Не опоздай...
Шрифт:
Анна резко обернулась и увидела перед собой Франсуа. Мужчина смотрел на нее своими хищными бледными глазами с большим интересом.
– Так это Ваша работа, мсье Франсуа! Зачем Вы его приковали здесь?! Что он сделал?
– Он знает, ЧТО он сделал.
– Отпустите его, слышите?! Пожалуйста!
– О, мадемуазель!... Уверяю Вас, Вы все преувеличиваете.
– Почему Вы это делаете, мсье Франсуа? Зачем Вы его мучите?! Это ведь Вы…
– Конечно я. Это моя работа, мадемуазель.
– Работа? Издеваться над людьми?! Опустите его!
– Уверяю Вас, это невозможно. Иньяцио допустил непростительную ошибку. И он наказан.
– Ну я очень Вас прошу, мсье! Неужели ничего нельзя сделать?
Франсуа молчал.
Анна повернулась к пленнику.
– Послушайте, мадемуазель, уходите отсюда… Мсье, – громко обратился он к управляющему, – я прошу Вас, уведите ее отсюда! Я не хочу, чтобы она это видела.
Франсуа чуть улыбнулся одними губами:
– О, конечно, ты прав. Мадемуазель не нужно видеть все это. Мадемуазель может УЧАСТВОВАТЬ.
– Что? – оба посмотрели на него в недоумении.
– Вот, возьмите, мадемуазель Анна. Берите, берите! – мужчина протянул ей что-то вытянутое и темное, что он прятал за спиной в начале разговора.
– Что это? Еще одни кандалы?
– Ну что Вы, мадемуазель! Это кнут. Вам не приходилось иметь с ним дело раньше, верно? Теперь у Вас будет такая возможность! Берите!
Анна в ужасе отступила назад:
– Я не возьму! Зачем это?! Вы с ума сошли!
Франсуа улыбнулся еще шире.
– Эй! – крикнул Иньяцио, резко дернув скованные руки к себе, – Не трогайте ее, слышите?! Не смейте ее трогать!
– Ну что ты! – отозвался Франсуа. – Никто даже пальцем Вас не тронет, мадемуазель! Как ты мог подумать… Наоборот. Мадемуазель сама прикоснется к тебе при помощи….
С этими словами управляющий подошел к девушке, взял ее руку и насильно вложил в нее холодную рукоять кнута.
– Что Вы делаете?! Я не буду…
– Будете, мадемуазель Анна, – твердо сказал Франсуа, – Раз уж Вы так интересуетесь судьбой этого юноши, я предлагаю Вам лично поучаствовать в экзекуции.
– Что?..
– Именно так. Ему положено двадцать пять ударов.
– Кнутом?!... – у Анны почти пропал голос. Господи, что происходит???
– Совершенно верно! Кнутом. Сегодня. Я предлагаю Вам этом сделать.
– Нет!! Слышите?! – девушка отбросила кнут в сторону. – Я не сделаю этого!
– Мсье, пожалуйста, пусть она уйдет отсюда! – повторил Иньяцио.
– Нет! Раз уж она пришла, пусть останется до конца мероприятия, -железным тоном возразил Франсуа. – Мадемуазель! Хотите Вы или не хотите, Иньяцио сегодня получит двадцать пять ударов кнутом. Я лишь предлагаю Вам облегчить его участь и самой это сделать. Вы ведь наверняка пожалеете его и не будете бить слишком сильно?
– Прекратите!... – девушка пыталась возражать, понимая, что это скорее всего бесполезно.
– Один час! Я даю Вам один час, мадемуазель, чтобы привезти наказание в исполнение. Раз уж Вы так хотите… Если через шестьдесят минут Вы этого не сделаете, это сделаю лично я. И уверяю Вас, мой удар будет гораздо больнее Вашего!
– Вы – негодяй!
– О нет, мадемуазель, я лишь выполняю свою работу! Я бы и сам не хотел, чтобы Вы это видели, но раз уж Вы пришли сюда без приглашения… – он почти зашипел, но быстро взял себя руки, – прошу Вас!
– Послушайте, мсье! Неужели ничего нельзя отменить?
– Нет, мадемуазель!
– А я… могу выходить отсюда?..
– Конечно, мадемуазель Анна, безусловно Вы можете передвигаться по дому как Вы захотите. Я не могу Вам ничего запрещать. И если Вы не умеете пользоваться этой штуковиной, я с удовольствием покажу Вам… – с этими словами мужчина поднял кнут и подошел к Иньяцио сбоку на расстояние полутора метров. – Вот так, отводите руку назад и…
– Нет!! Не смейте этого делать! – девушка пулей подлетела к молодому человеку, встала перед ним, раскинув руки, и загородила его собой.
– Что ты делаешь?! – закричал Иньяцио у нее за спиной. – Отойди, отойди от меня ради Бога!...
Франсуа не ожидал ничего подобного и перепугался не на шутку.
– Мадемуазель! Вы с ума сошли! – тоже закричал он, опуская уже занесенную руку. – А если бы я случайно задел Вас?!
– Не смейте его трогать, Вы, садист!!
– Хм! – Франсуа молча смотрел на нее. Надо же, какая отчаянная! Интрижка у них что ли?! – Мадемуазель. Повторяю. В Вашем распоряжении ровно час. И еще… После десятого удара, как правило, лопается кожа, и после остаются кровавые раны… вот он знает… Итак, один час. Время пошло!
С этими словами управляющий гостиницы положил кнут на стул и быстро вышел, плотно закрыв за собой железную дверь. Молодые люди молча смотрели друг на друга.
– Я же говорил, уходи, – наконец прервал молчание Иньяцио.
Анна медленно подошла к нему сзади и осторожно провела рукой по коже от плеча до поясницы.
– И вся спина у тебя превратится в кровавое месиво! – она вздрогнула.
– Ну… не преувеличивай! – почти весело отмахнулся он, пытаясь ее отвлечь.
– А вот этот белый шрам под лопаткой у тебя откуда? Неужели?...
– Угу.
– Иньяцио!...
– Ну… не волнуйся!... Я всего лишь попытался смыться отсюда.
– И тебя поймали!
– Угу…
– Какой ужас! – Анна медленно обошла его кругом и остановилась так, чтобы он тоже мог ее видеть. – Но неужели… неужели совсем ничего нельзя сделать?! Это же незаконно!.. Ну что ты опять рожицы корчишь?! Ты что, совсем не боишься?
– Я за тебя боюсь.
– За меня? Почему?
– Анна… поверь мне, в данной ситуации ничего нельзя изменить. Лучше оставь меня одного…