Чтение онлайн

— Какой начальник даст пять недель отпуска за свой счет, не поинтересовавшись причинами? — удивилась Фредрика.

— Вот этот, как видим, дал, — с сомнением в голосе отозвался Юар. — Я сказал ему, что обстоятельства, в связи с которыми мы разыскиваем ее, не терпят промедления. Но у него никаких других сведений не было.

— У нас есть ее электронный адрес? — встряла Эллен.

— Ну не по электронке же сообщать о смерти родных! — ужаснулся Алекс.

— Да, но мы можем написать, что ищем ее, — парировала Эллен.

— У меня есть ее рабочий адрес, — сказал Юар. — Но нет никаких гарантий, что она сидит и просматривает почту в отпуске. Служебный мобильный отключен.

В «Логове» стало тихо. Алекс прокручивал в голове все услышанное, пытаясь уложить факты в более или менее ясную картину.

— Тут все же что-то не так, — решительно произнес он. — Разве могла она сообщить отцу такую из ряда вон выходящую новость — что его дочь умерла, — а потом просто взять и уехать за границу? Не сказав ни слова о случившемся матери?

Юар кивнул, больше сам себе.

— Это все очень странно, даже если считать, что наркозависимость Каролины не была секретом для родных и что ее смерть не стала для них таким уж большим сюрпризом.

— Что, в свою очередь, подводит нас к другой странности, — подхватила Фредрика. — Как могло случиться, что Каролинины проблемы не были известны никому из знакомых, если она страдала серьезной наркозависимостью на протяжении многих лет?

— На этот вопрос нам в некоторой степени дал ответ настоятель церкви в Бромме, Рагнар Винтерман, — отозвался Алекс. — О наркомании дочери предпочитали умалчивать.

— Но если ее смерть была в какой-то степени предсказуема, тогда становится непонятной реакция отца, — заметил Юар, вернув разговор в прежнее русло. — По заявлению Рагнара Винтермана, ее наркозависимость мучила родителей долгие годы, а, согласно имеющимся сведениям, Юханна не стала слишком уж убиваться, узнав о смерти сестры.

— Может, они были не слишком близки? — предположила Фредрика. — Мы знаем что-нибудь об их отношениях?

— И об отношениях сестер с родителями, — добавил Алекс. — Почему она оставила их одних сразу после известия о смерти? Она ведь знала, что у отца нестабильная психика. Факт, что она, как мы слышали, отдалилась от семьи, еще не означает, что можно вести себя настолько безответственно.

Снова все притихли. Алекс нетерпеливо барабанил пальцами по столу.

— С другой стороны, давайте отделять мух от котлет, — сказал он раздраженно. — Семейка со странными взаимоотношениями еще не придает делу особый статус. Откровенно говоря, ни одна из только что всплывших подробностей не меняет положения кардинальным образом.

Остальные согласно закивали. Краем глаза Алекс заметил, что Фредрика незаметно начала убирать бумаги, лежавшие перед ней. Он чуть не забыл про неопознанного мужчину.

— Мы пошлем Юханне Альбин сообщение на адрес, который получили, — сказал он, — а также попросим ее начальника выяснить, не общалась ли она с кем-нибудь из коллег частным образом и не может ли кто-нибудь из сотрудников знать, где она сейчас находится. Мы с Юаром наведаемся в дом, зарегистрированный на сестер Альбин, посмотрим, не найдем ли там чего-нибудь важного. Кстати, что нам известно о доме, Фредрика?

Фредрика принялась листать свои бумаги, ища нужный документ.

— Дом стоит на Экерё, — начала она. — Он уже давно принадлежит семье Марьи Альбин, приобретен родителями ее матери в 30-х годах. Затем, в 1967 году недвижимость была передана Марье, а четыре года назад переоформлена на Каролину и Юханну.

— Они владеют равными долями? — спросил Юар.

Фредрика кивнула:

— Согласно Государственному земельному кадастру, недвижимость принадлежит им в равных частях.

— А родители Марьи? — спросил Алекс. — Надеюсь, их нет в живых, иначе получается, мы забыли сообщить им, что их дочь была застрелена в голову собственным мужем.

Фредрика еще раз кивнула.

— Родители Якоба и Марьи умерли уже много лет назад, — сказала она. — У Якоба есть брат, эмигрировавший в США, у Марьи нет ни сестер, ни братьев.

— Этот дом на Экерё, он большой? — задумчиво спросил Юар.

— Я достала карту, — объяснила Фредрика, — дом стоит в самом конце небольшой улочки. К дому примыкает большой участок земли, оценочная стоимость недвижимости составляет два с половиной миллиона крон.

Алекс присвистнул.

— Я так понимаю, что по смерти Каролины Юханна наследует ее долю?

— Думаю, да, — ответила Фредрика, — но не уверена, что это такой уж огромный куш, — недвижимость заложена.

— А почему переоформление недвижимости произошло так рано? — задался вопросом Юар. — И какой нормальный человек передаст столько имущества наркоману?

— Надо бы повнимательнее изучить этот акт о передаче имущества, — предложила Фредрика.

— Для начала мы повнимательнее изучим сам дом, — решил Алекс. — А затем и дарственную.

Он покосился на Фредрику — не обиделась ли она на его авторитарный тон. Поначалу, когда девушка только пришла к нему в группу, у них случались трения по этому поводу.

Но Фредрика выглядела абсолютно спокойной.

Алекс продолжил:

— Что у нас с неопознанным мужчиной?

В нескольких фразах Фредрика обрисовала положение вещей. Мужчина имел при себе несколько записок с упоминаниями некоторых мест, а также клочок бумаги, на котором было написано женское имя. По всей вероятности, женщина находилась за пределами Швеции, во всяком случае, в списках подавших заявление о предоставлении статуса беженца лица из багдадского района Мадинат-эс-Садр и с таким именем не значится.