Чтение онлайн

Но Габриэла не стала говорить. Когда же я ей все поведала, она просто села и разрыдалась, но так и не произнесла ни слова.

— Ну, всё, — решила Мойра. — Виктория, вы оставайтесь здесь с Габриэлой. Лара, ты идешь со мной.

Габриэла протестующее закачала головой, но нас с Мойрой было не удержать.

Кассандра де Сантьяго как раз усаживалась на свое место перед началом первого доклада, когда мы с Мойрой предложили ей выйти вместе с нами. Когда мы были вне пределов слышимости, я рассказала Кассандре о том, что видела.

— Не знаю, о чем вы говорите, — отрезала женщина.

— Я вас видела, — нажала я.

— Ну и когда же и где этот инцидент имел место быть? — прошипела она. Женщина была очень рассержена, но и я тоже.

— Я ей и сказала, что вчера около десяти вечера на задней лужайке террасы.

— Так уж получается, что вчера вечером я была в обществе Кент Кларк. Давайте, спросите ее. — Будто по заказу появилась продюсер собственной персоной. — Скажите этим чрезвычайно неприятным женщинам, где я была прошлым вечером, — попросила Кассандра.

— Со мной, конечно, — ответила Кларк. — У вас брали интервью для документального фильма. А что?

— Да меня тут обвиняют в запугивании одной из здешних официанток, — пояснила та. — Я этого так не оставлю! Сама прослежу, чтобы эту молодую особу уволили.

«Черт», — пронеслось у меня в голове.

— Но почему? — не поняла Кларк.

— Их спросите, — бросила Кассандра, быстро удаляясь. — Я понятия не имею.

— Дамы? — Кларк уставилась на нас поверх своих шикарных солнечных очков.

— Полагаю, здесь произошла какая-то ошибка, — произнесла Мойра.

Я не сказала ни слова. Я знала, что видела.

— Если вы явились сюда создавать проблемы, дамы, то советую вам просто уйти. Эта конференция только по приглашениям, а я не припоминаю что-то, чтобы видела ваши имена в списке Джаспера.

— А как люди получали приглашения на это мероприятие? — спросила я, но Кларк просто ушла.

— Ты ведь уверена, так? — повернулась ко мне Мойра, когда Кларк уже была вне пределов слышимости. — Нет, не отвечай. Что же я за подруга такая? Конечно же, ты уверена. А женщина эта лжет. И этот факт делает лгуньей и Кент Кларк тоже.

— Я вот тут подумала про свой список… «Я больше никогда не стану вмешиваться в чужие дела» будет неплохим пунктом, — сказала я. Мне было страшно возвращаться к Виктории Пакарати и сообщать ей то, что мы выяснили. Но мне не нужно было волноваться. Когда мы вернулись в холл, и Виктории и Габриэлы там уже не было. Официант передал нам записку, в которой сообщалось, что Габриэле стало нехорошо и Виктория повезла ее домой. Как сказал официант, она свяжется с нами позже.

— И что теперь? — поинтересовалась Мойра.

— Думаю, нам стоит убраться отсюда на некоторое время, — предложила я. — Возьмем на прокат какой-нибудь транспорт и поедем осматриваться. Вот так бросать вызов Кассандре было плохой идеей, и поэтому нам бы лучше исчезнуть на некоторый срок.

— Наверное, ты права, — согласилась Мойра. — Мне и думать противно о том, что эти ужасные тетки били Габриэлу. Я имею в виду, что это так пошло. Но мы сделали, что могли. Даже если она бессовестно соврала, это может дать ей время поразмыслить над тем, что ты видела ее, и, возможно, она больше так не поступит. Так что, да, поехали осматриваться. Мы ведь за этим сюда приехали.

Так мы и поступили: взяли на прокат автомобиль марки «Сузуки» и весь день катались по окрестностям. Я не стану утверждать, что здесь, на Рапа-Нуи, невозможно потеряться (это я вскоре выяснила на собственном опыте), но на острове не так много дорог. Единственная асфальтированная трасса огибает все побережье, прорезая внутреннюю часть острова только у Пойке. Мы исследовали одно аху за другим. Везде моаи были опрокинуты, большинство — лицами вниз. Мне казалось просто невероятным, что люди одолели такие огромные расстояния, чтобы высечь и переместить эти гигантские каменные изваяния, а потом взяли и повалили их. Хотя, даже будучи опрокинутыми, они все равно возвышались надо всем. Остров Рапа-Нуи принадлежал им.

— Печально, не так ли? — произнесла Мойра. — Рори сказал, что они еще долгое время продолжали хоронить в аху своих мертвых. Интересно, есть ли в этих платформах еще тела?

— Вероятнее всего, их оттуда давно уже убрали, — покачала я головой, и мы двинулись дальше.

Наш тур по острову закончился на пляже Анакена, где, по преданию, Хоту Мату'а впервые высадилась на берег и где Тур Хейердал разбил лагерь пятьдесят лет назад. Там тоже находился аху, Аху Нау-Нау, где расположились семь моаи, из которых четыре были с рыжими пучками волос на макушках. А на склоне холма стоял одинокий моаи, посвященный Хейердалу. Перед нами раскинулся великолепный песчаный пляж, вдоль которого росли пальмы разных размеров. Это были единственные пальмы, которые я видела на острове. Учитывая то, что по совету Мойры мы захватили с собой купальники, мы решили поплавать в волнах прибоя.

— Ты была права, Мойра, — довольно сказала я. — Именно для этого мы сюда приехали, а не за тем, чтобы наблюдать за психами на конференции.

— Точно, — улыбнулась она.

— Пункт для списка: я буду каждый год отдыхать в каком-нибудь замечательном месте, — выдала я. — Как насчет такой позитивной записи?

— Не похоже это на тебя, — удивилась Мойра. — Ну, наконец-то ты начинаешь проникаться обстановкой. Ты действительно понимаешь, что большинство людей ездят в отпуск каждый год?

— Кажется, ты и остальные мне что-то такое говорили раньше, — протянула я.

— Вот на этот раз запомни. Думаю, и на конференцию мы не вернемся раньше вечера, так что опять пообедаем в городе.

Так мы и сделали, но каким-то образом щупальца конгресса дотянулись до нас и здесь, на этот раз в лице Гордона Фэйеруэтера и его семьи. Мы сидели на веранде приятного ресторанчика, когда вошли Фэйеруэтер, Виктория и милая девчушка лет семи-восьми, которую они представили как свою дочь Эдит. С ними был молодой человек, которого Фэйеруэтер представил как своего помощника, звали его Кристиан Хотус, и мать Виктории, Изабелла. Семейство разместилось за соседним столиком.