Чтение онлайн

— Зато в воле Вашего Величества всех помиловать, — поклонился Дайм.

— Прекрасная мысль. Мы подумаем её завтра, а пока давайте праздновать. — Кейран хлопнул в ладоши. — Музыку! Пора танцевать Рондо Золотых Листьев!

Музыканты на хорах тут же заиграли.

— Танцевать, конечно же, — отозвалась Ристана и кинула многообещающий взгляд на Стрижа. — Только сначала…

Дайм насторожился, но неожиданно вмешался Рональд.

— Сначала танцевать, Ваше Высочество. — Он галантно предложил регентше руку. — Подарите мне это рондо!

Прекословить Ристана не посмела, и темный увел её прочь. Тем временем король пригласил ближайшую фрейлину и вместе с ней покинул тронное возвышение. Дайм внезапно остался без противников, наедине с Шу и мастером теней, совершенно одинаково изображающими каменные изваяния. Оба ждали. Что ж, придется импровизировать — лишь бы снова не ошибиться. И надо срочно вытрясти из Парьена подробности назначения Бастерхази и всю ту историю с Пауком!

Мысленно осенив лоб Светлым окружьем, Дайм шагнул к Шуалейде и поклонился.

— Ваше Высочество.

Шу повернула голову и любезно улыбнулась краешком губ. Убийца позади её кресла не шелохнулся.

— Маркиз… — она запнулась.

— Вы сегодня еще прекраснее, чем всегда.

— Благодарю. — Справившись с голосом, Шу кивнула. — Мы счастливы видеть Вашу Светлость в Суарде. Надеюсь, ваш визит в Хмирну был удачным.

— Несомненно, Ваше Высочество. Только слишком долгим. Столько всего случилось, я чуть не пропустил самое интересное.

Дайм коротко глянул на убийцу. Тот расслабленно смотрел вдаль, словно накурившийся кха-бриша. Из-за артефакта невозможно было рассмотреть его ауру, но никакая защита не могла скрыть исходящей от него опасности. Как ни странно, Шу этой опасности не замечала. А до Дайма вдруг дошло: она же не знает, кто он такой! У неё в голове не уложится, что светлый шер может оказаться слугой Хисса. И у Дайма бы не уложилось, если бы не видел собственными глазами ауры и не знал точно, как именно Мастер Ткач извернулся, чтобы его сыновья не проходили первых Ножниц — теперь-то понятно, почему Мастер Ткач против всех Хиссовых законов любил ученика, как родного сына. Еще бы понять, почему Хисс позволил этому Мастеру оставить сына — что тоже против всех законов Гильдии… Ну и шутки иногда шутят Двуединые. К вящей пользе своих детей.

— Право, вы немногое потеряли. — Шу изящно пожала плечами, встала навстречу, протягивая руку для поцелуя, и загородила собой убийцу. Шис.

— Полгода вдали от Вашего Высочества нельзя назвать немногим.

Дайм склонился к её руке, едва коснулся губами — с трудом удержавшись от того, чтобы схватить Шу и притянуть к себе. Привычная вспышка боли не принесла трезвости, лишь усилив голод и азарт, а столь же привычно последовавшее за болью удовольствие, отражение удовольствия Шу, заставило вздрогнуть.

— Увы, эти полгода были непросты для Валанты. Наш отец… — Шу отняла руку, сделала скорбное лицо и осенила лоб малым окружьем, но не сумела скрыть порозовевших скул.

— Мягкой ему травы. — Дайм вслед за ней осенил лоб. — Ваш отец был прекрасным монархом. Но, смею надеяться, ваш брат превзойдет своего родителя.

— Молитвами Вашей Светлости.

Шу впервые глянула на него прямо. Маска светского равнодушия дала трещину, позволив Дайму увидеть страх и надежду.

— Наши молитвы всегда пребудут с вами, — пообещал Дайм.

Ощущение опасности обострилось, пахнуло льдом Ургаша — но Дайм сделал вид, что не заметил мгновенного напряжения убийцы. Злись, щенок, злись и ревнуй.

Накинув пелену тишины на себя, Шу и убийцу — щенку полезно послушать — Дайм продолжил:

— Смею надеяться, Ваше Высочество просветит меня о некоторых деталях. Ваш придворный маг представил весьма спорный отчет о событиях двухмесячной давности. Не возражаете присесть, Шу?

Она безропотно вернулась в кресло, а Дайм устроился у её ног, как принято среди галантных воздыхателей, и взял её руку в свою. Шу еле заметно вздрогнула, напряглась, но руки не отняла. А Дайму на миг стало её жаль: она могла бы отказать любовнику, но не главе Канцелярии, требующему отчета. Но жалость исчезла, стоило снова поймать на себе щекотный взгляд мастера теней. Слушай, малыш. Много нового узнаешь о своей Гильдии.

— Спорный отчет, — вздохнула Шу и изобразила томную улыбку. — Рональд все это время просидел на Глухом Маяке, отрезав связь. Вернулся ровно на следующий день после смерти короля. А с мятежником работала Гильдия.

— Любопытно. Как тебе удалось заставить их взять такой провальный заказ?

— Я очень попросила, — хмыкнула Шу. — И объяснила, что если они не остановят Пророка, пока он не набрал силу, Пророк вырежет их самих. Что, между прочим, чистая правда. Этот безумец обещал царство Света на земле, а отродьям Хисса вроде меня или темных ткачей в нём не место.

— Надо было доложить Парьену. — Дайм улыбнулся самой очаровательной из своих ста семнадцати улыбок и притянул её руку к губам. — Доверять Гильдии в таком важном деле было не очень предусмотрительно.

— Они же справились. — Шу кокетливо пожала плечами и, снова отняв руку, схватилась за веер. — Тем более, я временно дала им Ясный Полдень для защиты убийцы от ментала.

— И вернули?

— Вместе с головой Пророка.

— Похоже, в местной Гильдии завелся честный самоубийца или истинный карумай, — хмыкнул Дайм и, дождавшись удивленного взгляда Шу, продолжил: — Посуди сама. Пророк был опасен. Очень опасен. Внезапно появившийся ниоткуда ментал как минимум третьей категории, агрессивный и сумасшедший, при этом ставленник весьма высоких особ: уверен, Гильдия раньше тебя догадалась, что мятеж подстроен Лермой. А ткачи очень практичны и не спешат на встречу с Хиссом. Сама же знаешь, сколько у Гильдии уловок для того, чтобы не брать опасные заказы. — Дайм краем глаза глянул на убийцу, сохраняющего внешнее спокойствие, словно его это не касалось. — Закон Гильдии признает контракт завершенным либо в случае смерти Цели, либо в случае смерти одной из заключивших контракт сторон, причем во втором случае Гильдия возвращает оплату заказчику или его наследникам в трехкратном размере. Мастера Ткачи вдалбливают ученикам, что сторон всего две, заказчик и исполнитель, но все ткачи прекрасно знают, что на самом-то деле их три: еще и Мастер Ткач, принявший заказ. Вот и получается, что внеочередная смена Мастера была много вероятнее смерти мятежника…

— Хорошо, что я не знала таких тонкостей, — покачала головой Шу.

— Тебе повезло. Кстати! — воскликнул Дайм и жестом фокусника достал из-за обшлага рукава плоскую коробочку. — Что мы все о делах, да о делах. Я привез тебе подарок от Красного Дракона.

Глаза Шу загорелись, она взяла коробочку.

— Что это? — спросила она, обнаружив в настроенном только на её прикосновение футляре круглый мутный опал с дыркой посреди и шнурком, но без малейших следов магии.

— Ци Вей сказал, говорящий опал.

— Говорящий?.. — Шу положила камень на ладонь. Ничего не произошло. — Наверное, какая-то реликвия. Очень ценная.

Пожав плечами, Шу спрятала опал обратно в футляр.

— Наверное, ценная, — усмехнулся Дайм. — А это тебе не от Ци Вея, а просто так.

Он осторожно снял с браслета Синюю жемчужину и подал на открытой ладони. Шу замерла, забыв про футляр, и очень-очень бережно коснулась пальцем аквамариновой капельки. Где-то далеко послышался плеск волн и крик чайки.

— Она родилась сегодня.