Чтение онлайн

Большинство древнерусских колодцев, построенных таким образом, книзу расширялось, имело форму бутылки. Они хорошо накапливали воду, однако, свалившись туда, выбраться было весьма затруднительно. Поэтому верхнюю часть сруба (а крепостные колодцы бывали размером 4х4 м!) делали достаточно высокой и перекрывали настилом, оставляя небольшое отверстие с крышкой. А над колодезем устраивали навес, обычно на четырёх фигурных столбиках, с затейливой кровлей. Колодцы эти служили истинным украшением городских улиц и дворов.

Бломквист Е. Э. Крестьянские постройки русских, украинцев и белорусов (поселения, жилища и хозяйственные строения) // Восточнославянский этнографический сборник. М., 1956. Т. 31. (Труды Института этнографии им. Н. Н. Миклухо-Маклая. Новая серия).

Воронин Н. Н. К истории сельского поселения феодальной Руси: погост, свобода, село, деревня. Л., 1935.

Воронин Н. Н. Крепостные сооружения // История культуры древней Руси. М.; Л., 1948. Т. 1.

Древнерусские города. М., 1981.

Дубов И. В. К проблеме «переноса» городов в Древней Руси // Генезис и развитие феодализма в России: Проблемы историографии. Л., 1983.

Дубов И. В. Города, величеством сияющие. Л., 1985.

Карлов В. В. О факторах экономического и политического развития русского города в эпоху средневековья: (К постановке вопроса) // Русский город: Историко-методологический сборник. М., 1975.

Куза А. В. Фортификация // Древняя Русь: Город. Замок. Село. М., 1985.

Куза А. В. Малые города Древней Руси. М., 1989.

Ляпушкин И. И. Славяне Восточной Европы накануне образования древнерусского государства // Материалы и исследования по археологии СССР. 1968. Вып. 152.

Нерознак В. П. Названия древнерусских городов. М., 1983.

Рабинович М. Г. Деревянные сооружения городского хозяйства в Древней Руси // Средневековая Русь. М., 1976.

Рабинович М. Г. Очерки этнографии древнерусского города: Горожане, их общественный и домашний быт. М., 1978.

Рабинович М. Г. Очерки материальной культуры русского феодального города. М., 1988.

Соколова М. А. К истории слов «город» и «град» // Учёные записки Казанского педагогического института. 1970. Вып. 77.

Успенская А. В., Фехнер М. Ф. Поселения Древней Руси // Очерки по истории русской деревни Х—ХIII веков. М., 1956. (Труды Государственного Исторического музея. Вып. 32).

Фадеев Л. А. Происхождение и роль системы городских концов в развитии древнерусских городов // Русский город: Историко-методологический сборник. М., 1975.

Фроянов И. Я., Дубов И. В. Основные этапы социального развития древнерусского города (IХ—ХII вв.) // Древние города: Материалы к Всесоюзной конференции «Культура Средней Азии и Казахстана в эпоху раннего средневековья». Л., 1977.

Янин В. Л., Алешковский М. Х. Происхождение Новгорода: (К постановке проблемы) // История СССР. 1971. Вып. 2.

О роде, об отношениях родства у древних славян в научной литературе (если только она не посвящена специально данному вопросу) упоминают обычно вскользь, мельком, как-нибудь так: «В IХ веке родовой строй у восточных славян уже разлагался…» Далее учёные обычно переходят к разбору юридических тонкостей, зафиксированных в памятниках древнерусского права, например порядка наследования. Это позволяет сопоставить славянскую общину тех времён («вервь», «печище», «мир») с образцами, известными из «классической» древности: римскими, греческими, западноевропейскими, но, к сожалению, проливает очень мало света на обычные родственные взаимосвязи, имевшие место в повседневном быту наших предков. Эти отношения выступают на первый план разве только тогда, когда речь идёт о каком-нибудь князе. В самом деле: от того, кому из многочисленной родни он приходился сыном, братом или племянником, непосредственно зависели его права на «стол» в том или ином городе, а если город был достаточно велик – то до некоторой степени и судьба страны. Однако не все ведь были князьями!

Обратимся к художественной литературе. В исторических романах зачастую читаем, как молодой герой – славянин «былинных» времён – уходя из родительского дома на подвиги, в лучшем случае кланяется «отцу—матери», которые, в свою очередь, вполне довольствуются заявлением сына, что он, дескать, уходит «долю искать». Ни дать ни взять современная семья и выросший сын, уезжающий в другой город учиться… Но может ли быть, чтобы родственный коллектив, существовавший тысячу лет назад, ничем не отличался от нынешнего?

Получается, что мы, читатели, так и не имеем достоверной и доступной нашему пониманию картины семейной жизни славян – ни в научных изданиях, ни в художественных.

Учёных можно понять. У них свои цели и задачи, а книги они пишут чаще всего для того, чтобы рассказать об открытиях, подытожить опыт работы, высказать свою точку зрения в научном споре. Эти книги написаны специалистами для таких же специалистов. Нам с вами было бы очень сложно в них разобраться.

Авторы же, создающие описания наподобие приведённого выше, возражают, что, мол, исторические детали – не главное, что роман не об этом и так далее. Не очень ясно, правда, какое отношение к истории имеют подобные произведения…

Как же выяснить, действительно ли только князья (впоследствии – цари) и другие знатные люди должны были жить с постоянной оглядкой на многочисленную и могущественную родню (достанется ли наследство, дадут ли жениться на той, которую полюбил, или навяжут немилую, но родовитую?), а у простых людей всё было «просто»? Или опять, как часто утверждают люди, не знающие, где находится библиотека, «об этом очень мало известно»?