Наследник епископа
Шрифт:
Искренний человеческий страх, смирение — а затем эхо острой, жгучей боли, когда острое лезвие сверкнуло, отделяя кольцо от его владельца. Несмотря на то, что Морган был готов к этому, он шокированно ахнул, изо всех сил стараясь поддержать Дункана, когда новый обладатель кольца задрожал от свежих переживаний, и даже слегка вскрикнул от передавшейся ему боли.
Но затем, Дункан, дрожа, провалился в транс глубже, следуя зову кольца, Морган нерешительно последовал за ним, воспринимая образы, воспринятые золотом до того, как из него сковали кольцо. Прежде чем кольцо стало кольцом, оно было чем-то еще, что было сделано непосредственно из золотого самородка, очищенного огнем, об этом недвусмысленно говорили воспоминания о неземном сиянии и теплоте, которая не имела ничего общего с физическим теплом. Освященные руки подняли это — две пары рук, одна — принадлежащая простому священнику, во второй было что-то еще. На мгновение возникло ощущение присутствия чего-то старого, знакомого — а затем ничего.
Когда контакт прервался, Морган, пошатнувшись, когда Дункан на какое-то мгновение обмяк в его руках, заставил себя придти в сознание. Но прежде, чем он смог отреагировать, Дункан, слабо улыбаясь и покачивая рукой с кольцом, пошевелился и встал на ноги, уменьшая беспокойство Моргана.
«Что за…?» — начал было Морган.
Дункан покачал головой и успокоенно улыбнулся, опершись на край алтаря, пока он снимал с пальца кольцо и почтительно клал его возле коробочки.
«Это из другого мира,» — смог прошептать он, оглядываясь на Моргана. — “Мне кажется, или ты действительно почувствовал кое-что, говорящее, что оно было сделано специально для Истелина?»
Морган кивнул. — “И как он потерял его.»
«Я думаю, что это наименее важная часть того, что мы видели,» — Дункан еще раз внимательно и почтительно посмотрел на кольцо. — “Ты понял, что прежде чем это стало кольцом, оно было чем-то еще?»
«Что-то было расплавлено, чтобы сделать кольцо,» — предположил Морган. — “Ты знаешь, чем оно было?»
Дункан задумчиво кивнул. — “Я думаю, что-то из церковной утвари. Может, дискос или потир,» — Он вздрогнул. — “Не думаю, что хочу произнести вслух кому они могли принадлежать.»
«Ладно, если ты не скажешь, то это скажу я,» — осторожно сказал Морган. — «Я заметил два разных лица. Одно из них — какой-то священник, а второй… ну, кто еще это может быть, если не Святой Камбер?»
Дункан кивнул, опираясь на алтарь обеими руками, чтобы еще раз взглянуть на кольцо. — “Но в этот раз он не появился — просто воспоминание.» — Он улыбнулся. — “Может быть, это все, что досталось нам от Святого Камбера — что-то, чего он касался. Интересно, что это было.»
«Ну, если кольцо Истелина на самом деле было сделано из расплавленной церковной утвари, может быть, мы сможем это узнать,» — сказал Морган. — “Говорят, что сын Камбера был священником. Может быть, дискос или потир принадлежали ему. Может, Камбер подарил ему их — в знак расположения или что-то вроде того. В любом случае, я думаю, можно выяснить, откуда взялось золото, из которого сделали кольцо.»
«Возможно,» — Дункан снова улыбнулся. — “кстати, я не рассказывал тебе, что Келсон хочет восстановить поклонение Святому Камберу?»
«Да? Он никогда не говорил мне про это.»
«Мне тоже. Я случайно подслушал. Может, он только начинает подумывать об этом. Он сказал об этом Дугалу, когда я встретил их в соборе незадолго до того, как ты нашел нас. И, кстати, Дугал… Келсон рассказывал тебе про него?»
«Про его экраны? О, да. Я был на связи, когда он разорвал соединение с Келсоном в тот вечер, когда тебя чуть не убили. Но когда мы вернулись, у меня не было времени заняться этим.»
«Зато я поработал с ним, правда, недолго,» — сказал Дункан. — “Весьма странно, но он не отталкивал мой разум, как это было с Келсоном, я просто не могу пройти через экраны. Не могу понять, откуда у него могли взяться такие экраны. К сожалению, через несколько секунд ко мне присоединился Келсон, и последствия для бедного Дугала были ужасными. Если тебе показалось, что в последние два дня он пытался избегать тебя, то, я не сомневаюсь, именно поэтому.»
Морган кивнул. — “Не могу сказать, что виню его в этом. Но вечером я попробую поговорить об этом с Келсоном. Мне думается, что ты несколько дней будешь слишком занят, чтобы заняться этим вопросом.»
«Если будет надо, мы как-нибудь сможем найти время,» — Улыбнувшись, Дункан подобрал кольцо и взвесил его на руке. — “Однако, я, кажется, припоминаю, что мне назначена встреча с несколькими епископами, и я думаю, что ты и король тоже будете там.»
«Когда я увижу тебя в следующий раз, ты будешь епископом,» — усмехнулся Морган. — “Я же никогда не стану королем.» — Широко улыбнувшись, он взял Дункана за правую руку и опустился на одно колено. — “Тем не менее, я хочу быть первым поздравившим тебя с посвящением в епископы, несмотря на то, что до этого еще осталось несколько часов. В полдень мы повторим это официально, Ваше Преосвященство.»
Невзирая на сердитые протесты улыбающегося Дункана, Морган поцеловал его руку и ушел, чтобы присоединиться к королевской свите для поездки в собор. После происшедшего ему было о чем подумать.
Когда чуть позже они прибыли в собор и опустились на колени, Морган, как и три дня назад, находился справа от короля. Они находились на том же месте, что во время ритуала отлучения Лориса, разве что чуть ближе к алтарю. На сей раз у них за спиной находился Найджел с женой и тремя сыновьями, а Дугалу опять отвели место слева от Келсона. Остальные придворные заполняли северные хоры вместе с прочей знатью. По мере того как шло время, и собор заполнялся народом, Морган молился за человека, который вскоре будет возведен в куда более высокий ранг и которому будет предназначена куда большая работа, моля Господа простить и направить его и Дункана в предстоящих им делам. Слева от себя, за бушующим пламенем ментальной силы и власти, принадлежащим Келсону, он чувствовал полностью блокированный разум Дугала. Когда в проходе появилась процессия, Морган решил поговорить о Дугале с Келсоном этим же вечером.
Насколько мог судить Морган, церемония продолжалась без каких-либо заминок, хотя он признавал свое полное невежество в отношении нюансов литургии. Казалось, что все были в нужном месте в нужное время, знали все нужные ответы, никто ничего не ронял, и Дункан казался по-настоящему растроганным, когда пришло время отвечать на ритуальные вопросы архиепископа Брейдена.
«Любимый брат наш, действительно ли ты веришь, что призван Святым Духом служить до конца твоих дней в должности, доверенной нам святыми апостолами, которая может быть дана тебе наложением наших рук?»
«Да.»
«Намерен ли ты хранить веру нашей Святой Матери Церкви, охранять и воспитывать ее детей как своих собственных?»
«Да.»
Пока продолжался этот диалог, Морган перестал обращать внимание на слова и попытался дотянуться до разума Келсона, стоявшего рядом с ним. Они вряд ли смогут напрямую разделить то, что предстоит испытать Дункану, но он подумал, что Келсону стоит узнать о том, что случилось, когда Дункан одел кольцо Истелина, на случай, если произойдет что-то непредвиденное, когда он оденет его снова. Келсон почувствовал контакт и вопросительно посмотрел на него, но Морган только слегка кивнул и, когда все опустились на колени на время литании, усилил мысленный контакт. То, что он собирался сообщить, нельзя было произнести в церкви даже шепотом.