Чтение онлайн

Ничего, он простит, ему не больно…

Теперь ходу!

Он вырулил на идущую вокруг озера грунтовку.

С нее всего четыре съезда. Этот. Тот, что дальше, он хорошо отсюда просматривается, поэтому вряд ли они его выберут. И еще два…

Какой они изберут?

Какой?..

Помощник Резидента перехватил машину возле самого берега. И сразу понял, что это она! Слишком чисто было вокруг — ни пустых бутылок, ни консервных банок, никакого другого сора. Рыбаки так не отдыхают.

От воды на берег, по примятой траве, тянулись две мокрых полосы, словно кто-то только что вышел из воды.

— Будем брать! — тихо сказал Помощник Резидента.

И первым вышел из машины.

— Инспектор рыбохраны Стригунов, — представился он, махнув в воздухе какими-то корочками, которые держал в левой руке. Потому что в правой держал пистолет.

Он был так же похож на рыбинспектора, как стоящие напротив него люди на артель рыбаков.

— Чего, рыбку ловим?

— Ну, допустим?

— И конечно, с использованием запрещенных законом снастей?

— Да никто ничего не ловит, начальник. Мы просто так приехали, отдохнуть, — попытались решить дело миром “рыбаки”.

— Все так говорят, — гнул свое “инспектор”. — Придется машину осмотреть.

Люди “инспектора”, расходясь по сторонам, брали машину в клещи. Приказ был — брать противника живьем. Только живьем!

“Рыбаки” заметили их маневр и переглянулись.

— Слушай, давай так, ты нас не видел, мы тебя. Кто-то из “рыбаков” вытащил и бросил на капот несколько сотенных долларовых купюр.

— А мне ваших денег не надо, мне, может быть, за державу обидно, — сказал, выкобениваясь, “инспектор”.

— А если мы еще добавим?

“Рыбаки” не шли на обострение, предпочитая откупиться от опасности.

— А ну-ка, открывайте багажник! — приказал “инспектор”.

Но и тогда “рыбаки” не бросились в атаку, а покорно пошли к багажнику, уступая противнику инициативу, позволяя занять более выгодные позиции. Или они действительно рыбаки?..

В багажнике ничего не было. Ни аквалангов, ни гидрокостюмов, ни ласт. Все снаряжение они утопили в озере. Или все-таки ошибка?

Но мокрая полоса…

— А ну-ка, руки за голову!

— Разве рыбинспекция имеет право проводить личный досмотр? — усмехнулся один из них.

Но руки поднял.

И все подняли!

Вдалеке показалась быстро несущаяся по грунтовке белая директорская “Волга”. И тут же запищала рация.

Помощник щелкнул переключателем.

— Уходи, уходи немедленно! — закричал Резидент так, что услышали все стоящие рядом. — Уходи!

— Куда, почему? — ничего не понял Помощник.

— Немедленно, немедленно!..

“Волга”, свернув на целину, неслась к берегу. Стал даже слышен звук работающего мотора, хотя машина была далеко. И звук был какой-то странный, какой-то непривычный. Он нарастал, приближался, но почему-то шел не от машины, шел откуда-то сбоку.

И вдруг из-за небольшого перекрывавшего горизонт пригорка, на предельно малой высоте, на удивленно застывших людей, оглушив их и придавив к земле ветровым потоком, падающим с несущего винта, выскочил вертолет.

Он замер, не долетев нескольких десятков метров, осадив ход, как выскочившая на волка гончая.

Все удивленно уставились в небо — и “рыбинспекторы” и “рыбаки” Откуда он здесь взялся?..

— Может, это наши? — робко предположил кто-то из “рыбаков”.

Они сразу припомнили танки и самоходные реактивные установки, “взятые напрокат” в местных воинских частях, для подстраховки “большими калибрами”. Так, может, и в этот раз?

— Ну точно! “Вертушка”-то армейская!

Расклад сил мгновенно изменился.

Вертолет завис в пятнадцати метрах над землей, и все увидели направленные в их сторону сопла реактивных установок и увидели, как с борта свалилась бухта раскатавшегося до самой земли троса. Показались зависшие над пятнадцатиметровой пропастью ноги, и первая, хорошо различимая фигура с автоматом наперевес заскользила вниз.

За ней вторая, третья, четвертая…

— Сдавай оружие, ребята! — радостно приказали “рыбаки”.

— Ну все — суши весла, — подвел черту кто-то из телохранителей и швырнул в траву автомат. — Аллее капут!

Бонды, десантировавшиеся с вертолета, мгновенно раскатились в стороны, выстроились в цепь и пошли в сторону машин и замерших в растерянности телохранителей. Пошли в полный рост, не пригибаясь, не залегая. Пошли, как в психическую атаку.

Они не боялись встречных выстрелов, потому что за их спинами маячил вертолет.

И выстрелов не было, не могло быть…

Осмелевшие “рыбаки” сделали шаг вперед и потянули руки к чужому оружию.

“Ну вот и все… — подумал Помощник Резидента. — Осталось достойно умереть, потому все равно придется умереть. В бою с этими — теперь или тихо от рук своих — потом”.

Лучше теперь…

Помощник незаметно, большим пальцем, толкнул вниз предохранитель. И сделал шаг в сторону. Под прикрытие одного из “рыбаков”.

“Обойму-две расстрелять успею, а там…”

Но выстрелить он не успел. И в первое мгновение ничего понять не успел. На берег на огромной скорости, может быть, сто, может быть, больше километров, выскочила машина. Выскочила директорская “Волга”.

Подпрыгивая, срубая днищем кочки, рискуя в любое следующее мгновенье перевернуться, машина врезалась в шеренгу наступавших бойцов. Крайний, как стоящая на столе доминошка, был страшным ударом отброшен вперед, на соседа, и уже вдвоем они отлетели метров на десять в сторону. Третий боец тоже не успел среагировать, угодив под удар капота.

Машину от трех, практически слившихся в один, ударов повело влево. Но водитель каким-то непостижимым образом выровнял ее.

Четвертый боец попытался отпрыгнуть в сторону, но не успел, бампер подломил ему ноги, он обрушился на капот, перелетел через салон и рухнул на землю. Он остался жив, но был весь переломан.