Чтение онлайн

У меня закружилась голова. Замкнутое пространство. Или свернутое? Ясно теперь, почему в аномальных зонах легко заблудиться... Но от понимания ситуации легче не стало. Наоборот, на душе было гадко и мерзко. Неприятно ощущать себя подопытной крысой в лабиринте. Отсюда так просто не выберешься — это не сквозь стены проходить. Сквозь стены проникать — плевое дело. Раз-два, и...

Бравада не помогла и нисколько не улучшила настроение. Я зябко потоптался на месте, но идти прочь от гостиницы вдоль реки не отважился. Запоздало подумал: если в реке обитает некий загадочный пираноид, которого опасался комендант, то какие тогда монстры могут водиться в лесу? И я поплелся к гостинице. А что еще оставалось делать? Не вешаться же с отчаяния на первом попавшемся суку? В лесу сучьев много, да веревки под рукой нет.

Когда я, старательно отводя глаза от несуразной мерцающей пристройки к гостинице, поднялся по скрипучим ступенькам и открыл дверь, то ничего нового для себя не увидел. За стойкой сидела голограмма коменданта гостиницы и приветливо улыбалась. Такое впечатление, что не вчера мы виделись. а только-только расстались. Будто сутки и не миновали.

— А мы вас заждались, Денис Павлович! — радушно приветствовала копия коменданта и небрежно смахнула со стола гревшуюся под настольной лампой устюпенду.

Устюпенда сочно шмякнулась на пол, обидчиво пискнула и поползла к порогу.

Я вспомнил, как вчера копия коменданта захлопнула книгу, и мне захотелось проверить, каким образом стереоизображению удается двигать предметы. Может, в этот раз за стойкой сидел настоящий комендант? Стриженой бородкой меня теперь не обманешь — встречались сегодня.

Переступив через устюпенду, я шагнул к стойке и наконец-то осуществил свое желание. Ткнул пальцем в Затонского. Палец свободно вошел в плоскостное изображение, и на месте проникновения образовалась небольшая черная воронка, искрящаяся электрическими разрядами. Волосы у меня на голове встали дыбом, в глазах потемнело. Копия резко отпрянула, и если бы я не оперся о стойку руками, то непременно грохнулся бы на пол.

— Не делайте больше так, — назидательно изрек комендант. — Нехорошо будет.

— А мне... каково? — прохрипел я, вытирая холодную испарину со лба.

— Именно вас я и имел в виду, — корректно пояснил он.

— Спасибо, что вовремя предупредили.

Уж и не знаю, откуда у меня в этот момент взялось чувство юмора. Смеяться отнюдь не хотелось.

— Всегда к вашим услугам, — наклонил голову комендант, и мне показалось, что в его глазах блеснули насмешливые искорки.

Добротная копия. Но соревноваться в остроумии со стереоизображением желания не было.

— По какому поводу меня здесь ждут? — буркнул я.

— Вы обещали переговорить с Ивановым.

— Он здесь? — удивился я. Хотя чему удивляться? Если говорят: «здесь ждут», — то где же ему находиться?

Комендант замялся.

— Недалеко, — уклончиво ответил он.

Впервые неуверенность проскользнула на его лице, и тогда я вспомнил, что сказал настоящий комендант по поводу имени Буратино.

— Конспираторы хреновы, — с чувством произнес я и направился к лифту. — Какой этаж?

— Вам не сюда, — остановил комендант. — Выйдете во двор — вторая ячейка в пристройке к гостинице.

Голограмма улыбнулась, развела руками и растаяла в воздухе.

Аудиенция окончена, понял я, и меня разобрала злость. Не люблю, когда начинают темнить. Я решительно шагнул к двери, наступил на устюпенду, поскользнулся и растянулся на полу.

Первой моей реакцией был испуг. Не за себя, за устюпенду. Не знаю, что полагалось за раздавливание инопланетного существа, но вряд ли что-то хорошее. Однако ничего страшного с устюпендой не произошло. Хлипкое с виду медузообразное существо обиженно пискнуло, отлетело, как мячик, к стене, где и замерло, осуждающе моргая.

— Под ноги смотреть надо, — раздался из пустоты укоризненный голос коменданта.

— А нечего под ногами шастать, — проворчал я, поднимаясь.

— Устюпенде ничего не будет, — вздохнул невидимый комендант, — а вот вам... Не ушиблись?

— Ушибся! — гаркнул я, распахнул дверь и выскочил на крыльцо. Дурдом полный. Пальцем не тычь, ногами не наступай... Дышать здесь можно?!

— Дверью, пожалуйста, не хлопайте, — вежливо попросил голос коменданта.

Из принципа я хотел так грохнуть дверью, чтобы она слетела с петель, но вовремя одумался и аккуратно притворил ее. Хватит с меня необдуманных экспериментов. Кто знает, чем очередная выходка обернется? Эффект может оказаться похуже тычка пальцем в голограмму.

Я покосился на радужную пристройку, и мою воинственность как ветром сдуло. Входить в полупрозрачную, ритмично колеблющуюся полусферу, казавшуюся живой, дышащей, страшно не хотелось. Иона я, что ли, чтобы лезть в пасть какой-то инопланетной твари, словно внутрь кита? Вдруг переварит и спасибо не скажет?

Круглые отверстия диаметром около двух метров были затянуты мутной пленкой, а возле каждого отверстия мигали огоньки. Один, два, три... Ага, понятно, отверстие с двумя огоньками — вторая ячейка.

Вид у ячеек, мягко сказать, был непривлекательный. Мерцающие стенки лоснились, как бока кашалота, а прикрывающая вход мутная перепонка напоминала рыбий пузырь, за которым начиналась серая мгла. Ни к селу ни к городу вдруг вспомнилось, что слово «тварь», которое в наше время приобрело исключительно бранное значение, на самом деле образовано от высокопарного «творить». Дословно «божья тварь» — земное существо, творение Создателя. Но в том-то и дело, что эта тварь не имела никакого отношения к божьим созданиям. Если вообще была тварью.

Наученный горьким опытом, я осторожно потрогал пальцем мутную перепонку. Перепонка прогнулась, как самый настоящий рыбий пузырь, но прикосновения к пальцу я не ощутил. Только видимость. У каждой ячейки трава была притоптана, и я понял, что в это чудо инопланетной бионики захаживали, и не единожды. Быть может, это такой инопланетный дом, который питается не самими людьми, а их естественными отправлениями, потовыми выделениями? Читал я у кого-то из фантастов о таком симбиозе. Что ж, раз советуют, надо идти.