Мимо кассы
Шрифт:
«Стоп!»
Ларису внезапно осенило, словно пелена с глаз упала. Ведь банку подобрали не где-нибудь, а на балконе. А туда ее вполне могли забросить с какого-нибудь соседнего балкона или из окна. Вот только зачем?
Лариса стала лихорадочно соображать, а кто вообще мог это сделать чисто физически. И пришла к выводу, что на подозрении могут находиться только квартиры седьмого, восьмого и девятого этажей в двух подъездах. Хотя нет, пожалуй, только в одном… Потому что с балконов соседних подъездов расстояние слишком большое — надо обладать баскетбольными навыками, чтобы точно забросить банку на балкон к Татьяне. В первом, только в первом… То есть это ближайшие соседи ее сестры.
«Это где-то порядка десятка квартир», — подытожила свои размышления Лариса. Какое обширное поле деятельности открывалось для ее кипучей, неутомимой натуры!
«Но зачем они это сделали?» — возник следующий вопрос. И Лариса вспомнила, с чего все началось. А началось все с ограбления квартиры Зотовых. Вполне возможно, что по каким-то ей сейчас неизвестным причинам кто-то закинул банку на балкон Татьяны, а потом попытался ее изъять и залез к ней в квартиру.
Но опять не сходится! Ведь банка осталась там, где была. Монеты были найдены не злоумышленниками, а самой Татьяной. Может быть, воры не знали, где именно искать?
И тут Лариса вспомнила.
«Ах, ну да! Ведь Татьяна же забрала с собой эту банку на работу, и именно в этот день ее и обокрали! Поэтому банку и не нашли. Все правильно!»
И она, весьма довольная своими дедуктивными способностями, стремительно вышла из своей комнаты, проследовала мимо скептически на нее глянувшего Котова и спустилась в гараж. Спустя несколько минут она уже сидела за рулем «Вольво».
И вот снова знакомый дом по улице Посадского. Лариса поднялась на седьмой этаж, вышла из лифта и позвонила.
Встретившая ее Татьяна пребывала в приподнятом настроении. Похоже, она испытывала несказанную радость от общения с сестрой. Так радуются старым подругам, которые по некоторым причинам надолго пропадают из поля зрения, а потом объявляются вновь, много лет спустя.
— Ну, как вы тут без меня? Что нового? — задала дежурные вопросы Лариса.
— Ничего, все по-прежнему, — ответила Татьяна. — А как твои поиски? Что-нибудь удалось разузнать о тех, кто обокрал Клавдию Алексеевну?
— Истина где-то рядом, — сказала Лариса.
Ее удивил тот факт, что сестра в первую очередь заинтересовалась результатами расследования, которое постоянно занимало Ларису последнее время и не давало покоя ее пытливому уму.
— Ты вот лучше скажи мне, Таня, — спросила со вздохом Лариса, усаживаясь в старое кресло, — тебе не знакомо ли такое имя — Алексей Юрьев?
— Алексей? — переспросила сестра и задумалась. — Это тот самый, что приходил к Клавдии Алексеевне?
Вопрос был чисто риторический, ибо она сразу догадалась, о ком идет речь.
— Да, он самый, голубчик, — подтвердила Лариса.
— Нет, не припомню, а что?
— Да дело все в том, — торжествуя, но в то же время сдержанно сказала Лариса, — что, возможно, этот самый Алексей крутится где-нибудь у тебя под боком. Живет себе припеваючи, как говорится, и в ус не дует. Обтяпывает свои черные дела.
— Неужели это он ее обокрал? — потрясенно спросила Татьяна.
— Девяносто девять против одного, — заявила Лариса. — Я про него тут такое нарыла! В общем, темная личность с преступными наклонностями. Судя по всему, хитер, осторожен, изобретателен. Палец в рот не клади и сама варежку не разевай.
— Похоже, что у тебя появился достойный противник, — понимающе кивнула старшая сестра.
— Ну, скорее всего, это не противник, а объект поиска, — возразила Лариса. — Во всяком случае, пока…
— А что ты имеешь в виду — крутится под боком? — насторожилась Татьяна.
— Ну, вполне возможно, что он был у тебя дома…
— Ты что?! — возмутилась сестра. — Откуда? Хотя…
Она немного подумала и неуверенно произнесла:
— Разве что только Валька приводила… А так у меня в доме незнакомых людей не бывает.
— К тому же ему заходить в квартиру было необязательно.
— То есть как? — не поняла Татьяна.
— А вот так. Ты вспомни: где ты подобрала эти монеты со всей их упаковкой?
— На балконе, — обескураженно ответила сестра.
— Вот… А как они могли туда попасть? Да очень просто — например, из соседней квартиры. Бросил кто-нибудь эту банку с балкона на балкон.
— Но зачем? — Татьяна совсем была сбита с толку. — Постой, постой…
В следующую секунду на ее лице отразился такой мощный мыслительный процесс, что Мария Кюри и Софья Ковалевская рядом с этой учительницей русского языка тарасовской средней школы могли бы отдыхать.
— Только вот кто мог это проделать? — выдала она наконец результат своих титанических усилий.
— Давай-ка подумаем вместе. Это мог быть кто-то из самых ближайших соседей.
— Но не пойду же я сейчас по всем соседям опрашивать, кто из них знает Алексея Юрьева? — вдруг взвилась сестра. — Сама по себе, кстати, идея неплохая, — остудила ее пыл Лариса. — Только она требует некоторой технической доработки и художественного оформления. Давай не будем заниматься всеми соседями сразу, а начнем по порядку. Итак, самые ближайшие… Вот кто, например, живет за этой стенкой?
Лариса указала на стену, непосредственно примыкавшую к балкону, на котором была найдена банка с кофе.
И тут, словно в ответ на ее вопрос, за ней раздался стук не стук, грохот не грохот, но довольно громкий шум. Впечатление было такое, будто что-то упало, издав короткую приглушенную дробь.
— Не обращай внимания, — махнула рукой Татьяна. — Молодежь, наверное, гуляет.
В этот момент в общем тамбуре щелкнул замок, и по коридору кто-то прошагал уверенной тяжелой походкой. А затем послышались обрывки разговора. Казалось, что кто-то чего-то требовал, уверенный в своей правоте.