Чтение онлайн

— И куда он делся потом?

— Пошел своей дорогой. А я отправился по следам колдуна. Надеюсь, с ним все в порядке и его странствия закончатся хорошо, — ответил Тигр с неожиданной теплотой.

За разговором он достал из угла свой дорожный мешок и, вывалив из него содержимое, принялся что-то мастерить, отобрав из кучи вещей длинный кусок кожи и вощеную нить. Внимательно следя за его руками, Лин пыталась догадаться, что это будет.

Маска, неожиданно поняла она, увидев, как он прорезает в коже отверстия. Изготовив две маски, Тигр сходил в кухню и, принеся небольшую плошку с маслом, принялся смешивать его с сажей, добытой из вытяжной трубы очага, которым обогревали комнату зимой. Уложив полученную пасту в маленькую деревянную коробочку, он снова взялся за кожу.

Вырезав длинный, расширяющийся посредине ремень, Тигр отложил его в сторону и достал из седельной сумы веревку. Из другой сумы он извлек небольшую стальную кошку и, привязав к ней веревку, несколько раз дернул, проверяя узел.

Лин удивилась, рассмотрев, чту за веревку он решил использовать. Канат был сплетен из тонких шелковых нитей. Растерянно помяв его в руках, девушка недоверчиво произнесла:

— Эта паутинка и меня-то вряд ли выдержит. А ты собираешься использовать ее для себя.

— Этот канат сделан из шелка. Каждая его нить целиковая от начала и до конца. Но это не главное. Всю веревку после скручивания месяц вымачивали в ядовитом соке дерева анчар. Ее можно тянуть и крутить как угодно. А выдержать она может троих, таких как я, одновременно. Удобная штука. Легкая, прочная и мягкая. Не рвется и перетереть сложно. А перерубить еще сложнее.

— Почему? — задала свой любимый вопрос Лин.

— Потому что она очень мягкая. От удара просто сплющится и снова выровняется. И пружинит сильно, — терпеливо пояснил Тигр.

— Ты ею хоть раз пользовался? — недоверчиво спросила Лин.

— Много раз, — усмехнулся в ответ Тигр.

С сомнением, покачав головой, девушка отложила веревку в сторону и в очередной раз заглянула другу через плечо. За разговором он продолжал заниматься подготовкой. Разложив на столе жестянку с маслом и несколько точильных брусков, Тигр достал из ножен все свое оружие и принялся править режущую кромку, доводя ее до бритвенной остроты.

Как завороженная, Лин удивленно рассматривала количество оружия, которое он носил на себе. Тут можно было увидеть все. От мечей и до небольших метательных звездочек, которые он прятал в пряжке боевого пояса. Этот пояс и сам по себе был оружием. Его пряжка и нашитые на толстую кожу стальные пластины тоже были заточены, а сами пластины были связаны между собой тонкой стальной же цепью.

Навострив лезвие, воин проверял каждый клинок на собственном ногте. Постепенно все оружие вернулось на свои места. Причем удивленная Лин неожиданно поняла, что до сих пор не знала, что оно там вообще есть. Так, например, тонкий, обоюдоострый нож был спрятан в поясе кожаных штанов, за спиной. А его двойник находился в специальном кармашке, пришитом к безрукавке с внутренней стороны, между лопаток.

Покрутив головой, Лин удивленно спросила:

— Ты всегда на себе столько железа таскаешь?

— Приходится, — пожал плечами Тигр. — Иногда меня спасало только его количество.

— Судя по тому, что я видела, тебе вполне достаточно только мечей и кинжалов, — пожала плечами Лин.

— Не всегда, — покачал головой Тигр. — В пустыне, когда на меня напала банда, я спасся только тем, что успел положить всех лучников. Пришлось стоять спокойно до последнего момента, а потом отправить в полет все, что было. Остальным некуда было деваться. Пришлось идти врукопашную. Клинок на клинок. Уж очень им хотелось взять меня живьем.

— Ты говорил, что можешь отбить стрелы мечами, как это было, когда ты сражался с племенем. Так почему ты не стал этого делать в этот раз? — удивленно спросила Лин.

— Северяне, плохие стрелки, — улыбнулся Тигр. — Они предпочитают ближний бой, чтобы всем соплеменникам показать свою силу и бесстрашие. И тетива лука на морозе долго не держится. Вообще, все северные кланы стараются использовать луки только во время плавания. Стреляют горящей стрелой прямо по курсу корабля, если опускается туман. Так они определяют, нет ли впереди скал. А в бою предпочитают мечи, топоры, боевые молоты. Даже щитами не всегда пользуются.

— Я всегда считала, что северяне все поголовно чокнутые. Знать, что есть оружие, которое может помочь победить, и пренебрегать им только для того, чтобы показать всем свою силу, — возмущенно пожала плечами Лин. — И вообще, мужики все сумасшедшие.

— Кому бы говорить, — ехидно отозвался воин. — Таких сумасшедших, как одна моя рыжая знакомая, еще поискать.

— Сам дурак, — обиженно отозвалась Лин, скорчив рожицу и показав ему язык.

Громко, от души расхохотавшись, Тигр подхватил девушку на руки и легко закружил по комнате. Обхватив его за шею, Лин взвизгнула от неожиданности, но тут же обвив его поясницу ногами, прижалась к другу всем телом.

— Бугай бешеный, напугал, — пожаловалась она, при этом не делая даже попытки освободиться из его объятий.

— Впервые слышу, чтобы тебя можно было чем-то напугать, — улыбнулся в ответ Тигр.

— А меня только ты напугать и можешь, — ответила ему Лин без улыбки.

— Ты боишься меня? — растерялся воин.

— Не тебя, глупый, — покачала головой девушка. — Твоей силы. А еще я очень боюсь тебя потерять, — тихо добавила она.

— Давай не будем загадывать наперед, — тяжело вздохнул Тигр.

— Скажи, — неожиданно спросила Лин, — эта месть так важна для тебя? Неужели ты не можешь отказаться? Ведь ты уже уничтожил целое племя. Давай уедем. Бросим все и уйдем из этого мира. Только ты и я.

— Это невозможно, — покачал головой Тигр, разом помрачнев. — Этот колдун важен не тем, что жив. А тем, что до сих пор не дает покоя моим предкам, своими заклинаниями заставляя их служить себе. Только уничтожив его, я смогу освободить духи своих предков от заклятий. Только тогда они обретут покой.