Морпех – победитель магов
Шрифт:
Что-то это действие значило – в их мире заклинаний и магий. Что-то бесповоротное и окончательное.
– Ну, брат… Ну ты крут.
Тутарбан поглядел на меня с угрюмой деловитостью приближающегося «КамАЗа» и ответил:
– Я… Работаю.
Глава 9. Принцесса Амита, та еще штучка
Крепость Рог Вечности
Империя Алхимиков
Согласитесь, что после того как ваша жизнь висела на волоске, после того как ужасный неуязвимый противник все-таки был повержен, вы вправе рассчитывать на близкий и надежный хеппи-энд. Так оно вроде бы? Нет?
Вот и тогда, когда у стены гостиной собирал себя по кусочкам живучий как кошка Кадам, а у меня под ногами с тихим шкворчанием покачивался обломок кирасы поверженного босса уровня, я почему-то был совершенно уверен в том, что с минуты на минуту мы отыщем живую и невредимую принцессу и немедля свалим прочь из Рога Вечности, где водятся такие субчики, как шейх-призрак…
Но вместо этого все мы оказались в глухом позиционном тупике!
Дело было так. Еще раз обыскав покои принцессы вместе с Тутарбаном и вновь не найдя ничегошеньки, кроме нижнего белья, сладостей и руководств по рукоделию, мы с големом вышли на балкон.
Солнце уже поднялось над горизонтом, а потому все происходящее в крепости было видно невооруженным взглядом и безо всяких ноктовизоров.
Стены и внутренний двор Рога Вечности были усыпаны окровавленными телами. Хотя большинство из них, судя по экипировке, принадлежало защитникам принцессы, были среди них и наши «черные верблюды».
Погибли и четыре «земляные жабы» – их туши, истыканные стрелами ртутных катапульт, громоздились на полпути к дальней, третьей башне крепости. Той башне, на вершине которой стояла самая живучая солнечная пушка, запылавшая затем жарким пламенем от попадания наших пуль, а теперь лишь слабо дымящаяся.
Так вот, оказывается, эта самая третья башня служила своего рода запасной цитаделью. И была она отгорожена от крепостного двора прочным частоколом из пальмовых бревен.
Это заграждение пытался штурмануть наш отряд после того, как распахнулись ворота и опустился подъемный мост, по которому в крепость ворвался Тутарбан.
Но гарнизон крепости смог организоваться и отбить атаку!
Что же, настоящие самураи. И недаром у их погибшего начальника, шейха-призрака, каска была самурайская…
Я, конечно, больше всего беспокоился о судьбе дяди Вовы. Не ровен час, каленое железо отыскало путь между пластин его бронежилета!
Но, к счастью, мой боевой товарищ был жив-здоров. Я заслышал его зычный густой бас прямо у себя под ногами.
Поглядев вниз, я увидел, как дядя Вова с Замехом допрашивают какого-то высокопоставленного пленного (вскоре я узнал, что то был заместитель шейха-призрака – обычный человек, из плоти и крови).
Пленный мычал, брыкался, дядя Вова давил на него авторитетом, а Замех гвоздил его несокрушимой аргументацией в виде угроз физической расправы.
Из этой сцены я лично сделал вывод, что принцессу Амиту отряд Шень Ди не нашел – точно так же, как не нашел и наш.
Впрочем, мне не нужно было дожидаться результатов допроса, чтобы сообразить: если только принцесса вообще находилась на территории крепости на момент нашего нападения, то единственное место, где она может сейчас скрываться – это неконтролируемая нами часть Рога Вечности. Конкретно – башня номер три.
То есть следовало предположить, что принцесса через люк на своей кухне сперва попала на винтовую лестницу. По ней спустилась к подножию Черной Башни. А оттуда либо попросту перебежала через крепостной двор в открытую (что маловероятно, ведь там уже орудовали наши бойцы верхом на «земляных жабах»), либо проделала тот же путь по некому подземному ходу.
В любом случае получалось, что нам необходимо поскорее овладеть этой злосчастной третьей башней. Причем гипотетический подземный ход нам явно в этом не поможет. Даже если он действительно существует и мы его сейчас отыщем, наверняка его с той стороны уже завалили и охраняют. Не идиоты же они, эти местные самураи!
Я донес эти нехитрые мысли в упрощенной форме («надо срочно овладеть третьей башней») до Тутарбана и Кадама.
– Что же… Неглупо… Вот ты этим и займись, – сказал Кадам, превозмогая боль.
Лицо боевого мага, никогда не бывшее румяным и жизнерадостным, сейчас имело землисто-зеленый цвет и выражение из разряда «краше в гроб кладут». Казалось, орел наш имперский Кадам с минуты на минуту двинет кони.
– Я-то займусь… А ты? Не пойдешь со мной? – спросил я у боевого мага скорее для проформы. Чтобы он не подумал, что я списываю его со счетов.
– Я? Нет… Мне… Мне нужно набраться сил. – С этими словами Кадам закрыл глаза и притворился мертвым.
Хм, неужели и впрямь придется брать третью башню штурмом?
К такому обороту дел я готов не был.
Дело в том, что легкое стрелковое оружие – а только им мы с дядей Вовой и располагали здесь, внутри крепости, ведь тяжелые пулеметы пришлось оставить на бархане – было очевидным образом бессильно против частокола, под которым полегли даже толстокожие «земляные жабы».
Точно так же я не надеялся справиться при помощи пуль калибра 5,45 и 9 миллиметров с окованными сталью дверями, отсекающими входы в третью башню с гребней стен…
Получалось нечто очень неуклюжее. Мы с дядей Вовой должны сперва вернуться на бархан, в наш охраняемый передовой лагерь, взять там крупнокалиберные пулеметы и с ними притащиться обратно в крепость. Притащиться пешком, а не верхом на василисках, по колено в зыбучих песках…
Или один василиск у нас все-таки есть? В любом случае он потянет только пулеметы, но уже не нас…
После чего, опираясь на жидкие остатки своего боекомплекта, мы должны будем вдвоем пытаться устроить очередное тактическое чудо…
«Не многовато ли чудес для одного дня?» – подумал я устало.
В итоге я предложил лежащему трупом Кадаму:
– А может, мы просто Тутарбана запустим впереди всех? Он, я смотрю, толковый малый! И палица его страшное оружие! Частокол разобьет в два счета!