его присутствие — хорошая идея.

— Не сомневаюсь, что Генрих на каждом углу упрашивает людей купить страховой полис, — сказала она осторожно.

Вильма наклонилась вперед. Вспышка волнения мелькнула в ее глазах:

— Может быть, Джейк смог бы внедриться в компьютер Гранта и выяснить, откуда у него деньги. И я не удивлюсь, если его семья занимается контрабандой или чем-нибудь похуже. Вы знаете, такое часто случается с отцами маленьких городов.

Тесс не знала и не хотела знать.

— Это незаконно, Вильма, проникать в компьютер, — она отмахнулась от фразы, как от несущественной.

— Разве это нас остановит! Тем более всегда можно придумать причину. Не для себя же стараемся! — продолжала настаивать Вильма.

— Я так не думаю, Вильма, но спасибо за идею.

Вильма встала:

— Я никогда не доверяла Гранту, Тесс. Он так широко улыбается на людях. А все знают: человеку, который много улыбается, есть что скрывать, непременно, — вынесла она вердикт, когда уходила, — Да, Фрэнк звонил, сказал, что не успел закончить отчет о ночном дежурстве, но обещал, что завтра утром доклад будет у вас на столе.