Мечтатель
Шрифт:
— После того, что ты сделал с Беспалым…
— Умолкни! — бросил Иан-па.
И Луа умолкла.
— Ты — старшая посвящённая света. А была бы мужчиной, — круг мастеров тебя, пожалуй, повысил бы до заклинательницы. Насколько я успел узнать, лучше светлых магов чары исцеления даются лишь магам жизни. Однако ты, повинуясь приказу доброго светловерца Астания, даже мази от синяков Йени Финру не дала! Удар в спину я могу простить: он предназначался мне, мне и решать, стоит ли за него отплатить и чем именно. Но твоё бездействие я прощать не намерен!
— Я не могла ослушаться приказа могучего брата…
— Есть такая штука: долг целителя. И ещё другая штука: преступный приказ. А! И ещё есть третья штука, видимо, самая загадочная: милосердие. Видимо, всё это понятия, тебе не знакомые. Пошли отсюда, Мирг, не будем мешать поварихе.
На пороге Иан-па приостановился и вколотил последний гвоздь:
— Возможно, круг мастеров магии проявил мудрость, не сделав тебя заклинательницей на основании одного только уровня магической силы.
Ухобой поёжился.
«Да уж, за удар в спину он отплатил с лихвой!»
Странная всё-таки это штука — магическое восприятие…
Вот три «клочка тумана». Точнее, два поменьше и ещё один, побольше — особняком. Что характерно, все три дёргаются, почти как самый обычный туман под ветром; тот, что отдельно, аж пульсирует в довольно рваном ритме. Чем они там занимаются, судить не могу: антимагия может слабо действовать на меня, но вот нормальный ментальный фон «съедает» начисто. Однако могу предположить, что братья Сульхасий с Маррехом совещаются насчёт ситуации, а их старший коллега, который, как оказалось, не совсем коллега — молится Высочайшему и Пресветлому. Как ни крути, пинок по самолюбию и вере он получил знатный.
Вот парочка светлых магов, Луа с Анирой, посовещавшись, возвращаются в устроенный внизу, прямо в общем зале, импровизированный лазарет и лечат побитую-покалеченную мной троицу. Сиречь свежеиспечённого кастрата Беспалого и крепко ушибленных стеной Медника с Кусакой. Ну, как бы Луа ни старалась, пришить Беспалому его причиндалы назад она не сможет: я неспроста прижигал рану и не только прекращения кровотечения добивался. А в остальном — пусть стараются, карму себе чистят благими делами. Полезно это.
А вот Мирг занят не полезным. То есть положение он принял вполне аналогичное моему, горизонтально-накроватное, но расслабиться никак не может. Если будет и дальше дурью маяться да нервы себе впустую жечь — усыплю. Дистанционно, принудительно, но ласково.
Пока же у меня «на проводе» Йени Финр, решившийся-таки на разговор. Тоже не лицом к лицу, а дистанционный. Как менталист с менталистом, хе-хе.
Аурный отросток «стучит» в «шлюз». Аккуратно пристраиваю его к проекции речевого центра, чтобы Йени Финр мог свободно читать только мой внутренний монолог, а мыслеобразы и эмоциональный фон — с моего согласия и никак иначе. Правда, как работают эти кустарные меры безопасности и работают ли вообще, я без понятия: изнутри некоторые вещи понять сложно…
«Мастер Иан-па?»
«Хочешь говорить, говори, но не используй званий, мне не принадлежащих».
«Но…»
«Не далее часа назад я уже закатил перед Луа речь о том, что одной лишь силы мало, чтобы считаться мастером магии. Хочешь, повторю перед тобой?»
«Вы меня неправильно поняли! Мастер Иан-па, молю о снисхождении и прошу принять меня, как своего ученика!»
М-да. Этого не было в сценарии… хотя, если бы я дал себе труд задуматься…
«Нет, Йени Финр. Не приму».
«Почему?»
«Ты не готов».
«Но я сделал всё по правилам! Я читал, что…»
«А вот теперь уже ты меня не понимаешь. Как по-твоему, чем маги отличаются от не магов? Причём я не имею в виду простейшие отличия. Дай ответ, который подходил бы и для людей, и для синекожих, и вообще для любых существ».
Молчание. Загрузил я его знатно. Но в этом и цель.
«Маги властны над непроявленным? Способны своей волей менять мир?»
«Ответ верный. Но это внешнее. А каково внутреннее отличие магов?»
«Связь с изнанкой?»
«Не то. Попробую немного подтолкнуть… скажи, известны ли тебе такие существа, как Гончие Тени? Они вполне себе связаны с тем, что ты зовёшь изнанкой, имеют врождённую магию и способны общаться мысленно друг с другом и с людьми. Скажи, Гончие — маги или нет?»
«Судя по всему, ты ожидаешь, что я дам отрицательный ответ».
«Именно. Иметь врождённую магию, пользоваться заклятиями и магическими навыками — мало, чтобы зваться магом».
«Тогда я совсем уже не понимаю…»
«Вот поэтому я и говорю: ты не готов. Я знаю, что ты стал магом не так, как следовало бы. Тебя вынудили, решили всё за тебя, да ещё и в слишком раннем возрасте. Но когда ты получил свои способности и освоился с ними, ты должен был спросить себя: зачем? К чему мне всё это, хочу ли я вообще идти этой тропой?»
«После посвящения у меня нет выбора, быть или не быть!»
Ага. Оживление… подсекаю!
«Есть. Выбор есть всегда. Потому что ты, Йени Финр, ещё и не начал быть магом».
«А кто же я тогда?»
«Жертва обстоятельств и чужой недоброй воли. Вот ты кто. Как одна из Гончих, которые тоже не выбирали, какими родиться и стать. Поэтому ты — не маг!»
Пауза. Задумался.
«Значит, мага отличает право выбора?»
«Нет. Вернее, не только. Внутренняя свобода, которую ты зовёшь правом выбора, нужна магу — но не обязательно быть им, чтобы самому выбирать свой путь. Это лишь часть ответа».
«Я всё равно не понимаю…»
«Тогда подумай. Крепко подумай, глубоко и сильно. А когда додумаешься до чего-нибудь полезного, мы продолжим разговор».