Чтение онлайн

Пока занимались хореографией, Люда внезапно подумала, что Железов-то прав: с платьем для показательного номера срочно нужно было что-то решать. Для этого придётся сегодня после тренировки опять поехать в ателье «Милана»…

… После хореографического занятия был перерыв на обед, и Людмила со Смелой пошли в привычное кафе «Космос». Эх, как фигово, когда тебе сказали сбросить целых 2 килограмма, а жрать хочется так, что желудок скрутило! И что делать?

— Снимать штаны и бегать! — насмешливо заявила Смелая и быстро убрала свои ноги, по которым хотела пнуть Людмила прямо под столиком. — Тише, тише, что ты так трясёшься? Где, кстати, официант? Молодой человек, можно вас?

Сашка позвала официанта и заказала себе шницель и картошку с зелёным горошком. Людмила, глядя на неё, сделала то же самое, добавив к заказу маринованные огурцы и компот из смородины.

— Ты считаешь, этого хватит, чтобы похудеть? — наивно поинтересовалась она.

— Хватит не хватит, это дело десятое, — здраво заметила Смелая. — Нам сейчас прыжки прыгать надо будет. Как бы ноги не протянуть с такой жратвы… Даже во влог о гурманюшках снимать ничего не хочется. Чем тут гордиться-то???

Гордиться было нечем: обычная еда… И похоже, питаться подобной придётся очень долго…

…В раздевалке, когда готовились к ледовой тренировке, Людмила застала Смелую врасплох и отобрала растяжку, вырвав её из открытой двери Сашкиного шкафа.

— А ты можешь поймать на противоходе! — рассмеялась Смелая. — Я бы тебе и сама отдала, если бы ты хорошо попросила.

Люда внимательно рассмотрела растяжку: сделана она была основательно и на совесть. Это был кусок плотной ткани, похожей на атлас синего цвета, шириной примерно полметра и длиной два метра. В центре находилась надпись алого цвета «Красная машина, вперёд!». А по обе стороны от неё — очень искусно сделанные изображения Арины Стольниковой, одетой в старое красное прошлогоднее платье, исполняющей бильман. Изображения обработаны в какой-то программе и смотрелись так, словно Арину видно через тёмный туман. В целом растяжка была очень красивая, и даже непонятно, зачем фанаты оставили её на ограде спортивного комплекса: такие вещи же стоят громадных денег. Правда, сейчас растяжка оказалась частично помятой, и выведенной из презентабельного вида вознёй, которую устроили Смелая с юниорками. Но тут уже ничего не поделать…

— Возьму домой! — заявила Людмила. — Кстати, ты не видела, где здесь растяжки и фанаты Александры Смеловой?

Несомненно, это был удар ниже пояса… Конечно, Сашка была умная девчонка и понимала, что популярность и слава зарабатываются не сразу, но всё-таки, очевидно, ей было обидно, что она только что выиграла знаменитые соревнования в Германии, выдав два отличных проката с элементами ультра-си, но фанатское сообщество оставило этот факт практически без внимания, и даже на спортивных сайтах и в новостях о ней писали лишь вскользь. Что да, ученица Бронгауза Александра Смелова, вчерашняя юниорка, выиграла турнир Небельхорн Трофи, на котором третье место заняла олимпийская чемпионка Арина Стольникова, которая сумела собраться, превозмочь себя, преодолеть трудности, и прочее бла-бла-бла на половину страницы. Таким образом, победа Сашки абсолютно нивелировалась. И естественно, ей было очень обидно. Но на что она рассчитывала? Что преподнесёт сенсацию? Будут писать только о ней? Однако этого не получилось. Даже группа Смеловой В Контакте за время турнира увеличилась всего на 50 человек, зато к Стольниковой прибавилось ещё пару тысяч.

— Мне не нужны фанаты! Я обойдусь без фанатов, от них один геморрой, — Смелова тускло взглянула на Люду, явно недовольная её словами.

И тут вдруг Людмиле неожиданно стало Сашку очень жалко. Да и как не жалко, ведь они,в сущности, нормальные очень хорошие девчонки, с нормальным, правильным отношением к жизни и чётким понятием о распределении добра и зла в этом мире. Люда сказала о фанатах не подумав, чтобы слегка окоротить Смелую, но не подумала, что для неё вопрос её непопулярности будет таким острым.

— Извини, пожалуйста, я не права! — Людмила подошла к Смелой, обняла её за плечи и прижала к себе, уткнувшись в макушку носом. — Это бестактно с моей стороны. Вышло нечаянно.

Смелая обняла Людмилу и попробовала её перебороть, но, естественно, ничего не получилось: Сашка была ниже на 5 сантиметров и легче на 3 килограмма, да и силы у неё было чуть поменьше.

— Ты знаешь, что за нечаянно бьют отчаянно? — улыбнулась она, взглянув на Люду снизу вверх. — Пошли на лёд. Там посмотрим, чьи фанаты круче.

— Сублимация воинственных настроений спортсменов в спортивные состязания! — улыбнулась в ответ Люда. — Я помню твои слова.

— Да, Mortal Kombat, смертельная битва на льду, — рассмеялась Сашка.

Конечно шутки, но была в них и некая доля правды…

Сашке на отсутствие внимания обижаться, пожалуй, не стоило: пока спортсменки отсутствовали на турнире в Германии, в «Хрустальной звезде» произошли некоторые изменения. На галерее и на балконе появились новые плакаты. О Далиевой и Зенитовой уже и не вспоминали: убрали их изображения полностью. Теперь всю главную галерею занимали лишь большие и очень красивые плакаты Арины Стольниковой и Александры Смеловой, количеством 50/50. Причём видно, что сделаны совсем недавно, похоже, на контрольных прокатах сборной России в «Мегаспорте», так как платья на фигуристках уже были новые.

Только сейчас Люда поняла, что значит труд настоящего спортивного фотографа — все фотографии изображали фигуристок в очень красивых и выверенных позициях с очень яркими, харизматичными выражениями лица. Это надо же в нужное время затвором щёлкнуть.

— Красиво, — заметила Людмила, разглядывая новые плакаты.

— Угу, — кивнула головой довольная Сашка. — Шаров, похоже, снимал.

— Кто такой Шаров? — поинтересовалась Люда.

— Есть такой профессиональный фотограф и большой любитель фигурного катания: Миша Шаров, — объяснила Смелая. — Не знаю, что за отношухи у него с федрой, но его регулярно приглашают поснимать разные старты, причём официальную аккредитацию дают хоть куда, в любой город.

Смелая опять упустила из виду, что настоящая Сотка уж наверняка должна была знать, кто такой Михаил Шаров.

— Ясно… — пробормотала Людмила, опять принявшись разглядывать плакаты.

В принципе, в появлении новых плакатов прослеживались вполне отчётливые намёки: в ледовой школе обозначились две основные примы. На старых фаворитках бесповоротно поставлен жирный и основательный крест.

— Что стоим, чего ждём? — крикнул Бронгауз, стоявший в левой части катка. — Надевайте коньки и ко мне. Сейчас обсудим план тренировки.

Люда, как будто сердцем почуявшая новую пакость от тренера, осторожно подкатила к нему.

— Арина, сейчас я тебе обозначу план тренировок до середины октября, то есть на три недели, — сказал Брон, внимательно осмотревший ученицу и словно проверивший, не располнела ли она ещё больше. — За этот срок нам нужно поставить тебе тройной аксель. Он у тебя уже спонтанно получался в этом сезоне, так что, думаю, ничего страшного не будет. Займётесь этим с Сергеем Николаевичем прямо сейчас, после разминки. Всё ясно?