Шрифт:
Самая необыкновенная ёлка
Кедровый стланик, я вам скажу, уж до чего хитрое растение. Летом оно распрямляется во весь свой рост, – а ростом оно выше нашего папки. Зато зимой стланика вовсе не видать. Одни голые лиственницы торчат из ватно-белой сопки. Стланик весь прячется под снегом. Он укладывается спать на зиму, стелется под снежным одеялом по земле. Оттого и называют его стлаником. А кедровый он потому, что на нём шишки растут с орешками, будто на кедрах, но только маленькие.
Не только люди эти орешки любят. В зарослях стланика то там, то здесь встретишь бурундука – золотистого, в чёрных продольных полосках и уж до того шустрого – как ни старайся, а не поймаешь его. А куда бурундуки деваются зимой, про это я не знаю.
Папка однажды зимою взял топор, лыжи надел и поднялся на сопку. А там раскопал кустик кедрового стланика и приволок домой. Я спросил ещё, не видел ли папа под снегом бурундуков, а папа сказал, что не видел.
Папа объявил:
– В этот Новый год у нас будет ёлка!
– Ура! – закричали мы с Ростей и принялись прыгать вокруг кустика, лежавшего на полу в коридоре. – Папа ёлку принёс!
Но папа сказал, что в наших краях ёлки не растут. «Здесь вам не материк», – так он сказал нам.
Наверное, я должен объяснить, что материком у нас на Севере называют все другие места в нашей большой стране, которые – не Север. Их по-другому называют ещё центральными районами страны. В газетах пишут, например, «меняю квартиру на центральные районы страны». Но между собой люди никогда не говорят так длинно. Никто не скажет, например, про человека, что он приехал из центральных районов страны. Скажут: приехал с материка. Или, например, у нас говорят: «Вот, скоро в отпуск поеду – на материк».
В школе мы, конечно, все удивились, когда узнали, что материков много. Африка, например, и Америка – это тоже материки. Да и сами мы, как оказалось, живём на материке, который называется Евразия, в северовосточной части его. На карте это – в правом верхнем углу.
– Ведь не на острове мы с вами живём, – объясняла нам Марья Владимировна, – остров – это часть суши, омываемая со всех сторон водой. И где же у нас с вами это со всех сторон вода?
А после на перемене я слышал, как она сказала учителю физкультуры:
– Ужас, сколько я не была на материке. А представьте: там сейчас как раз расцветает сирень.
Сирень у нас не растёт. И ёлки не растут тоже. А ещё у нас нет высоких деревьев с большими листьями. Осенью такие деревья роняют свою листву, и она толстым ковром лежит на газонах, а дворники собирают её в высокие кучи.
Мама рассказывала: когда они с папой ездили к бабушке с дедушкой на материк, папа много фотографировал – всё подряд. Маму, дома в городе и даже разноцветные листья под ногами.
Мама спросила:
– Листья – зачем?
А папа ответил:
– Дома у нас ведь такого нет.
У нас из деревьев – лиственных – одна только карликовая берёзка. И листья у неё карликовые. Осенью она роняет их, и они лежат на земле – точно монетки у кого-то просыпались из кармана. Только лежали – и нет их. Унесло.
Зато у нас много хвойных деревьев – лиственниц и кедрового стланика.
И вот папа домой стланик принёс и говорит:
– У нас ёлка будет.
А сам спустился в кладовку и принёс длинную жердь – чуть ли не до потолка. Установил её в крестовине и стал к ней ветки от стланика крепить. Где дырочку в жерди просверлит и вставит кончик ветки, а где ветку к стволу проволокой прикрутит.
Мама говорит:
– Разве у ёлки так ветки идут? У неё же – не вниз, а вверх.
Папа отвечает:
– Разве? Я давно ёлок не видел. Разве что на картинках. А на картинках ветки всегда направлены вниз.
Потом подумал и говорит:
– В самом деле, а почему их так рисуют? Они же к солнцу тянуться должны.
Стал он крепить их так, чтобы они тянулись к нашему потолку. Теперь у него получилось: одни ветки торчат вверх, а другие вниз. И эти ветки мешают друг другу.
Папа говорит:
– Сейчас я, которые неправильно прикрепил, оторву и по новой приделаю.
А мама отвечает:
– Может, не надо? Можно подумать, что ёлка сама так выросла. Такая необыкновенная…
Папа с сомнением оглядел ёлку. Спросил:
– Тебе как кажется, она не жидкая?
Мама отвечает:
– Нет, в самый раз.
А папа всё равно недоволен.
– Я всё-таки пойду, – говорит, – принесу ещё стланика. Мне кажется, лысая какая-то ёлка получилась.
Мама спрашивает:
– Да где же лысая? В каком месте?
– Здесь, – говорит папа. – И здесь.
Мама отвечает:
– Ты что? Да таких разлапистых ёлок вообще в природе не бывает. Это же не ёлка, это метла!
Папа тогда не пошёл больше за стлаником. Мама лучше него знает, какие бывают ёлки. Папа маму встретил, когда в армии служил, – на материке. Мама у нас – с материка.
Стали мы наряжать ёлку. Повесили на неё наши машинки, детальки от конструктора, Юлькины погремушки, новогодние шары, которые остались ещё с тех пор, когда папа был маленьким. На такую большую ёлку украшений всё равно не хватает – ёлка-то получилась до самого потолка. Мы тогда с мамой сели ещё делать игрушки – из фантиков, из коробок от чая. А что? Здорово получилось.
Папа тогда говорит:
– Вы знаете, это не простая ёлка. Она волшебная. Мы сейчас нарядили её, а ведь она и сама может на своих ветках что-то вырастить.
– А что? – спрашивает мой брат Ростя.
Папа отвечает ему:
– О чём вы попросите её, то она вам и вырастит.
Ростя быстро говорит:
– Пусть вырастит для меня трёхколёсный велосипед!
Папа качает головой:
– Так сразу и велосипед? А может, сперва о подарке для Кольки подумаем? Новый год для него – не один только Новый год, как для всех нас. Новый год для него – это ещё и день рождения.