Наследие
Шрифт:
Он окинул взглядом окрестности и скомандовал:
– Занять круговую оборону! «Фокстрот-2» и «Фокстрот-3», работать по карте! Ищите эту чертову плиту! – И остановившийся отряд вновь пришел в движение, меняя боевой порядок.
Плиту нашли быстро. Надпись на ней совпадала с имеющимся образцом. Русские не ошиблись – она действительно была для уродов чем-то значимым. Все вытоптанные тысячами уродливых стоп широкие тропы вели именно к ней. Трава вокруг потемневшей от времени и погоды каменной таблички, скромно выпиравшей из земли на пару сантиметров, была заботливо выщипана и подстрижена, судя по рваным краям, делали это не то зубами, не то когтями.
– Не поднимается! – Один из разведчиков попытался поддеть плиту лопатой. – Толстая. Надо взрывать, а то провозимся долго!
– Так сделай это, сержант! – недовольно поморщился Мэрфи.
Пока солдаты возились с установкой заряда, он отошел от них и вновь осмотрел окружающие небольшое поле заросли. Капитан махнул рукой танкисту, с любопытством наблюдающему из танкового люка за возней разведчиков у загадочной плиты:
– «Браво-1», разворачивайте огнемет! – и добавил, подозрительно покосившись вокруг: – Не нравится мне все это дерьмо!
Танкист козырнул и разочарованно полез расчехлять укрепленный на танковой башне стационарный огнемет.
– Капитан, сэр! – подошел к нему разведчик. – Заряды заложены!
– Взрывай.
В эфире раздалось предупреждение о подрыве, и сквозь гермошлем скафандра пришел глухой звук взрыва. На месте мемориальной плиты повисло небольшое облако пыли. Несколько солдат немедленно принялись отбрасывать в сторону куски разбитого гранита, кто-то начал орудовать лопатой.
– Ну что там, сержант? – Мэрфи направился к месту раскопок.
– Тут что-то есть! – Сержант отбросил лопату и ухватился руками за какой-то продолговатый предмет. – Сэр, похоже, это гранитный...
Истошный крик боли в эфире заглушил его слова. Мэрфи мгновенно, повинуясь отработанному рефлексу, бросился на землю, изготавливаясь к стрельбе. Лиги появились бесшумно и абсолютно неожиданно, огромным потоком выплескиваясь из зарослей. Ближайших к многометровой стене растительности солдат охранения буквально смело толпой.
– Беглый огонь! – заорал в эфир Мэрфи, вертясь волчком и пытаясь оценить сложившуюся вокруг обстановку. – Огнемету работать по ближайшим кустам!
Стоящая вокруг тишина мгновенно взорвалась грохотом боя. Автоматные очереди потонули в оглушительном уханье танковых орудий и дробном перестуке крупнокалиберных пулеметов. Первую волну лигов практически сразу перепахало взрывами, свинцовый ураган в считанные секунды безжалостно вырезал толпу, неуклюже, но упорно бегущую на искалеченных мутациями конечностях, стремясь во что бы то ни стало добраться до людей. Лиги не останавливались и не поворачивали назад, казалось, что инстинкт самосохранения им просто не знаком. Еще полминуты назад ровная и аккуратная поляна быстро покрывалась рваными ранами воронок и истекающими кровью телами. Тупорылый раструб огнемета лениво выплюнул длинную струю напалма, по широкой дуге заливая заросли пылающей смесью, и воздух быстро затянуло клубами ядовито-зеленого дыма.
Спустя десять минут на землю, усыпанную залитыми кровью трупами, упал последний лиг. Отряд еще некоторое время ожидал появления врагов, но вокруг было пусто, заросли больше не подавали признаков жизни, и только треск горящего напалма нарушал неожиданно наступившую звенящую тишину. Мэрфи поднялся на ноги и огляделся. Бой был окончен. Похоже, им пришлось перебить всех лигов в округе, чтобы добраться до этой плиты. Он отдал команду зачистить территорию и доложить о потерях и поспешил к разведчикам, которые держали оборону возле обломков плиты, где застала их атака лигов.
Из проводивших раскопки солдат в живых осталось лишь двое. Нескольких человек сейчас доставали из-под горы трупов, рядом с куском плиты лежал сержант, напичканный стрелами и дротиками, словно подушка для иголок. Мэрфи наклонился к нему и забрал из мертвых рук цилиндр из темного гранита. Значит, здесь действительно что-то есть. Будем надеяться, что русские не зря отдали богу душу перед самой целью своего путешествия, пройдя через всю свою дикую страну и преодолев океан, а взвод Пауэрса, Купер и его люди не просто так полегли в этой гнойной дыре. А ведь правительство наверняка попытается избежать шумихи и по-тихому наложить лапу на эту информацию, это более чем в их духе. Как бы то ни было, но лично он держать все это в тайне не собирается. Капитан положил цилиндр в гермоконтейнер русских, к которому он уже начал привыкать, и отдал команду:
– Операция закончена, срочная эвакуация! Уходим немедленно, шевелитесь!
Он подошел к танку и посмотрел вверх, на поднимающиеся высоко в небо клубы густого дыма. Если вдруг кто-то особенно тугой на ухо не услышал звуки боя, то лучшего способа его об этом оповестить не найдешь. Надо уносить отсюда ноги, и побыстрее. Если где-то неподалеку рыскают «вояки», то следующий бой запросто может оказаться далеко не таким успешным. А то и вовсе последним. Мэрфи еще раз окинул взглядом усеянную сотнями трупов поляну и полез на броню.
– Эй, там! Картрайт! Ты еще не свалилась оттуда, малышка? – зашипел помехами эфир. – Прием!
Дик оторвал взгляд от созерцания аризонской пустыни, бескрайним океаном раскинувшейся на многие сотни миль вокруг, медленно покачал головой влево – вправо, разминая затекшую в гермошлеме шею, и ответил на вызов:
– Не дождешься, Кэллуэй!
Ехидный Кэллуэй, рыжий детина, которого природа снабдила интеллектом более чем скудно, редко упускал возможность поиздеваться над Диком. А так как оба они числились в одном взводе, то в обществе Кэллуэя ему приходилось бывать намного чаще, чем хотелось бы. Вот и на этот раз рыжий придурок, обязанный сменить Дика на посту через четыре минуты, похоже, не очень-то торопился это сделать.
– Придется тебе пожариться там еще часок, Картрайт! – довольным голосом сообщил Кэллуэй. – Приближается поезд!
Дик посмотрел вниз, ища глазами Кэллуэя, но сделать это с высоты двухсот тридцати шести метров было не просто. Наконец он заметил маленький силуэт джипа, притаившегося в тени огромной трубы. Пара людей в скафандрах с такой высоты больше походили на прямоходящих муравьев.
– От силы полчаса! – поправил сменщика Картрайт. – Поезд уже недалеко, я отлично его вижу.
– Не-е-ет, – нарочито скептически протянул Кэллуэй, – час, час, никак не меньше! Я уже чувствую, как медленно движется поезд! Да и потом, надо же все проверить, мало ли что! Вдруг в вагон забрался какой-нибудь особо шустрый лиг? Ничего не могу для тебя поделать, Дикки, друг мой! Приказ лейтенанта, все на проверку состава!