Начало
Шрифт:
— Мне жаль, что это был Криволап, — вздохнула Синелапка.
Снеголапка искоса посмотрела на нее:
— Этот тот самый кот, с которым ты проболтала весь Совет?
Синелапка кивнула:
— Я думала, мы с ним друзья.
— Перемирие длится всего одну ночь, — напомнила сестра. — А в остальное время мы всегда будем врагами.
— Значит, мы никогда не сможем подружиться с котами из другого племени?
Снеголапка отрицательно покачала головой.
— Воинский закон запрещает нам такую дружбу, — ответила она.
Лоскут, Алосветик, Розолапка и Златолапка встретили их на вершине холма.
— Никаких попыток вторжения? — спросил Острозвезд.
— Никаких! — с плохо скрытой досадой ответил Лоскут, полоснув когтями по земле.
Не успели коты войти в лагерь, как навстречу им выбежал Львинолап.
— Ура! — завопил он и тут же осекся, увидев окровавленное ухо Синелапки. — Больно?
— Немножко, — соврала Синелапка. На самом деле ухо болело, как ужаленное.
— Вы их порвали? — спросил Львинолап, втягивая и выпуская когти.
— Мы надолго отбили у них охоту требовать Нагретые Камни назад — ответил Острозвезд.
— Есть тяжелораненые? — крикнул Гусохвост, выбегая из папоротников. Пышноус бежал следом за ним, держа в пасти охапку трав.
— Только несколько укусов и царапин, — ответил Солнцесвет.
Пока Пышноус разматывал паутину, Гусохвост начал обходить Грозовых котов, осматривая их раны.
— Неси паутину! — крикнул он ученику, склонившись над глубокой царапиной на лапе Безуха.
Синелапка вдруг почувствовала страшную усталость и растянулась на земле возле пня. Львинолап возбужденно расхаживал перед ней взад-вперед.
— Как жаль, что меня там не было! — воскликнул он. — Я бы непременно использовал тот приемчик, которому ты меня научила.
— Ну еще бы, — усмехнулась Синелапка. — Других-то ты не знаешь!
— Ну и что? — ничуть не обиделся Львинолап. Вскочив на пень, он решительно задрал подбородок. — В остальное время я бы использовал свои инстинкты!
Синелапка заурчала, но мурлыканье застряло у нее в горле, когда она увидела, как Остролапник, переплетя свой хвост с хвостом Снеголапки, нежно трется плечом о ее бок.
— Отлично сражались! — рявкнул Змеезуб, обращаясь к ним.
— Жаль только, что мне теперь до утра не отплеваться от запаха Речных котов! — скривил губы Остролапник. — Я весь провонял рыбой.
— Крепись, приятель, — сощурил глаза Змеезуб. — Поверь, до того как ты станешь воителем, тебе еще не раз придется его почувствовать. Сегодня мы выиграли битву, но Речные коты никогда не смирятся с потерей Нагретых Камней. Очень скоро нам снова придется сражаться за эти булыжники.
Синелапка растерянно уставилась на старшего воителя.
«Значит, и эта битва тоже была напрасной? Неужели жизнь воителя — это бесконечная череда сражений, возмездий и расплат за древние раздоры?»
Глава XIV
Зеленые почки покрыли кустарники, и впервые за долгие месяцы лес засиял обещанием тепла и жизни. Синелапка шла под огромными соснами, ступая лапами по гладким плоским иглам. Она с наслаждением вдыхала едва уловимый аромат Юных листьев. Очень скоро лес оживет песнями птиц и шорохом дичи в траве, а суровые зимние месяцы станут далеким воспоминанием.
— Может, здесь? — спросила Нежнолапка. Она кружила под деревом, вглядываясь в ветви. Кажется, я вижу гнездо.
Солнцесвет и Безух запрокинули головы.
— Брошенное, — вздохнул Солнцесвет.
Внезапно вдалеке что-то мелькнуло.
— Белка!
Синелапка сорвалась с места и бросилась в чащу. Ликующая радость переполняла ее.
Белка неслась по лесу, пушистый хвост развевался у нее за спиной.
Синелапка старалась бежать как можно тише, надеясь поймать дичь до того, как та заметит погоню. Заслышав преследователя, белка может взлететь на дерево, а забраться за ней по гладкому сосновому стволу будет не так-то просто.
Обогнув ежевичный куст, пахнущий свежими листочками, Синелапка поняла, что почти настигла свою жертву. Ей очень хотелось помчаться в полную силу, но она боялась спугнуть дичь. Синелапка сглотнула голодную слюну. Эта белка будет восхитительным угощением для ее оголодавших соплеменников!
Еще несколько шажков, и можно будет прыгать.
Синелапка выровняла дыхание. Она уже чувствовала вкус дичи.
«Сейчас!»
Оттолкнувшись от земли, она стремительно бросилась вперед, рассыпая лапами сосновые иглы. Белка неслась изо всех сил, и ее след теперь пах страхом. Не сводя глаз с серой спинки зверька, Синелапка сменила темп, приготовившись к прыжку.
И тут белка прыгнула вверх. Прямо перед носом у Синелапки вдруг выросла деревянная изгородь, и белка скрылась за ней. Синелапка слишком поздно увидела преграду и на бегу врезалась в нее боком.
«Мышиный помет!»
Она чуть не лопнула от разочарования.
Куда это ее занесло?
Синелапка втянула носом воздух. Она была на чужой территории! Теплые, незнакомые запахи смешивались с едким смрадом Гремящей тропы. Во время патрулирования границ Синелапка не раз подходила к этому месту, но никогда не забредала так далеко и не видела этой ограды. Она уныло развернулась. Как бы там ни было, а лезть за белкой через забор Синелапка не могла. Котам-воителям запрещено охотиться за пределами своей территории.
— Привет! — раздался голос над головой Синелапки.
Обернувшись, она увидела толстого рыжего кота, балансировавшего на ветке дерева рядом с оградой. Синелапка напружинилась, ощетинив загривок, но незнакомый кот спокойно смотрел на нее круглыми добрыми глазами.
— Ты нездешняя, — голос у него был мягкий, как его шерстка. Он задумчиво склонил голову набок. — Ты из лесных котов?
Синелапка задумалась. Может, лучше сбежать поскорее? Что скажут ее соплеменники, если узнают, что она болтала с домашним? Она молча попятилась назад.