Чтение онлайн

Вот почему задумка Нэнси всем понравилась, и даже мистер Чаттерджи, как всегда от волнения путая слова, воскликнул:

– Вот здорово! Бездомная нора!

И Нэнси принялась за работу. Дыру она решила выкопать на Восточной поляне прямо рядом с замком. Она по-деловому затушила сигарету, посадила курицу на капот гусеничного трактора, нанятого по ее просьбе мистером Лидбеттером, и завела мотор. Тяжелые вращающиеся зубья начали вгрызаться в почву.

День выдался теплым и солнечным. Ведьмы устроились в маленьком летнем домике, откуда они могли наблюдать за всем происходящим, оставаясь незамеченными. Даже мадам Олимпия и муравьед почтили всех своим присутствием. А на высоком помосте – с него было удобнее следить за работой, – за судейским столом, Арриман силился не вспоминать об ужасной ночи, проведенной в одной кровати с маленьким Кракеном. Еще его очень беспокоил Колдовской Дозорный, который постоянно слал открытки – то из Брайтона, то из Саутенда-он-Си; зверь храбрился и все же заметно скучал по дому. Арриман решил дать ведьме номер три шанс.

Нэнси, похоже, знала свое дело. Правда, курица ей только мешала. Всю жизнь куры близнецов были никудышными компаньонами: ни тебе трехкратного крика, ни грозного похлопывания крыльями, ни задиристо вздернутых гребешков. Да и походили они скорее на побитых молью старушек, нежели на гордых птиц из волшебных легенд или бойцовых петухов.

И все же дело спорилось. Работа на вокзале научила близнецов Шаутер обращаться со всякими механизмами. Спустя примерно час Нэнси отвела трактор в сторону и приступила к настоящему волшебству.

Пока дыра представляла собой обычную яму. Вокруг нее были навалены кучи глины и песка, из которых торчали ржавые трубы, обломок жестяной ванны и даже большая кость, припрятанная на черный день Колдовским Дозорным. Яма была замечательной, глубокой – в такие любят заглядывать мальчишки, рискуя опоздать в школу; до ее дна было далеко, и тем не менее оно существовало.

Наступил черед магии. Волшебной палочкой Нэнси очертила вокруг ямы круг и глубоко в земле нацарапала ведьмовской магический знак. Пять раз она обходила яму против часовой стрелки и пять раз – в обратном направлении, держась внешней стороны круга. Затем положила палочку, схватила курицу и, подняв ее над головой, обернулась к северу.

– Духи земли, заклинаю вас выгрести дно этой дыры! – нараспев произнесла она. Затем, не отпуская курицу, повернулась к западу и прокричала: – Духи огня, заклинаю вас выжечь дно этой дыры!

Нэнси повернулась к востоку, заклиная духов воздуха выдуть дно этой дыры. Но тут курица решила, что с нее довольно. С громким кудахтаньем она вырвалась из рук хозяйки, и Нэнси уже без курицы обернулась к югу и приказала духам воды утопить дно этой дыры.

Она прочла «Отче наш» задом наперед, и колдовство закончилось.

Нелегко дождаться, пока магия подействует. Ждать вообще непросто, а уж ведьмы в особенности нетерпеливы. И Нэнси уже начала раздраженно притоптывать, когда раздался жуткий вопль.

Такого вопля никто дотоле не слышал. Словно кто-то терзал раскаленными щипцами и рвал на мелкие кусочки миллион великанов. Вопль становился все громче, у зрителей заложило уши, и голова раскалывалась от нестерпимой боли.

По-другому и быть не могло. Ведь дыра теряла единственное, что у нее имелось, – собственное дно.

Наконец шум стих, и боль в ушах прошла. Судьи подошли к Нэ^си. Держась подальше от края дыры, чтобы избежать зловещего притяжения, они принялись осматривать ее и обсуждать увиденное.

Дыра судьям понравилась. Арриман удовлетворенно кивал, мистер Чаттерджи в ярком тюрбане скользил за стеклом вверх и вниз, и даже на бледном, невыразительном лице старого упыря появилось некое подобие улыбки.

Бездонная дыра мало на что годится, зато она не может оказаться чьей-нибудь тетушкой, как вышло с русалками, или кого-нибудь осчастливить, как это произошло с замурованным в стволе дуба мистером Бикнеллом. Поэтому, когда судьи вернулись в кресла, было ясно, что оценка Нэнси будет куда выше, чем у Этель Фидбэг и Мейбл Рэк.

Но, прежде чем они успели объявить решение, в летнем домике поднялась возня, и раздался крик Белладонны:

– Не надо, остановись, пожалуйста!

И Нора Шаутер, стряхнув с себя остальных ведьм, пулей вылетела на Восточную поляну, угрожающе размахивая курицей.

– Обманщица! – набросилась она на сестру. – Лгунья, подлая обманщица! Это моя курица! Ты колдовала с моей курицей! Твоя дыра не считается!

– Уймись, это моя курица!

– А вот и не твоя!

– Моя!

Ярость и ненависть сестер Шаутер перешли всякие пределы.

– Все равно, – вопила Нора, – никакая твоя дыра не бездонная! Обычная яма!

– Нет, бездонная!

– Не бездонная!

– Бездонная!

Арриман поднялся с кресла, гневно нахмурив дьявольски изогнутые брови, и Белладонна, наблюдавшая за ним из окна летнего домика, в страхе закрыла лицо руками. Но ничто не могло остановить сестер. Они побросали кур и обменялись угрожающими взглядами, словно готовы были вцепиться друг другу в глотку.

– Еще одно слово про мою дыру – и тебе конец, облезлая кошка! – крикнула Нэнси, позабыв про турнир, позабыв обо всем на свете.

– Не бездонная! Не бездонная! Не бездонная! – верещала Нора, снедаемая завистью и злобой.

Дальше события развивались с ужасающей быстротой.

Нэнси шагнула вперед и толкнула сестру так, что та полетела вверх тормашками. Не дав ей подняться, Нэнси толкнула еще раз, и Нора снова упала, на этот раз в очерченный круг.

Но и тогда было еще не поздно. Однако Нэнси стояла не шелохнувшись, с лицом, искаженным злой и торжествующей гримасой. Нора приподнялась, покачнулась и по собственной воле шагнула к краю черной бездны…

Там, на краю, она все же сумела на миг остановиться и сделала отчаянную попытку вернуться назад. Чересчур поздно! Раздался ужасный, чавкающий рев, Нора вскинула руки вверх…

Дыра поглотила ее. Ведьма исчезла.

В тот вечер в лагере висела гробовая тишина. Арриман, бледный как смерть, отстранил ведьму номер три от участия в турнире и приказал очистить Восточную поляну. Нэнси, похоже, и не слышала его слов. Она замерла, устремив невидящий взор к дыре, куда провалилась ее сестра, и Белладонне пришлось силой увести ее и уложить в той самой палатке, которую она еще недавно делила с Норой.