Чтение онлайн

В конце бесконечно долгого рабочего дня язык у всех "отмобилизованных" висел на плече, а дыхание было прерывистым и частым, как у гончей после охоты на зайцев.

Дни проходили насыщенными до предела, нужно было везде успеть, разобраться в различных "дипломатических тонкостях" того или иного мероприятия, чтобы чего-то не забыть или кого-то не задеть неосторожным словом, сделать удачные фотографии, взять кучу интервью и написать по несколько больших хвалебно-восторженных статей.

Добравшись поздним вечером до кровати, я, смертельно уставший, немедленно падал и засыпал мёртвым сном без сновидений.

Пересекаясь на встречных курсах с Татьяной, мы за день едва успевали переброситься парой фраз, а увидеться после работы не было никакой возможности.

Такие тяжёлые периоды у нас в редакции случались и раньше. Никто не роптал. Все знали, где работают и терпели "напряжёнку", как стихийное бедствие. Новым было только то, что в этот раз мы действовали в сокращённом составе — с нами не было Халина.

Не знаю, получилось ли у меня заменить его так, чтобы нагрузка, свалившаяся на наши плечи, была распределена равномерно и сам "производственный процесс" проходил интересно, с некоторой похожестью на конкурс лучшего по профессии.

Аврал закончился в пятницу вечером.

Заезжие народные артисты разъехались, "ахи" и "охи" по репертуару и звёздному составу московской труппы понемногу улеглись, кажется, мы там никого не забыли отметить и похвалить, постановки спектаклей шли регулярно и с полными залами.

Ажиотаж вокруг экспозиции полотен из Дрезденского музея в зале Союза Художников на Богданке тоже уменьшился, событие перешло со статуса "сенсация" на следующую ступеньку — "значительное событие".

Вышедшая из берегов и разлившаяся ненадолго бурным потоком культурная жизнь Белгородской области постепенно возвращалась в обычное русло.

Попыток вломиться в мою квартиру за прошедшую неделю не было. Ребята Лаптева и Зверева добросовестно несли службу, но ни подозрительных визитёров, ни скрытого наблюдения за квартирой или машины, с которой могла вестись запись с телефонного жучка, не обнаружили.

Противник на время затаился.

С Маршавиным мне удалось связаться на пару минут в четверг.

Его "тимуровцы" работают по фигуранту, но прорывов пока не наметилось.

Я не стал говорить профессору о новом сеансе "исторической документалки" от хен-хая. Не телефонный это разговор, всё расскажу при личной встрече в субботу на лекции Игоря Леонидовича по здоровью, которая состоится, по его словам, "железно", в два часа дня.

Маршавин так же гостеприимно предложил мне привести с собой всех коллег с работы, кому тема будет интересна.

В пятницу, перед концом рабочего дня, взмыленные и опустошённые, как лимоны после соковыжималки, подчинённые, наконец, собрались в редакции в полном составе и слабо трепыхались, переводя дух, сидя на стульях и краешках столов.

Было жарко и душно.

Напольный вентилятор "подхалим", работая на максимальной скорости, приятно обдувал потные лица притомившихся тружеников пера.

Шёл вялый обмен репликами, воспоминаниями, обидами

— Меня этот великий и неподражаемый Загоруйко заставил три часа в гостинице прождать, пока соблаговолил дать интервью. Сначала принимал в номере хвойную ванну, потом поклонниц его таланта, потом представителей общественности, потом… в общем, я оказалась последней и мне талант смог уделить лишь пять минут, — жаловалась Оля, — о чём я могла успеть его спросить, и, самое главное, что после этого написать?

— А в театре, корреспондентов к началу фуршета сразу оттёрли от стола, сказали, что представителей прессы не учитывали в смете. Каково, а? Так мы все и ушли, голодные и злые! — обиженно сообщила Лида Мостыркина.

— Синюхина такая старая оказалась… В первый раз её вблизи увидела и без грима, — поделилась Аллочка.

Пожалуй, надо подвести итоги благополучно закончившегося аврала и не забыть похвалить женщин.

Вова тоже молодец, конечно, но он второй голос в нашей команде и последний в очереди, потерпит. Ему главное, чтобы прибавку к зарплате дали побольше, если в Управлении Культуры не пожадничают с премиальным фондом.

Я выключил компьютер, постучал карандашом по столу, призывая к тишине и вниманию.

Негромкий шум голосов немедленно стих.

— Ну что ж, вы все молодцы! Поработали хорошо! На следующей неделе, после того, как выйдет текущий номер газеты и его прочитает наше начальство, попытаюсь заикнуться о премии. Вполне возможно, что на этот раз дадут.

Александра Ивановна, наморщив нос и неодобрительно фыркнув, прокомментировала

— Ага, как же! Потом догонят и ищо раз дадуть! Ить, как обычно!

Аллочка, потирая ладошки, состроила плаксивую гримаску, дурашливо, по-детски, захныкала

— Колготки новые хочу! Джинсы "Вранглер"! Килограмм мороженого! И ещё холодную газировку! Много!

Словарный запас за последнее время у неё явно увеличился.

Аллочку погладили по голове, кто-то с улыбкой предложил

— А что, давайте, купим ребёнку кило мороженого! Прямо сейчас!

В ответ послышалось

— Ага! 40 эскимо, как старику Хоттабычу!

Все заулыбались. Занялись привычным подтруниванием над стажёром.

Началась разрядка.

Я переждал пару минут и сделал сообщение о субботней лекции Маршавина

— А теперь у меня небольшое объявление для тех, кто хочет помолодеть на 10 — 20 лет, поправить здоровье или найти в себе нераскрытые тайные способности.

От аудитории ощутимо повеяло заинтересованностью, и я продолжил,

— Завтра, в четырнадцать ноль-ноль, в офис 403 ВИОГЕМ-а, что на нечётной стороне Богданки, доктор физико-математических наук, адепт белой магии и просто очень интересный человек, профессор Игорь Леонидович Маршавин приглашает всех желающих на бесплатную лекцию.