Чтение онлайн

— Впервые в Каире?

— Да, и впервые за границей, — призналась Оливия.

— Вы шутите?

Она покачала головой.

— Нет, не шучу.

Джонни, ее жених, зарабатывал немного, Оливия тоже, и скопить денег на дом им казалось важнее, чем путешествовать по заграницам. Хотя такой человек, как Стивен Гордон, возможно, и не поймет этого.

— И вы приехали сюда одна? — спросил он.

— Да.

Стивен посмотрел на нее с любопытством.

— Довольно рискованно впервые отправляться в другую страну в одиночку.

Оливия принялась внимательно, словно какую-то диковинку, рассматривать чашку с кофе. Наконец она ответила:

— Я никогда не совершала ничего, что можно было бы, пусть с натяжкой, назвать рискованным поступком.

— Совсем никогда? — мягко поддразнил Стивен.

Оливия даже не улыбнулась. Совсем недавно она решила, что жизнь слишком коротка, поэтому не следует все время осторожничать и слушаться только рассудка.

— Вот почему я и подумала, что надо попробовать, — серьезно сказала она и переменила позу.

Стивен пригубил кофе и подумал, что лучше бы его гостья сидела спокойно, а то может показаться, будто она старается выглядеть соблазнительной. И тут он вспомнил: на ней же ничего нет!

Острое желание, внезапное и неуместное, пронзило его, и Стивен сделал большой глоток кофе и почти обрадовался, когда горячий напиток обжег губы. Он украдкой бросил взгляд на часы. Осталось еще сорок пять минут. Если повезет — то меньше. Встать ему уже, наверное, не удастся.

— Так почему вы выбрали Каир? — Стивен нарушил неловкое молчание, но так и не сумел полностью избавиться от волнения, поэтому его голос прозвучал немного напряженно.

— О, ведь это один из самых прекрасных городов мира, и я... мне нужно было...

— Нужно было — что?

Оливия собиралась сказать, что просто хотела уехать подальше, но тогда наверняка последуют новые вопросы, отвечая на которые придется излагать всю печальную историю. Историю, рассказывать которую она уже устала. Устала переживать случившееся снова и снова: Она приехала на берега Нила, спасаясь от воспоминаний о смерти и от ее когтистых лап.

— Я очень хотела увидеть пирамиды. — Оливия застенчиво улыбнулась. — Это моя голубая мечта. И еще мне очень хотелось прокатиться по Нилу.

— Но не искупаться в нем?

— Нет, — Оливия рассмеялась, — это в мои планы не входило!

Стивен увидел, как изменилось ее лицо, оно будто осветилось изнутри.

— И как долго вы еще здесь пробудете? — спросил он.

— Всего пару дней. А вы?

В висках у Стивена снова застучало. Каир вдруг начал казаться все более привлекательным, и от этого ему стало не по себе.

— Я тоже, — глухо ответил он и еще раз украдкой посмотрел на часы.

А комната почему-то показалась ему теперь слишком маленькой и слишком интимной — их беседа. Оливия снова осторожно пошевелилась, усаживаясь поудобнее.

— Сколько вам лет? — внезапно спросил Стивен, когда его гостья положила ногу на ногу и на мгновение обнажилось ее изящное бедро.

К счастью или, наоборот — к несчастью, но Оливии было достаточно лет, чтобы понять, что Стивен не так уж к ней равнодушен. Его выдавал металлический блеск холодных серых глаз.

— Мне тридцать.

— Вы выглядите моложе. — Он не смог скрыть удивления.

— Так мне все говорят. — Оливия наконец отважилась посмотреть на него и спросила: — А вам сколько?

— Тридцать пять.

— Вы выглядите старше.

Их взгляды встретились, и воздух в комнате словно задрожал.

— Я знаю, — пробормотал Стивен.

Оливии показалось, что звуки его голоса ласкают ее кожу. Она смотрела на него, не в силах отвести глаз, запоминая каждую черту его точеного лица. Я никогда его не забуду, вдруг с грустью подумала она, никогда.

Кофе они допили в молчании. Наконец в дверь постучали, и коридорный внес аккуратно сложенную стопку выстиранной и выглаженной одежды. Стивен передал ее Оливии.

— Ну вот ваша одежда, — хмуро сказал он.

Она взяла свои вещи и слегка покраснела, заметив, что его палец коснулся ее бюстгальтера и трусиков.

— Пойду переоденусь.

Стивену и раньше казалось, что она выглядит великолепно, но, когда Оливия вышла из ванной, он едва поверил в то, что такая перемена возможна. Он не знал, что сделали с ее одеждой в прачечной, но все выглядело совершенно новым, а высохшие и уложенные в небрежную прическу волосы женщины вновь сияли и струились, словно речные волны.

— Вам стоит взять вот это. — Он опустил руку в карман брюк и вытащил несколько банкнот.

— Зачем это? — сердито спросила Оливия.

— Разве вы не уронили кошелек в воду? — мягко напомнил Стивен. — Вам же надо как-то добраться до своей гостиницы?

— Я не могу взять у вас деньги! — запротестовала она.

— Как хотите. Можете считать, что я даю вам в долг. Вернете завтра, если пожелаете.

Оливия помешкала, но потом все же взяла деньги и положила в задний карман джинсов.

— Я верну. Спасибо.

Стивен проводил свою гостью до дверей отеля, стараясь убедить себя в том, что больше никогда не увидит Оливию Фаррелл.

И очень удивился, когда понял, что от этих мыслей ему стало почему-то больно.

Ты сошла с ума и ведешь себя легкомысленно, говорила себе Оливия, отправляясь на следующее утро на встречу с Стивеном Гордоном.

Щеки ее горели румянцем, походка стала пружинистой и легкой. Она старалась убедить себя, что вовсе не ради этой встречи долго сегодня решала, что надеть, и остановилась на легком голубом платье под цвет глаз и на босоножках, визуально делавших ее ноги длиннее.