Чтение онлайн

– На кого ты работаешь, Михалыч?

Он моргнул непонимающе.

– Зачем вы это делаете? – изменила я вопрос.

Он слабо шевельнулся и проговорил равнодушно, словно повторял давно заученный урок:

– Человечество нуждается в нас… Его надо направлять… Ресурсы на пределе. Если не вмешаться, люди погубят… и себя, и Землю. Мы – просто защитная реакция планеты.

– А кого вы защищаете здесь, в России?

Перед глазами у меня снова было воронежское поле. И вмёрзшие в землю тела под свинцовым январским небом.

В голосе Старика что-то переменилось. Совсем чуть-чуть.

– Никто не хотел лишних жертв. Но исполнители… Трудно нарисовать картину грубой малярной кистью. Так всегда бывает… Самую разумную и справедливую идею легко замарать… Грязью… И кровью.

– Справедливость?

– Не в масштабе отдельного государства… В масштабе планеты. Россия… Эта страна всегда была недоразумением, Таня. Аномалией на древе истории… Она должна была исчезнуть…

– Ты ведь столько лет прослужил ей, Михалыч… Столько лет эта страна была твоей.

Старик приоткрыл рот, будто собираясь что-то возразить. Но так и не произнёс. Ни слова. А потом вдруг я увидела его слёзы. Первый раз за два с лишним года.

– Какая пустота, Таня… Если бы ты знала… Какая пустота…

У меня едва не вырвалась резкость. Но я себя пересилила:

– Я знаю, Михалыч.

И отвернулась.

Тут только обратила внимание, что двери больше не содрогаются от ударов. Либо они решили передохнуть, либо вот-вот наступит черёд взрывчатки.

Артём и не вспоминал уже про слепнёвских бандюков. Физик сверлил меня взглядом. Не выдержал и осторожно начал:

– Слушай, Таня… А что за бред он тут излагал?…

Бред… А может – реальность? Я совсем запуталась. Будто огромные стереоэкраны подвешены кругом и где-то среди них затерялся проход в единственный, настоящий мир. Но правду не отличить, пока не подойдёшь ближе…

– Надо уходить, Артём, – сказала я. – Искать объяснения будем потом.

Там, за ящиками, вторая дверь… Я обернулась и замерла, вслушиваясь в гнетущую тишину. Как я могла забыть про собак! В нынешнем состоянии Михалыч точно не может ими управлять. И если они вернутся…

Из темноты по ту сторону ящиков не доносилось ни звука. Я посмотрела на Артёма. И заметила, что он не сводит с меня боязливо-восторженных глаз. Он уверен, что уж я-то обязательно что-нибудь придумаю.

Попробуем его не разочаровать.

Взяла кусок проволоки с пола. Чуть повозившись, освободила парня от наручников. Потом сама избавилась от массивного «украшения» на левом запястье.

Дальше обязанности распределились. Как и положено настоящему мужчине, Артём остался дежурить с «береттой» наготове. А я, пересиливая дрожь, шагнула в темноту за ящиками. Провела ладонями по стене. Не ошиблась – здесь есть выключатель. Заранее ёжась от того, что мне предстоит увидеть, щёлкнула рубильником.

Тусклая лампочка растворила тьму, но истерзанного тела Слепня здесь не было. Только лужа крови на полу и следы – будто что-то волочили к пустому дверному проёму.

– Артём! Сюда!

Я приняла решение. Может, это и не совсем верно, но лучше иметь дело с двуногими подонками, чем с «милыми собачками».

Вдвоём мы быстро перетащили несколько ящиков с консервами и забаррикадировали проход. Обнаружилась приятная находка: под консервами – ящик с аккуратно упакованными осколочными гранатами. Применять их в закрытом помещении – себе дороже. Но если нет ничего, кроме восемнадцати патронов в единственной «беретте», – выбирать не приходится.

– Вставай, – приказала я Михалычу.

Пошатываясь и стараясь не смотреть мне в глаза, он выполнил. Тихо попросил:

– Прикончи меня, Таня.

– Обойдусь без твоих советов.

Завернула ему руки за спину и надела «браслеты»:

– Пошёл вперёд!

Разместила Старика и физика за баррикадой из ящиков. Такое впечатление, что со времени, когда Михалыч держал нас на мушке, он постарел ещё лет на десять.

Что ж, оба мужика в укрытии. Значит, хрупкая девушка может позволить себе слегка развлечься. Я сунула несколько «лимонок» в карманы куртки и осторожно приблизилась к железным дверям.

Тишина. Загадочная тишина. Наверное, бандитам совсем некуда торопиться, раз они решили устроить себе перерыв. Вот только у меня лишних минут не осталось. Всем нутром чувствую, что из проклятого подвала надо выбираться как можно скорее.

Налегла на засов. Поддавайся, чёртова железяка…

И она действительно поддалась. Правда, не сразу и с таким громким металлическим скрежетом, что внутри у меня ёкнуло. По ту сторону дверей послышались голоса.

Я выдернула кольцо, рванула на себя тяжёлую створку и не глядя швырнула «лимонку» в образовавшуюся щель.

Голоса зазвучали ближе – они решили проверить, что там с дверями. А потом донёсся отчаянный вопль – вероятно, один из них увидел гранату у себя под ногами. Спустя мгновение раздался взрыв.

Отброшенная железная створка удержалась на петлях, но, крутнувшись, едва не прихлопнула меня, будто таракана.

Слишком близко.

Следующий «подарок» я швырнула сильнее и отскочила в сторону. По металлу застучали пули. Взрыв. И всё стихает.

Опустившись на пол, я глянула сквозь щель. В слабом отсвете уцелевшей за изгибом коридора лампочки чернели неподвижные тела. И главное – рядом, почти на расстоянии вытянутой руки, тускло поблескивал зажатый рукой мертвеца «барс».

Переборов соблазн, я решила не рисковать – никуда этот автомат не денется. Всё равно будет моим. Выдернула кольцо из третьей гранаты и осторожно приоткрыла двери. Длинная очередь немедленно забарабанила по металлу. Я отпустила чеку, выждала секунду и постаралась добросить «лимонку» до изгиба коридора. Падая в сторону, ощутила нежное дуновение пуль в сантиметре от прически.

Почти сразу рвануло. Если кто из бандитов и пытался отправить гранату назад – вероятно, сильно об этом пожалел.