Нанопанк
Шрифт:
– Витя, в это трудно поверить, - сквозь монотонные звуки музыки расслышала она.
– Да что я говорю! Это звучит как бред полоумного алкаша…
– Крылов, не делай такую рожу, умоляю, - фыркнул собеседник.
– Скушай рыбки лучше, свежак…
– Отставь свои шутки!
– раздражённо ответил Крылов.
– Этому инженеру можно доверять? Ты его проверил?
– Ты же знаешь, что от меня невозможно что-то скрыть, - невозмутимо пожал плечами Витя.
– Парень испугался, словно ребёнок, а ведь взрослый и сильный мужик. Да и книжку я ту прошерстил досконально. Если всё, что там написана правда, то у нас большие проблемы. А помочь некому, потому что нас сочтут психами. К тому же у Корпорации везде свои люди. И мы понятия не имеем, кто там человек, а кто монстр, вытягивающий из людей душу…
– Тихо ты!
– шикнул Крылов, опасливо озираясь по сторонам.
Нелли высосала ещё немного тоника. Она умела работать ртом, а язычком тем более. Есть чем гордиться, многие давали доплату только за оральные утехи.
Жаль, что потеряла двух клиентов. Либо приняли сильные «колёса», либо повредились в уме. Наниты не спасают от безумия. А эти скорее два гомика, по вечерам фантазирующие о теории заговоров, а ночью жарящие друг друга под одеялом…
Несмотря на пятничный вечер, в баре удивительно пусто. Заняты лишь несколько столиков, ни одного потенциального «жирдяя». Парочка студентов, патлатый и грязный мужик, явно работавший на железной дороге, да эти два голубка. Просто жутко не везёт!
И музыка ещё издевательская, заставляет расслабиться и погрузиться в воспоминания. Успокаивает, погружая в блаженную негу:
When you're feeling so high
Psychograms in my mind
I think I'm paranoid
Be my cure like pills
And all my fears disappear
It's only a face of God
Сергей Казаков разбился спустя год после счастливой рыбалки. Отца Нелли сгубил безграничный альтруизм. По пути домой с работы подобрал пожилую пенсионерку, которой вдруг стало плохо. На всех парах двинул в больницу, виляя между встречными автомобилями. Не рассчитал немного, не справился с управлением и «лада-калина» скатилась в кювет, где врезалась в телеграфный столб. Отец погиб на месте, а пенсионерка отделалась парой ушибов и шоком. И мало того, сердце оказалось в порядке, до сих пор небось живёт и катается за чужой счёт, старая баклуша…
Нелли осталась жить одна с матерью. Не прошло и полугода, как та нашла замену отцу. Отчим оказался настоящим ангелом, носивший мать на руках и заставивший её уйти с работы. Делал дорогие подарки, баловался с девочкой, в которой души не чаял. Итог закономерен – свадьба.
Первые годы Нелли жила как в сказке. Да, горевала по отцу, которого никто не мог заменить. Но ни в чём не нуждалась, поступила учиться в частную школу, получала кучу карманных денег от отчима. И всё бы хорошо. Но первые месячные окрасили жизнь девочки в красный цвет.
Отчим изменился, словно кабель, почуявший течку. Впервые он взял её нахрапом, когда она делала уроки. Просто бросил на кровать и содрал одежду. Насиловал около часа, залив кровью всю простыню. При этом продолжал шептать ей, что влюблён в неё с самой первой встречи, поэтому и женился на матери.
– Купить вам выпивку?
– Грубый мужской баритон вывел девушку из липкого воспоминания.
– Не против?
Нелли обернулась. Рядом сел круглолицый и широкоплечий мужчина лет сорока. Судя по костюмчику явно вполне обеспеченный, на правой руке золотистый браслет механических часов. Левая рука достаёт кошелёк из крокодиловой кожи, туго набитый наличными. Ну наконец-то!
– Мартини со льдом, - бросила Нелли.
– Эй! Слышали, что дама сказала?
– позвал незнакомец бармена.
– А мне виски солодовый…
Михаил молча поставил перед ними два бокала. Нелли с неприязнью покосилась на бармена. Льда в бокале не плавало…
– Как вас зовут?
– спросил мужчина.
– Катрина, - ответила девушка.
Первое правило – никогда не называй настоящее имя. Псевдонимов у Нелли куча, но в основном она пользовалась иностранными прозвищами. Почему-то клиентам нравилось всё инородное.
– А меня Владислав, - кивнул незнакомец.
– Работаю директором частной фирмы по продаже запчастей. Сотрудничаем с «Нанотек» на высоком уровне, а это даёт кучу дивидендов. Так что ни в чём себе не отказываю.
– О так вы у нас молодец, - улыбнулась Нелли, выпивая глоток мартини.
– Но, что вас привело в наше захолустье?
– День был напряжённый, - ответил Владислав.
– Заключали очередной контракт на поставку деталей для их челноков. Вы в курсе, что они летают на антигравитационном двигателе?
Нелли покачала головой. Плевать она хотела, как и на чём летали эти идиоты. У неё десятки клиентов, работавшие в «Нанотек», и каждый считал, что просто обязан рассказать над какими чудесами там работает. Лучше бы заткнулись и просто жадно сопели, лапая её за ягодицы…
– Почему бы и не зайти в обычный бар и не расслабиться?
– продолжал мужчина.
– И познакомиться при этом с красивой незамужней женщиной.
Всё ясно. В первый раз нанимает проститутку. Наверняка услышал о «Неоне» от своих друзей по бизнесу. И теперь несёт околесицу, стараясь выглядеть бравым ковбоем. Осталось только подыграть. Но прежде всего несколько минут казаться недоступной. Пусть помучается, затем отдаст последние кровные, лишь бы стянуть с неё платье…
Клюнула рыбка уж очень легко. Нелли не стала слишком раскрепощаться, надевая коричневое платье из шёлковой ткани. Красный цвет приманка для мужчин менее состоятельных, действует на них как на быка. Здесь многое решает выбор в одежде, чем роскошнее одета, тем лучше. Ну и внешность даёт свои плоды. Глубокий вырез обнажал большие полукружья грудей, которыми Нелли очень гордилась. Ни капли силикона. Длинными загорелыми ногами она могла охватить любого мужчину, пока тот не кончит и не вытащил хрустящую пачку купюр.
Сегодня Нелли окрасила волосы в густой рыжий цвет. Это не составляло проблем, ведь нанороботы выполняли самую тонкую настройку внешности. Её менеджер заплатил немалые деньги хакерам, чтобы они восполнили функционал машин. Теперь она могла менять не только цвет волос, но и глаз, и губ. Жаль, что брови всё равно пришлось подводить самостоятельно…
– А вы уверены, что я захочу?
– спросила Нелли, отворачиваясь от мужчины.
– По-вашему вы мне симпатичны?
– Ну… я…
Владислав явно растерялся.