Чтение онлайн

– Вот, Ольга Андреевна, – начал он. – Пришел посидеть с вами по-соседски, поговорить, так сказать, по душам. Вы уж меня извините, Ольга Андреевна, ежели что не так. Мы тут люди почти что деревенские, хотя и не совсем, конечно, может, вы чего и не так поняли, мы ж так, по-простому…

Этот монолог, по-видимому, дался Прохорову с трудом, потому что к его окончанию он вытащил большой клетчатый носовой платок и вытер им блестящий лоб.

– Так вот, я и говорю, люди мы все простые, понимающие, – продолжил он. – Чего нам делить-то? – он заговорщицки подмигнул мне. – Все мы люди грешные.

– Не обобщайте, пожалуйста, – вставила я.

– Да нет, я не в том смысле, – заторопился Прохоров и замахал руками. – Не подумайте чего, я ж в хорошем смысле. Ну в самом деле, чего нам ссориться-то, Ольга Андреевна? тем более, что родственник ваш – мой прямой, так сказать, коллега. Так что сам бог велел нам дружить и оказывать всяческое содействие.

– Поэтому вы и упекли мою сестру в КПЗ, – не выдержала я.

– Да ну что вы, Господи, – деланно засмеялся Прохоров. – Это ж все для ее пользы делается, чтобы она дров не наломала. Сестрица у вас больно шустрая, Ольга Андреевна. Да и вы, я смотрю, тоже. Вот. Горячая голова. Вот остынет – я ее тут же и выпущу. Вы не беспокойтесь. И приятеля вашего тоже. Все будет отлично, вы не волнуйтесь. Давайте-ка, Ольга Андреевна, лучше выпьем? А? Светлана Дмитриевна, Виктор… э-э-э-э…

– Михайлович, – подсказал Виктор.

– Михайлович, – радостно подхватил Николай Трофимович, – Наташа, вы как?

– Да мы вообще-то, Николай Трофимович, чай пьем, – суховато отозвалась Светлана Дмитриевна.

– Да что чай-то, что чай-то? – засуетился Николай Трофимович. – Чай завсегда попить можно. А вот самогоночки, свежая, чистейшая…

Никто не выразил энтузиазма. Прохоров еще что-то говорил, суетился, но потом понял, что реакция на его поведение не совсем такая, как он ожидал, и замолчал.

Воцарилась тишина, под которой Николай Трофимович почувствовал себя крайне неуютно. Он завозился на табуретке, немилосердно скрипя ею, потом тяжело поднялся.

– Ну что ж, – вздохнул он, сминая в руках форменную фуражку. – Очень жаль, Ольга Андреевна, что нам не удалось достичь взаимопонимания. Но я надеюсь, что мы как бы не будем э-э-э… Как бы это… Ну я в смысле… Не будем ссориться по пустякам?

– Все зависит от вас, Николай Трофимович, – с улыбкой ответила я.

Прохоров, сузив глаза, некоторое время пристально смотрел на меня, потом круто повернулся и вышел за калитку.

Все облегченно вздохнули.

– Слава богу, ушел, – проговорила Светлана Дмитриевна, поправляя непослушную прядку у виска. – Может, надо было с ним все-таки выпить? А то неудобно как-то…

– Перестань, Света, – положил ей руку на плечо Виктор Михайлович. – О чем ты говоришь? Зачем тебе дружба с этим человеком? Ты же понимаешь, что он пришел не с самыми искренними намерениями.

– Да все я понимаю! – махнула рукой Светлана Дмитриевна. – Только лучше б с ним не конфликтовать. Все же он здесь хозяин…

– Да какой он хозяин, что вы такое говорите! – возмутилась я. – Возомнил себя хозяином, а вы ему в этом потакаете!

Светлана Дмитриевна смущенно замолчала.

Мы стали пить чай и не вспоминали больше о Николае Трофимовиче Прохорове.

Наутро я поднялась пораньше, быстренько сделала зарядку, а пробежку совершать не стала. Потом наскоро позавтракала и пошла в лес, взяв с собой записку незнакомца.

– Оля, сегодня в три часа похороны Сони, – крикнула мне вслед Светлана Дмитриевна. – Ты пойдешь?

– Да, обязательно, – ответила я.

Проходя по высокому берегу мимо реки я увидела потрясающую картину и даже остановилась, чтобы посмотреть повнимательнее.

На берегу суетились люди. Они были почти раздеты: некоторые в плавках, некоторые в семейных трусах по колено. Одетым полностью был только участковый Николай Трофимович Прохоров. На нем, кроме формы, даже фуражка была.

Прохоров отдавал распоряжения высокому сутуловатому мужику, тот кивал головой и льстиво заглядывал Николаю Трофимовичу в глаза.

Наконец Прохоров закончил отдавать указания, сутулый кивнул ему в последний раз, и Николай Трофимович отбыл.

Я подошла поближе.

Сутулый собрал всех мужиков в кучу, выстроил в шеренгу и командным голосом велел всем сигать в реку.

Мужики бросились вперед, путаясь под ногами друг у друга. Мне стало жутко интересно – что же такое происходит? Хотя примерно уже догадывалась…

Когда все попрыгали с берега и воду, сутулый остался стоять и внимательно вглядываться в бурные воды.

Я подошла к нему и спросила, что происходит.

– Ищете, что ли, что?

– А вам-то чего? – сощурился он на меня.

– Может, помогу чем?

В глазах мужика появился интерес.

– Плавать умеешь? – спросил он.

– Еще как!

– Тогда если хочешь помочь, раздевайся и ныряй. Вещь одну найти нужно. Трофимыч два ведра самогонки обещал. Мне. Тебе – три литра, если найдешь.

– А что за вещь-то? – спросила я, давясь от смеха.

Мужик заколебался.

– Как же я могу искать, даже не зная, что? – подбодрила я его.

Мужик помялся, потом поманил меня пальцем и, нагнувшись прямо к моему уху, зашептал:

– Пистолет!

– А как же пистолет мог попасть в реку? – невинно спросила я.

– Преступник его туда обронил, ясно? А Трофимычу найти нужно. Ну как, поможешь?

– Вы извините меня, – стараясь не расхохотаться, приложила я руки к груди, – но я только что вспомнила об одном очень важном деле. Может быть, после…