Морок
Шрифт:
— Так это что? С любой так будет?
— С любой, малец. Так что силы не трать, не жалей.
— Так значит следующей ни помогать, ни меняться для нее не буду! — решительно подытожил Иннокентий.
— Ну и дурак, — вздохнул Казимир. — Будешь остальным бабам за одну тварь мстить, несчастным и останешься, потому что они твари, но не все. А как свою бабу угадать? А никак! Тебе всё это сказано для чего было? Чтобы ты понял, что не о чем жалеть, ты поступал так, как велит твоя природа. Бабья природа — требовать помощи. Твоя природа — помогать слабым. Ну, а если она решила, что все такие хорошие, как ты, и все будут ей помогать, как ты, так ты бабу отпусти. Пусть идёт. На свете мужиков обиженных много, и много кто бабам мстит. Пусть баба идёт, она такого обязательно встретит. А ты время на сожаления не трать, ищи следующую… Понял?
— Понял! Вот пусть она на такого нарвётся, а потом сама ко мне прибежит, будет рыдать и прощения просить!
— Ничего ты не понял, — вздохнул старик. — Смотри, вон уже трактир виден отсюда. Ищи, где ты книгу потерял? На каком месте?
Иннокентий внимательно сверху холма, на котором они стояли оглядел местность и уверенно ткнул пальцем в сторону придорожных кустов.
— И кому же я должна верить? — спрашивала Евтельмина жену лекаря. — Ежели я поверю мальчишке, а я, признаться, очень хочу ему поверить, очень! Не знаю, почему!
Королева состроила полную изумления рожицу перед зеркалом, высоко подняв брови и округлив рот. Застыв с таким выражением лица, Евтельмина залюбовалась собой, но скоро продолжила:
— А если не поверю ему? То — кому?
— Если вы поверите музыканту, — монотонно подхватила жена лекаря. — Возможно, он проведет в замок магию и тем самым подвергнет опасности и вашу жизнь, и вашу власть. Мы не знаем планов колдунов, весьма вероятно, что они желают втереться в доверие к вам, чтобы занять трон…
— Да! — королева восхищенно послала в зеркало воздушный поцелуй. — Но как? Как они смогут завоевать мое доверие? Это почти невозможно.
Лекарская жена ущипнула себя тайком, чтобы не начать спорить и не раскричаться на собеседницу.
— Моя королева, но ведь они дали вам красоту…
— Они! Дали мне красоту! Ха! Ха! Ха! Они дали мне! Что ты говоришь, глупая! Я всегда была красива! Всегда! Просто этого было не видно! Мое доброе сердце… В общем, я уже рассказывала.
— Моя королева, тогда есть одно тайное средство, которое поможет узнать, кому верить!
— Какое же?
— Слуховые ходы.
— Что? Что такое слуховые ходы?
— Ваш замок строили старые мастера для старых недоверчивых королей. В стенах остались промежутки, в которые может поместиться человек, если немного согнется, и, уверяю вас, тот, кто окажется там, может услышать все, о чем говорят люди в разных комнатах. Например, из слуха главной залы можно узнать, что творится на кухне.
— И часто ты? Часто ты подслушивала?
— О нет, моя королева! Ни разу! Я просто знаю, что ходы должны быть, но не знаю, есть ли они.
— А кто знает?
— Тот, кто строил, и старые короли…
— А где тот, кто строил?
— Их убили сразу же после того, как замок был готов…
— Почему?
— Из недоверия, моя королева. Вдруг бы они рассказали, где находятся те самые ходы?
— Что за нравы! Кто мог отдать такой глупый приказ?! И как мы теперь узнаем?
— Моя королева, я уверена, в библиотеке сохранились чертежи и записи обо всем…
Королева немного удивилась, что дело обстоит так просто и что сама она не догадалась до такой мелочи, и тут же сказала:
— Я как раз это и хотела сказать, вечно ты перебиваешь!
Жена лекаря присела в знак уважения.
В королевской библиотеке не было множества книг. Да и не все короли с королевами умели читать и писать. Евтельмина не умела. За нее было кому уметь считать, писать, читать, издавать, подавать и наддавать. Королева помнила эту старинную часть замка, где был совершенно особенный и не очень приятный запах, ее бабка говаривала, что она сюда бы захаживала, конечно, если бы ей не приходилось так часто чихать от пыли. Бабка тоже не умела читать, но умела изящно скрывать свои недостатки.
Лекарская жена с ловкостью кошки вскарабкалась к верхним стеллажам и вытащила оттуда, кажется, самую пыльную и толстую книгу.
— Ну, и где? — нетерпеливо спросила ее Евтельмина, как только толстушка раскрыла фолиант.
— Моя королева, я не смогу так быстро, мне необходимо ее прочесть, и, наверное, не только ее.
— Ну, так сколько ж тебе надо времени?
— Не меньше суток, если повезет, а, может, и побольше.
Королева недовольно надула губки:
— Ну, а мне что делать все это время?
— Может быть, стоит заказать новый портрет?
И Евтельмина тут же умчалась из скучной пыльной библиотеке на ходу раздавая приказы слугам, чтобы выписали лучших художников да заказали лучших кистей.
Однако, что-то не давало покоя королеве. Там, в старинной и странной комнате сидит сейчас незнакомая ей женщина, чье имя она даже не знает, и читает то, что читали и трогали ее деды, проникает в какие-то тайны, что доверены были только этим молчаливым фолиантам, которые сулили смерть тем из людей, кто проник в них…
«Придется ее убить?» — подумала королева. — «Жаль, конечно. С ней было приятно поболтать. А что поделать? Вдруг она узнает эти тайные ходы и проведет по ней армию врагов, чтобы захватить мой дворец!» И Евтельмина тут же представила, как между стен движется, бряцая латами и звеня копьями, отряд молодых черноусых бойцов, чтобы захватить ее, такую беззащитную, в одной сорочке на кровати… В некотором смысле это видение королеве даже понравилось, больше всех понравился тот, который был во втором ряду, ну та-ак смотрел!