Менты не ангелы но...
Шрифт:
— Меня засняли в номере? Как я с тобой кувыркаюсь? — подчиняясь интуиции, спросил Виктор.
Марина покраснела еще больше и кивнула.
— Извини. Я не могла ничего сделать. Это очень опасные люди. Очень…
— А Воск знал?
— Знал! — она криво усмехнулась. — Он это и организовал, гнида! Сколько судеб поломал…
— А ты как к ним попала? — он знал, что ответ будет неприятным, и все же хотел его услышать. Душа требовала боли, как у мазохиста.
Марина вздохнула.
— Да как обычно… Родители бухали, я жила сама по себе, так и пошло: подруги-друзья, пьянка-гулянка, трахалово с кем попало… То меня в карты проиграли, то важному гостю подставили, так и пошло-поехало… А потом пошла конкретика: затащить нужного мужика в постель, иногда там разговорить, под видеокамеру…
Они пили не закусывая.
— Суки! — опьяневший Виктор ударил кулаком по столу. — Я вытащу тебя оттуда!
— Это невозможно…
— Все возможно. Знаешь, что говорил Наполеон? Главное — ввязаться в драку, а там будет видно.
— При чем здесь Наполеон? Ты ведь не Наполеон, а Шабанов. И у тебя нет армии!
— Нет, есть. Не забывай, я сотрудник милиции.
— Это ничего не значит! Воск тоже сотрудник, а он у них иногда в ногах валяется!
— А на чем они его поймали?
Марина пожала плечами.
— На жадности, на бабах, на наркоте…
— Да ты что?! Он и дурь садит?!
Она кивнула.
— У нас раньше казино работало, он и проигрался. А я с ним познакомилась у стойки бара, успокаивала, утешала, наливала виски, коньяк… Зашли в номер, я ему вроде заняла деньги, потом переспали… И все это засняли на пленку!
— Не может быть, — удивленно сказал он. — Значит, ты и с Воском?!
— В этой жизни все может быть. Я конченая тварь.
— И сколько у тебя было таких… заданий?
— Много. Очень много. И скажу тебе, что ничуть в этом не раскаиваюсь, а наоборот — получаю удовольствие.
— От чего?! От того, что человека сбила с пути?!
— Они сами сбиваются. А я рада, что своими руками посадила очередную гниду на крючок. Вот этот твой Воск… Прикинутый, холеный, крутой… На самом деле это все рисовки… Ты знаешь о том, что он каждый день кокаин нюхает? Говорит, что это не вредно… Только скоро ему конец!
— Почему?
— Кто много знает, становится обузой. Сейчас ведь все голодные, и все без принципов. Так что прикормить мента не проблема. Тебя ведь тоже загнали в стойло. А в начале говорили, что ты честный дурак.
Шабанов оскорбленно выпятил челюсть.
— Меня не твои бандюки загнали в стойло. А наши. Это совсем другое дело!
— Да какая между ними разница! — Марина взмахнула рукой и выпила очередную рюмку. — Они ведь все заодно. И не могут обойтись друг без друга…
— Вот так ты работаешь! — раздался сзади знакомый, дрожащий от ярости голос. Шабанов обернулся и увидел разъяренную Светлану.
— Как ты меня нашла? — только и смог спросить он.
— Дежурный подсказал, где ты обедаешь! Только не предупредил, что ты с этой блядью!
Она бросилась на Марину и вцепилась ей в волосы. Та молча отбивалась. Тарелки и рюмки со звоном полетели на пол. Из подсобки выскочили официантки и с любопытством наблюдали.
— Успокойся, успокойся! — Виктор стал оттаскивать жену.
Но та отмахнулась и ногтями расцарапала ему щеку.
— Ты что сделала, дура?! Как я на работу пойду!
Он с силой толкнул Светлану, та упала на пол и увлекла за собой Марину. Официантки, прикрывая лица, смеялись.
Петрицкий сказал правду. Через неделю Шабанова назначили начальником следственного отделения. Когда огласили приказ, Баринов поздравил его и пожелал успехов в работе. Потом приходили с поздравлениями сотрудники — и не только подчиненные: предусмотрительный Бровин подарил кожаную куртку, Морковин и Видин пожали руку, Ефимов принес бутылку виски.
А к концу дня пришел с поздравлениями тот, кого Шабанов никак не ожидал. Он как раз обдумывал — как организовать достойный банкет. Надо было пригласить много народу — руководителей РОВД, прокурорских и судейских, средний уровень районной администрации. Он никогда не устраивал таких больших и ответственных застолий и, честно говоря, не знал, как это организовать. Его прошлое назначение помог отметить Петрицкий. Но сейчас и людей больше, и уровень другой! Просто голова шла кругом.
И тут в дверь постучали.
— Разрешите? — на пороге стоял Ларионов. Он держался, как хороший знакомый: лучезарно улыбался и держал в одной руке букет гвоздик, а в другой — черный кейс.
— Позвольте поздравить с назначением, Виктор Сергеевич! Это вам! — он вручил цветы. — Мы уважаем вас как честного и порядочного человека! Скажите, когда вы планируете отметить это событие? Я накрою стол в «Замке». Вам даже не надо вникать в детали: я согласую с вами меню и все оплачу.
— Правда? — не сдержался Шабанов. У него будто гора с плеч свалилась.
— Конечно! Я ведь ваш должник! Мы должны подружиться… Я дружу со многими в Тиходонске, и все мною довольны… Вот, посмотрите, что я вам принес…
Он открыл кейс, вынул бутылку французского шампанского, коробку с дорогим коньяком и прямоугольную кожаную коробочку, похожую на дорожный несессер.
Трудно было поверить, что этот приятный, вежливый и обходительный человек руководил разбойными нападениями. Да в это и не хотелось верить! Тем более что официально ничего этого не происходило… А если даже и происходило, то участие Ларионова в подобных мерзостях совершенно не доказано.