Чтение онлайн

— Отправиться к ним и найти себе пару?

— Может быть. Если нам помогут квадратноухие.

— А помогут ли они?

— Я не знаю. Но только подумай об этом. Мы могли бы стать целой колонией. А может быть, целым миром.

— Это кажется мне глупым. Почему там должно быть больше, чем двое? Двоих достаточно, чтобы образовать пару. Я бы мог об этом позаботиться, пока ты спишь.

— Нет, пусть лучше будет несколько. Потому что так принято везде. Общество. Товарищество. Общение.

— Одна такая, как ты, может заговорить меня до смерти.

— Гррау, — согласился Грампус. Но Мервания не чувствовала себя обескураженной. Она хотела получить эти драконьи ягоды и неважно, какой ценой!

Сквиртмак озадаченно уставился в лицо круглоухого. Он думал, что тот мертв, но теперь круглоухий проснулся и смотрел на него. Может быть, это что-то, похожее на глубокую спячку в грязи? Он не был в этом уверен и теперь, когда его удивление исчезло, больше об этом не думал. Но этот круглоухий тянулся, чтобы достать что-то у себя под мышкой. Оружие? Он быстро ухватился за бледное шишковатое запястье этого безобразного существа. Круглоухий стал сопротивляться и ударил его другой рукой. Перчатка, которая была надета на эту руку, соскользнула и упала в грязь, пока существо было без сознания.

Сквиртмак твердо и решительно придавил своей тонкой перепончатой лапой отвратительное лицо круглоухого и, удерживая его, стал искать, что находится под этой уродливой, отвратительно пахнущей рукой. Он нашел там мешок, перевязанный бечевкой, раскрыл его, отошел в сторону и заглянул внутрь.

Круглоухий закричал:

— Отец! Нет! Нет! Отец, он нашел…

— Замолчи! — сказал другой круглоухий. — Этим ты делу не поможешь.

Существо, сидящее на древесном суку, угомонилось. Но его глаза стали круглыми и большими, пока он смотрел, как Сквиртмак нюхал сушеные ягоды, поддевая их на кончик пальца, и наконец проглотил одну из них.

— Это убьет тебя! — закричал круглоухий. — Это яд! Для всех, кроме круглоухих. Это магия! Большая магия!

Сквиртмак выплюнул надкушенную ягоду. Язык жгло, и он высунул его наружу и потер раздвоенный кончик обильно покрытой холодной слизью рукой. Он не был слишком взыскателен ко вкусам, но этот был просто невозможным. Его стошнило, и он все выплюнул. Затем, к своему большому разочарованию, он отрыгнул и очень хорошую пиявку. Вдохнув несколько раз свежий болотный воздух, он снова быстро схватил пиявку и проглотил ее. Хорошую пищу нельзя упускать!

Круглоухого по непонятной причине тошнило. Сквиртмак посмотрел, что плавает после этого в воде, но не увидел ничего стоящего. Возможно, у круглоухого, как и у других ушастых рас, был особый вкус; может быть, они даже ели пищу, которая вовсе не была живой. Неудивительно, что потом им становится плохо! Круглоухий перестал корчиться и вытер рот. Любой уважающий себя лягушкоухий вылизал бы свое лицо, а не использовал бы ладонь.

— Отец, — сказал круглоухий. — Думаю, они поймали нас. Опять поймали.

— Лучше скажи мне что-нибудь, чего я уже не знаю, сынок.

Сквиртмак не обращал на них внимания. Он ломал голову, пытаясь решить, что можно сделать с высушенными ягодами. Он не будет их есть и не даст пробовать другим лягушкоухим, даже если это будет кто-нибудь из тех, кто ему не нравится. Возможно, они были волшебными, как и говорил круглоухий; в этом случае к ним проявят интерес квадратноухие. Он решил положить ягоды к остальной своей добыче и не прятать их нигде, кроме большого полого дерева, где и хранились обычно подобные запретные объекты. Да, так он и сделает, и, может быть, бог квадратноухих потом вознаградит его в этой или какой-нибудь другой жизни.

Прочистив горло, он оглянулся на членов своего отряда, которые деловито рассматривали предметы, отнятые у круглоухих. У одного из них, того, что приходился братом одной из жен Сквиртмака, был пояс и меч, принадлежавший более высокому круглоухому. Другой лягушкоухий сложил вместе две перчатки и теперь их обнюхивал. Остальным достались меч молодого круглоухого и несколько ножей.

— Пойдем! — сказал он, делая знак. Под его внимательным взором некоторые предметы были положены в дупло дерева для хранения, а остальные оставлены в качестве приношения божеству.

Этой ночью, пока лягушкоухие, отправившиеся за продовольствием, пировали и бултыхались в болоте, Сквиртмак попытался накормить пленников и поговорить с ними. Но обе попытки не удались. По какой-то непонятной причине круглоухие крепко стиснули челюсти при виде свежей копошащейся пищи. Когда им были заданы все разумные вопросы, то они глупо ответили, что обладают большой магией и имеют могущественных друзей.

Еще задолго до рассвета Сквиртмак подумывал, не похоронить ли их глубоко в болоте и не забыть ли о том, что они вообще существовали. Увы, надо было служить и поклоняться божеству и задабривать квадратноухих.

Утром они пустились в путь.

Блоорг оторвался от обеда и своей мыслью активировал кристалл. Он думал о круглоухих в болоте. Он сосредоточился на области между пещерой транспортировщика и островом химеры, провел разведку и обнаружил их.

Более пожилой человек и тот, что помоложе, — оба были пленниками лягушкоухих, снова пленниками. И оба были на пути к химере, чтобы быть потом съеденными ею.

Он вздохнул. Этому нельзя было помочь. Они причиняли слишком много хлопот, чтобы спасать их дважды.

Он мысленно вернулся обратно к дереву-хранилищу. Да, все их вещи были там и ждали своего часа. Теперь они им не потребуются. Иногда он хотел бы оставить эти вещи лягушкоухим, но понимал, что это может быть опасно.

Помочь круглоухим было нельзя. Ничем. С сожалением вздохнув, он погасил кристалл. Затем огромным усилием воли постарался стереть у себя в мозгу всю память о существовании круглоухих.

Гроол спросила, что он делает.

— Я не знаю, — сказал он. — Но думаю, что это мне удалось.