Чтение онлайн

Так, а теперь тикать... у меня появлялся отличный шанс удрать из ресторана, пока, как это говорится, ходят пароходы.

Куда? Да куда глаза глядят, а там уже на местности разберемся.

Все ещё нетвёрдой походкой, плохо чувствуя тело, я рванул к выходу из ресторана, ловя на себе взгляды перепуганных гостей. К новому телу только предстояло приспособиться. То ли что-то произошло с настройками, так сказать, реалистичности в моём собственном сне, то ли уж слишком сильно мент рванул ремень брюк. Бежал я действительно забавно, на прямых ногах, как будто на соревнованиях по спортивной ходьбе. Меня качало из стороны в сторону, как на палубе корабля.

— Простите, извините, пропустите, — бросал я гостям.

Остановиться я не мог тоже. Народ шарахался от меня, как от прокаженного, жался к стенам, кто-то поднимал брезгливо руки. Хотя при мне не было оружия, и видимой угрозы, в таком-то состоянии, я однозначно не представлял. Менты зашевелились, по крайней мере, Иван поднимался на ноги, но делал это как-то вяло, будто нехотя.

— Сто-о-оять! — раздался истошный вопль, сменившийся трелью свистка.

Ага, нашли дурачка. Пусть это просто сон, но я не хочу в тюрьму, да и помирать тоже. Раз уж воображение предлагало мне столь чудный опыт, или, как это сейчас говорят, экспириенс, то до того момента, как я выйду из комы, хотелось потратить это время с пользой.

Какой-то неравнодушный толстый упырь во фраке с уже не застегивающимися на животе пуговицами таки попытался меня остановить и схватил за руку с возмущенным:

— Постойте, товарищ...

Но мой кулак быстро нашел его челюсть правым прямым. Пусть тело до конца я не чувствовал, но силы удара хватило, чтобы уронить товарища — тут ведь главное точно влупить. Тело рухнуло на пол, я, переступив через гражданина, выскочил из ресторана, впечатлившись на несколько секунд открывшимся видом.

Дома постройки где-то этак середины 19 века, довольно неплохо реставрированные — деревянные окна, нигде не крошится кирпич, фундамент не заваливается, трещин нет... Наверное, так должен выглядеть исторический центр любого уважающего себя города. Хотя это я поторопился с суждением — стёкла третьего, последнего этажа, побиты, и стена разворочена, будто от попадания артиллерийского снаряда.

Неподалеку от ресторана стояла пролетка с лошадьми. Этакая вариация на тему кабриолета — телега с раскрывающейся крышей. Понимая, что на нетвердых ногах не получится ускользнуть от мента Ивана, я принял, на мой взгляд, единственно верное решение. Бросился к пролетке, запрыгнул внутрь. Внутри оказалась девушка в вечернем платье, на глаза спадала кружевная вуаль. Удивило, что она, как, впрочем, и кучер, спокойно отреагировала на появление нежданного гостя в моем лице. Я не успел рассыпаться в тысяче извинений, что причиняю неудобства прекрасной даме и порчу ей вечер, как она улыбнулась мне:

— Привет, Нафаня!

— И вам не болеть... — я прищурился, всматриваясь в лицо милой незнакомки за вуалью.

Знакомы, нет? Хотя понятно, что знакомы, раз девчонка мое имя знает. И так же понятно, что я (именно я, а не тот малахольный, в теле которого я оказался) вижу ее в первый раз. Видя мое смущение, девушка скомандовала экипажу ехать, а сама решила приоткрыть «завесу тайны», отодвинула вуаль. На меня смотрели с миловидного личика с чуть курносым носиком голубые глаза. Глубокие, что утонуть можно.

— Все косы твои, все бантики... Лиза? — посетила меня догадка, которую я озвучил, подмигнув девчонке.

На вид ей было лет восемнадцать, не больше. Она нахмурилась, увидев начавшую запекаться кровь у меня на виске. Стянула белоснежные перчатки с рук, залезла в ридикюль с крупной металлической застежкой, и, достав оттуда свернутый платочек с кружавчиками, потянулась к моему виску.

— Я же говорила, не связывайся с этими дураками, ну для чего... — она аккуратно промокнула кровь на моем виске. — Не дергайся, я тихонечко.

— Что эти придурки от меня хотят? — спросил я, желая как бы между прочим выяснить полную картину происходящего. — Я словно в девяностых очутился, стрельба, менты, рестораны...

— Девяностых? — Лиза приподняла бровь, явно не поняв смысла.

— Говорю, времена нынче лихие, — сообразив, что сболтнул лишнего, поправился я. — Почему они хотят меня убить?

— А ты будто не знаешь, — Лиза вздохнула и вытянула руку перед собой, на безымянном пальце красовалось кольцо, красивое и дорогое, с довольно крупненьким бриллиантом. — Я же говорила, что они узнают, Нафань, «Дева Мария» — самый известный экспонат Рабиновича.

— Ясно... — вон из-за чего весь сыр-бор, я, похоже, свистнул это кольцо в ювелирной лавке да и подарил его Лизе... лихо! Я попытался улыбнуться хоть уголками губ, чтобы как-то разрядить атмосферу, девчонка явно нервничала. — Тебе хоть кольцо-то нравится?

Лиза склонила голову на плечо.

— Ты у меня насколько смелый, настолько и глупый. Вот что бы произошло, не подъедь я раньше, чем договаривались? — она вздохнула, продолжая возиться с раной. — Не отвлекай-ка меня, это все надо обработать.

— Мы договаривались? — уточнил я.

Она зыркнула на меня так, будто я мелю чушь. Судя по всему, мы с ней что-то тут планировали, и мне действительно повезло, что девчонка подъехала раньше. Ну зашибись, хоть в чем-то должно везти. Помирать второй раз за день как-то совсем не хотелось.

Колечко девчонке явно нравилось, я видел, как блестели ее глаза. Об отношениях с теми упырями из ресторана, почти продырявившими мне башку из нагана, я спросил не случайно. Для себя следовало определиться, в чем соль этого странного попадания в неизвестный мне мир. Бегать я не привык. Надо выяснить, как говорят в криминальной среде, выходцами из которой были те ребята: за кем косяк? Либо я «сам дурак», либо придется пояснять парням, что они не правы. Найти доходчивый способ.

Сон, однако, был невнятный, половина воспоминаний как будто стерлась, и я оказался в самое сердце движа, понятия не имея, что там было в начале и откуда у неприязни бандюков росли ноги. Может, я все-так просто пересмотрел Гая Ричи, где история начиналась практически с конца?!

Только вот у Гая все герои крутые, как вареные яйца, и опасные ублюдки. А я, блин, какой-то гоголь-моголь в собственном сне, не вашим и не нашим — чистый лопух. Одет бог знает как, не то что не модно, а чуть ли не в рванье, занимаюсь какими-то мутными делами без всякой перспективы, да и фактурой — не Добрыня.