Чтение онлайн

— Говорил же! Ну, говорил же я!

— Перестань стенать. Давно нет его?

— Второй день без новостей.

— И чего сидишь? Поднимай партию в рейд! И гонцов к соседям окрест!

— К кому?! Тут соседи такие, что после Флоддена хуже врагов.

— Да хоть к тому же Вне-закона. Он уж не откажется поразмяться на Спорных землях. А я…

— А ты, — веско сказал Патрик, остановясь в метаниях, — сядешь здесь. За стенами, Джон. Больше мне не на кого оставить Караульню.

Но мы не успели. Пока, хватанув с дороги кусок, я бегал к конюшням, орал, поднимал людей, пока седлали, собирались — с холмов на том берегу реки и впрямь показалась рейдерская команда. Потрепанная, уже не в две дюжины, меньше.

Уилл отбился. И не только отбился, но и приволок нам гостинец.

— Вот это, кажется, — сказал он, отдуваясь, велев сгрузить на землю с коня нечто, напоминающее тряпичный тюк, — вы так долго искали, братья…

Из наших людей пятеро остались лежать на Спорных землях. Мастер Хейлс пошевелил сапогом огромный сверток, перевернул пинком, затем уставил связанному человеку ногу на грудь, нежно нажал:

— Ну, вот и свиделись, кастелян… а я уж было заскучал по арбалетным болтам из засады. Пойдем, потолкуем.

В любимой камере колдуна Сулиса было жарко и влажно. Здесь никогда не пахло смертью и кровью, кроме, собственно, момента крови и смерти.

— Справишься, Катберт?

— А чего ж нет? — тот пожал плечами, обтирая фартуком руки после еды. — Жиру в нем много, конечно, но до больного достану. Чего ж не достать…

И достал.

Старина Симс оказался отнюдь не столь крепок, как его сын-племянник.

И четверти часа не прошло, как мы уже знали куда больше, чем требовалось бы суду, но не гражданскому, а церковному, и уж точно — чем хотелось бы нам самим. Меня не смутил поток обвинений, хлынувший у Симса из разорванного рта вместе с кровью, но я подивился их нелепой, всеобъемлющей злобе: он явно выделил меня как причину своих несчастий и бил точно в одну эту цель. С дыбы орал он о том, что всё пошло вкривь и вкось с приездом сопляка в сутане, который, конечно, никакой не епископ, а темная тварь холмов, иначе не пошел бы на Девять камней поговорить с мертвыми, не вырядился бы в тряпье своего отца, сущего дьявола.

— Вот это ты зря сейчас, — обиделся Патрик, — папенька наш был человек христианнейший! Хотя и жестковат, тут ничего не скажу.

То-то они не баловали при христианнейшем, что злить дьявола никому не хотелось. Да и Крейг умел прижать народ к ногтю. А как почуяли слабину, так и стали поджирать с краев. Свидание с беглым кастеляном Хермитейджа принимало совсем не тот вид, которого мы ожидали.

— Еще что-то желаешь изложить, а, Симс? Подбавь ему, Берт!

И тот подбавил, и полилось вновь — уставясь мне прямо в глаза. Девять камней, неблагословенная рука, отрицает существование дьявола.

— Он говорил, что ведьм не надо казнить, а дьявола не существует! Он к мертвым ходил говорить на проклятые камни, он…

— В своре доносчик, — молвил Уилл Патрику. — Надобно найти.

Мне не впервой принимать ненависть человеческую, но никогда еще меня не клеймили отродьем дьявола. Несс понравилось бы мое повышение в звании, произведенное молвой, определенно.

— Язык, — велел Патрик Катберту. — Достаточно.

Старший брат выглядел явно освоившимся в пыточной камере. Не то, чтоб ему нравилось, но он больше не колебался. Как плата за его жизнь холмам необратимо изменила меня, так арбалетный болт, полученный в бок от покойного, догнивающего на стене Гилберта в итоге действительно сделал его мужчиной. Не лучшим, чем он был юношей, но все-таки мужчиной.

— Погоди. Не это главное, это всё пустое, — остановил Катберта я. — Деньги, Симс. Где украденные деньги? Кто пытался положить меня на Эскдейле? Кто убил Энн?

— Денег вам не найти, щенкам. Кто тебя положить пытался, тот там и лежит… — закашлялся Симс. — Дьяволов потрох! Добрый католик не пластует клинком, как ты, тварь!

— Кто ее убил? — но он молчал. — Берт!.. Почему ты убил Энн?

Он выдержал еще четверть часа, прежде чем сквозь вой выблевал:

— Не я. Не своей волей. Мне велели. Когда я сказал, что она — подстилка твоя…

Стало быть, мои хвастливые слова в самом деле стоили Энн жизни. Долина Лиддесдейл быстро учит отвечать за слова, не говорить лишнего. Здесь не шутят. Я же не отступал, давя подступающую к горлу тошноту:

— Кто, Симс? И сказали у церкви положить, верно ведь? Кто натравил на меня «конченых» на Эскдейле?!

Не знаю, как можно было так долго терпеть вынимаемые из брюха кишки. Наконец он поднял голову и посмотрел на нас прямо издевательски:

— Да подавитесь, сучата! Хотел бы я глянуть, как вы станете из этой правды выкручиваться, которую требуете… да жаль, не доживу! Одно в утешение мне — знать, что вы теперь в кровной вражде с ним обосретесь той самой красненькой, которую из меня пинтами цедите… Кто валил тебя на Эскдейле? Кто у церкви девку велел скласть? Да дружок закадычный твой, Уот Вне-закона!

Тишина повисла разом, нарушаемая только хриплым дыханием, кашлем Симса.

— Пригляди за ним, чтоб не сдох, — ошарашенно велел Катберту старший брат.

Истерзанный в мясо, Симс смотрел на нас торжествующе. Зря я посчитал, что он слабей своего сына. Какая земля, такие люди. А это земля греха, как говорил другой Катберт, согласился бы с ним и этот. Одноименные священник и палач — два лица Приграничья.

В башне Дугласов сидели мы за одним столом, все трое, ощущая себя как никогда неуютно. Перед последним откровением Симса померкла и прочая его брехня. Угрюмый Мэттьюс прислал с кухонь эля и пирога без белок, с зайчатиной. Мрачность повара на качестве еды не сказалась, но вполне понятна, так-то он Симсу был из наперсничков, хотя и не мог знать всего. Но на еду смотрели мы без интереса.

— Вот сучий выблевок, — сказал наконец Патрик, не обращаясь ни к кому конкретно.

— Быть не может, — сказал Уилл. — Быть того не может, чтоб Уоту было это на руку. Зачем?

Я же ничего не сказал. Все слишком явно вставало на свои места.

Уот нашел ту подкову на Эске — и теперь я сомневался, что она и впрямь была от Джонстонов. Уот уговаривал меня поднять вражду с Лохвудом — и был разочарован, когда мы отказались. Уот уклонился от ночевки у Глендиннинга — теперь понятно, зачем. Уот знал, что у нас еще одно мертвое тело, Уот знал, где это тело нашли, прежде чем я показал ему, Уот знал о нас слишком много. И хотел бы я знать, что же на самом деле ему, скотине, потребовалось?

И повторил сказанное в пыточной Уиллом:

— В своре есть осведомитель. Тебе придется найти его.

— О да… А я ведь прямо горжусь тобой, — хмыкнул Патрик. — Ты это все один наворотил? В дьявола не верит, с мертвыми разговаривает! Уважаю!

У него и мысли не возникло, что все это правда.

— Дело не в том, — молвил Уилл, — что он на тебя наговорил тут. Дело в том, как ты понимаешь, куда он с этим ходил и где еще смердел.

— Да куда угодно мог пойти-то, — перед внутренним взором весьма четко встало лицо настоятеля августинцев Линна.